спать с мыслью, что месть за смерть моей жены свершилась, а ее убийца понес за это наказание.

— Ладно, переубеждать мы вас не будем, ибо это гиблое дело, — приподнимает голову Эдвард. — Но знайте, что просто так мы нашего друга вам не отдадим.

— Да, раз уж этот мир восстал против Питера и реально хочет от него избавиться, то мы от него не отвернемся, — уверенно заявляет Терренс. — Станем теми, на кого он всегда может рассчитывать.

— Мы будем друзьям до последнего вздоха, — столь же решительно добавляет Даниэль и приобнимает Питера за плечи. — Будем братьями, чью связь ничто и никто не сможет разрушить.

— Блять, мужики, я сейчас блевану, — раздраженно рычит Лютер, со скрещенными на груди руками закатив глаза. — От этих ванильных признаний в любви и пронзительных речей, ненесущие в себе никакого смысла.

— Не нравится – заткни уши!

— Все, парни, хватит тратить время, — спокойно говорит Маркус. — Давайте уже поскорее с ними разберемся. Хочется поскорее избавиться от убийцы моей жены, его защитничков и его прекрасной возлюбленной.

— Я же сказал, не смейте трогать этих людей! — сквозь зубы цедит Питер, с учащенным дыханием крепко сжав руки в кулаки.

— Поздно, клетка уже захлопнулась, а птички не смогут вылететь. Ребята, надерите задницу этим трем ублюдкам и устройте им самые страшные пытки в их жизни. А с Питером я сам разберусь.

— Ну что, мерзкие ублюдки, готовы глотать свою собственную кровь и жрать пыль с пола? — с ехидной усмешкой бьет кулаком об ладонь Боб.

— Для сегодняшнего дня я припас особые приемы боевого искусства, которые моментом отправят вас в нокаут, — заявляет Лютер.

— Девчонку мы все вдоволь поимели во все дырки, а теперь пришло время заставить вас умолять о пощаде, — добавляет Рональд. — Которой вы так и не дождетесь.

— Слышь, мудила косоглазая, я тебе сейчас башку проломлю, — приходит в бешенство Питер.

— Не проломишь! Обоссышь все штаны от страха. Так, что даже подгузник не поможет.

— Тебе конец, тварь!

Питер лишь успевает подлететь к Рональду и со всей силы врезать ему по челюсти до того, как Маркус заставляет парня скрутиться достаточно крепким ударом кулака по почке. А еще один в низ живота заставляет его застонать от боли и камнем упасть на пол. Рональд, Лютер и Боб мгновенно пресекают попытки Эдварда, Терренса и Даниэля хоть чуть-чуть приблизиться к другу и начинают драться с ними руками и ногами еще ожесточеннее, чем раньше. Они не выбирают себе какого-то одного противника и борются со всеми одновременно, демонстрируя свое умение ловко уворачиваться и отвечать на атаки сквозь любую боль.

— О да, вот это мне уже по кайфу! — с самодовольной улыбкой восклицает Эдвард, врезает кулаком по челюсти Боба, отталкивает Рональда от себя с помощью удара ногой в живот и ею же бьет Лютера по голове. — Начинается самое сладкое…

— Если тебе так нравится боль, то мы обещаем, что ты будешь кончать снова и снова, — заявляет Боб, более-менее успешно отбиваясь от атак Даниэля в равном рукопашном бою.

— Конечно, мне нравится чувство, когда ты выигрываешь, — бодро говорит Даниэль, отталкивает Боба от себя, со всей силы бьет Рональда головой об стену и резко опускается на корточки, когда Лютер пытается врезать ему кулаком по лицу. — Но в этом случае борьба становится не такой интересной.

— Ничего, недолго вам осталось махать крыльями, — ехидно усмехается Рональд и пытается ногой врезать Терренсу по лицу в развороте. — Вы дорого заплатите за то, что не послушали совета нашего господина.

— Ну да, мы уже поняли, что вы жируйте на те деньги, которые он выручил с продажи собственного ребенка, — заявляет Терренс, после недолгой рукопашной борьбы оказывается в ловушке Лютера, который зажимает в локте его шею, но довольно легко перекидывает противника через себя и валит его на пол.

— Убийца должен понести наказание за убийство дорого господину человека, — сухо отвечает Лютер, в прыжке пулей поднимается на ноги и обеими руками пытается одновременно врезать Эдварду и Даниэлю, успешно от него отскочившие.

— Это ты верно отметил, — ехидно усмехается Даниэль и в прыжке бьет Лютера в грудную клетку. — Убийца сотен людей обязан понести наказание.

— Жаль, что такие суки, как он, не были лишены возможности размножаться, — подмечает Эдвард и с раздраженным рыком врезает Лютеру по лицу с помощью исполненного в воздухе прыжка с полным разворотом.

— Но хорошо, что Питера растили другие люди, — добавляет Терренс, подбегает к висящему на одной из стенок турнику, хватается за него в прыжке, немного подтягивается, резко отталкивает Боба от себя мощным ударом обеих ног в грудную клетку и спрыгивает вниз. — Хорошо, что даже в безразличном окружении он не озлобился и не стал гнидой, что обозлена на весь этот чертов мир.

А пока Даниэль, Эдвард и Терренс продолжают ожесточенную, но более-менее равную борьбу с Лютером, Бобом и Рональдом, Питеру тем временем в одиночку приходиться защищаться от Маркуса, что решительно преследует его и снова и снова пытается выстрелить в своего собственного сына. Парень всячески пытается подобраться к противнику, но тот не дает ему этого сделать, не нападая на него из-за мысли, что в силу возраста просто физически не сможет противостоять молодому недругу.

— Расслабься, сынок, ты все равно от меня не сбежишь, — с хитрой улыбкой говорит Маркус, быстрым шагом следуя за Питером по пятам.

— А что, без пушечки слабо? — ехидно усмехается Питер. — Слабо взять меня голыми руками?

— Бегай-бегай, может, так ты быстрее выдохнешься, а мне будет проще с тобой расправиться.

— Облажайся, папочка! У меня настолько натренированный организм, что я с легкостью выдерживаю двухчасовую интенсивную тренировку.

— Когда я наконец-то в тебя выстрелю, ты уже не будешь таким шустрым.

Маркус делает очередной выстрел в Питера, но снова промахивается, поскольку парень мгновенно опускается на корточки. После чего Роузу приходиться еще немного побегать и покататься по полу, поскольку противник проводит по нему ожесточенный обстрел.

28.4

— Блять, вот тварь-то живучая! — бесится Маркус, когда пуля оказывается в паре сантиметрах от плеча Питера, но попадает в стенку напротив. — Когда же ты сдохнешь, наконец?

— Могу задать тебе тот же