местами поврежденной асфальтной дороге, путь по которой пролегает прямо, в неизведанные дали. Которую будто поглощает в непроглядном тумане, что воцарился в воздухе. По краям расположены высокие многовековые деревья с размашистыми ветками, ни один уличный фонарь не работает, а небо полностью заволочено густыми серыми облаками. Вокруг нет ни единой души – ни людей, ни птиц, ни животных. Эдакая мертвая зона.

Чувство трескучего мороза по-прежнему продолжает преследовать Питера и заставлять его дрожать и сжиматься. Кроме того, только сейчас до него начинает доходить, что он ходит по асфальту босыми ногами. Как и Хелен, которая, в отличие от него, как будто не испытывает ни холода, ни жары, и спокойно передвигается в открытом длинном платье без какой-либо обуви. И спокойно, но уверенно ведет его по дороге, что как будто даже не собирается заканчиваться.

— Куда ты меня ведешь? — недоумевает Питер.

— На свободу, — спокойно отвечает Хелен, все еще держа Питера за руку и ведя его за собой.

Хелен проходит еще некоторое расстояние до того, как она останавливается, отпускает Питера и осматривается вокруг.

— Вот мы и пришли!

— Что? — широко распахивает глаза Питер. — Это что… Шутка такая? Где это мы? Куда ты меня привела?

— Ты же хотел вырваться на свободу. Вот я и помогла тебе. — Хелен поворачивается лицом к Питеру, сцепив пальцы рук. — Или я тебя неправильно поняла?

— И куда мне идти дальше? Что я должен здесь делать?

— Только тебе под силу найти путь к настоящему себе. Только ты сможешь решить, куда пойти и кем быть.

— Что? — сильно хмурится Питер.

— Ну же, Питер, чего ты ждешь? У тебя есть прекрасная возможность со всем этим покончить!

Хелен медленным шагом начинает идти прямо по дороге, а Питер тут же следует за ней, крепко обняв себя руками, которые он энергично растирает.

— Ты же сказала, что можешь помочь мне. Сказала, что поможешь мне выбраться из этого кошмара.

— Ничего такого я не говорила, — возражает Хелен. — Я сказала, что возможно могу тебе помочь.

— Пожалуйста, Хелен, помоги мне! Помоги мне выбраться отсюда! Помоги стать самим собой!

— Прости, но это не в моих силах. Ведь я не могу заглянуть в твою голову и прочитать твои мысли. Твое сердце для меня закрыто, и я не знаю, что оно пытается тебе сказать.

— Поверь, иногда я и сам себя не понимаю. Не понимаю, кто я, что я… Я… Я всю жизнь живу с чувством, что что-то упускаю. Что я это не я.

— Я так и поняла… — задумчиво отвечает Хелен и взглядом окидывает то, что находится у нее перед глазами. — Это место – отражение твоей души. Отражение того, что ты сейчас чувствуешь. Пустоту, темноту, одиночество, страх, холод… Желание закрыться ото всего мира. Желание запереть свое сердце на замок.

— Я всю жизнь с этим живу, — обреченно вздыхает Питер. — Если маленький лучик света и продирался когда-то к недрам моей души, то он очень быстро угасал.

— Когда человек не пытается ничего изменить, значит, его все устраивает. Он боится пошевелиться, потому что любое движение разрушит иллюзию спокойствия.

— Ты думаешь, мне нравится то, что со мной происходит?

— Нет, я понимаю, ты не видишь смысла в жизни. Не понимаешь, почему родился, с какой целью, каково твое предназначение. Но ведь если ты здесь, значит, ты пришел в этот мир по причине.

— Сомневаюсь.

— Если бы ты выполнил свое предназначение, то тебя уже не было бы на этом на свете. Ты бы вряд ли выжил после попытки покончить с собой, если бы у тебя здесь остались незавершенные дела. А значит, кто-то сверху хочет, чтобы ты сделал то, что от тебя требуется.

— Я в этом мире словно мусор. Мусор, которым становится что-то, чем люди какое-то время пользуются. Со мной всегда так и обращались. Все хотели и хотят причинить мне боль. Хотят, чтобы я страдал. Как будто я не заслужил быть счастливым. Как будто я расплачиваюсь за чьи-то грехи.

— Все в твоих руках, Питер. Мир перестанет быть твоим врагом, если ты сам этого захочешь. Если ты не будешь прятаться от него, а выйдешь из своей норы, расставишь руки и громко скажешь: «Я тебя не боюсь! Я сильный! Я смелый! Я стану счастливым, вопреки всему!»

— Увы, но я недостаточно силен, чтобы бороться с этим миром в одиночку. Я слабый, разбитый и уязвимый.

— Никому не под силу бороться со злом в одиночку. Даже героям иногда требуется чья-то помощь. Они не боятся людей. Не боятся просить о помощи. Не строят из себя тех, кто всегда все делает сам.

— Я ведь прошу тебя о помощи! — восклицает Питер. _ Прошу тебя помочь мне! Ты единственная, кому это под силу.

— Нет, мне это не под силу.

— Пожалуйста, Хелен, помоги мне! Помоги найти свое место в этом мире. Помоги стать самим собой и обрести покой.

— Если хочешь обрести покой, то начинать нужно прежде всего с самого себя. С того, что происходит в твоей голове. С того, что ты столько времени пытаешься отрицать. С того, что ты пытаешься в себе подавить.

— Но я…

— Ты боишься. Боишься настоящему себя вырваться наружу. Ты его всячески сдерживаешь. Заставляешь сидеть где-то глубоко в голове и не издавать писка.

— Ты неоднократно спасала меня ранее. Неоднократно вытаскивала из дыры, в которой я мог бы оказаться. Почему ты не можешь сделать это сейчас?

— Мне очень жаль, Питер. Клянусь, я правда очень хотела бы тебе помочь, но это не в моих силах.

— Я знаю, что ты можешь это сделать. Ты можешь! Я в тебя верю!

— А я верю, что ты и сам справишься.

— Пожалуйста, Хелен…

— Извини. Но я ничего не могу сделать. Не могу тебе помочь.

— Почему? — отчаянно спрашивает Питер. — Почему ты не можешь?

Хелен на несколько секунд прикрывает глаза и ничего не говорит до того, как она уверенно смотрит Питеру в