имеет древние корни, – объяснил Виал, – потому ты так интересуешься прошлым. В том числе прошлым моего народа. Но со стороны это выглядит… неожиданно!

– Ты сейчас не лучше своего друга на корме, – Хенельга кивнула в сторону Арса.

Виал извинился, что, впрочем, не особенно требовалось. Хенельга решила подшутить над спутниками, изображая обиженного человека.

По мере продвижения корабля, канал сужался, а окружающие его скалы поднимались к небу. Вскоре высота их превысила десяток футов, мачта корабля едва достигала вершины.

Корабль протащили мимо первого моста.

Бурлакам пришлось постараться, чтобы перекинуть канаты через дорогу, обойти строения, возведенные у края стен. Кроме крепостец, что защищали переправу, было несколько жилых домов и гостиницы. Расположение постоялых дворов не случайно, ведь дальше до самого Виорента не будет ни одной гостиницы. Волей-неволей, купцам придется останавливаться здесь. Никто не против, ведь из окон гостиницы можно поглазеть на канал.

Для идущих по каналу остановки не предусматривались. Однако, для праздных путешественников имелись подъемные клети, с помощью которых людей могли поднять наверх. Зачем это делалось, Виал не мог представить. Ведь вокруг кроме полей, садов и пустырей нет ничего примечательного. Но раз подъемники возведены, значит, это востребовано.

Пришлось надолго задержаться у моста, чтобы работники могли передохнуть, промочить горло и смениться, при необходимости. Следующая остановка произойдет уже вечером, когда корабль дотащат до второго моста.

Сама переправа ничем не выделялась. По крайней мере, снизу путешественники видели только опоры, деревянный настил и поддерживающие канаты. Ширины моста хватит, чтобы по ней проехало несколько телег. А дальше дорога расширяется, переходя в большой тракт.

Южная дорога больше, так как ведет в Истим и в южные регионы полуострова. Пиратам ведь тоже необходимо сбывать товар.

Виал поймал себя на мысли, что завидует местным пиратам. Когда-то и Циралис славился как пристанище разбойников, пока не вошел в состав Государства на правах союзника, а потом муниципия. Пиратствовать граждане не перестали, но теперь делали это в рамках закона.

Здесь же сохранялась пиратская вольница. Пусть она была зависима от благосклонности виорентских сенаторов, но сами пираты не потеряли автономии. У них даже цари какие-то есть.

– Если дела пойдут хреново, – сказал Виал спутникам, – сбегу сюда!

– И кому такой старый осел нужен? – фыркнул Эгрегий.

– Опыт – самый ценный товар!

– Вот и будешь торговать им, как тиринец своими тряпками.

– Тряпки-то пурпурные, не забывай.

– Да только не у всех тиринцев пурпур продается.

– Ой, прекратите уже, – оборвала спорщиков Хенельга.

– Нам просто скучно, вот и дуреем, – покаялся Виал.

Глазеть на слоенный пирог из породы надоело. Всех отличий – так десяток цветов. За весь путь можно досконально изучить строение окружающих скал. Людской шум наверху привлекал и заставлял всех на корабле поднимать голову. Моряки устали от общества друг друга и постепенно атмосфера накалялась.

Это должно было произойти. Потому моряки терпели, молча сидели на скамьях, глядя в пространство перед собой. Никто не играл, не разговаривал, ведь любая мелочь может вызвать ярость. Арс не выходил, выгнал из-под тента своего любимчика. Офицеры откровенно страдали, не имея возможности выплеснуть злость на провинившихся матросов.

Работали только кормчий и четверка моряков с шестами. Безопасность корабля заставляла их быть осмотрительными, внимательными. Тут не до глупых разборок.

Страдания облегчало только то, что на дне рукотворной расщелины было прохладно. Некоторые даже завернулись в плащи. Хоть солнце ударяло стрелами в дно расщелины, но тепла люди не получали. Окружающие скалы холодны, словно канал представлял собой подземную реку, по которой усопшие достигают царства мертвых.

Не удивительно, что после прибытия в Истим, все торговцы предпочитают задержаться там на пару дней. Людям необходимо расслабиться, развеяться. Иначе они просто сойдут с ума, перегрызутся или попадут в неприятности.

В южный порт корабль прибыл как и рассчитывалось – вечером.

Моряки заметно повеселели, когда высокие скалы пошли на убыль. Это указывало на то, что они подходят к выходу из канала. В этой каменной кишке люди теряли ориентацию, холод, сумрак и белые воды канала смущали умы и приводили к различным бедам.

Второй шлюз оказался скромнее первого. Не было гигантских створок, украшенных рельефом; не было шумного водопада из потоков воды; не скрипели подъемники, не трещали канаты. Зато прекрасно были слышны голоса людей, занятых на работах.

Из мертвенного царства механизмов, моряки наконец-то перебрались в царство людей. Заходящее солнце опалило вышедший из расщелины корабль, жаркий воздух волной окатил находящихся на палубе людей. И эти перемены были встречены радостными воплями. Арс позволил команде опустошить припасенную амфору с вином. Пассажирам тоже досталось несколько глотков.

Шлюз прошли быстро, его не требовалось часами наполнять водой. Перепад высот был небольшим, но выходящий из канала корабль располагался выше городка, лежащего в нижнем бьефе шлюза.

Это и был Истим, портовый город, принадлежащий Виоренту. Больше всего этот город славен своими публичными домами и питейными. Гостиниц было меньше, все равно остающиеся здесь на ночь путешественники не крышу над головой ищут.

Виал не мог удержаться, чтобы не блеснуть знаниями перед спутниками. В юго-восточной части города расположен стадион, где проводятся знаменитые игры. Раз в три года их устраивают, сопровождая театральными представлениями. По мнению Виала, последнее намного интереснее, нежели глазеть на бегающих голых мужиков.

– Сам предпочитаешь за ними бегать? – хихикнул Эгрегий.

– А тебе что? Сидеть больно? Если я не нашел себе жену, так это не значит…

– Когда следующее празднество? – влезла Хенельга. – Сможем мы посетить его?

– Не-а. Даже я с Эгрегием не смогу. А про тебя и речи быть не может.

– Почему это?

– Разве ты не заметила, как данаи относятся к женщинам? Чуть лучше они относятся к рабам, а на третьем месте у них чужестранцы. Такие бесполезные, как я или Эгрегий.

– Какие странные люди.

– И не говори, – Виал пожал плечами. – Ладно, оставим богам их фестивали, а подумаем, какие зрелища угодны нам.

Виал думал забраться в публичный дом, а то последнее время свербит где-то промеж ног. Для начала следовало избавиться от спутников. Рынок в городе имелся – довольно неплохой, кстати, – но после полудня там делать нечего. Сейчас же время близилось к закату.

Проблемы, когда путешествуешь с женщиной, возникают всегда. Особенно, когда оказываешься на востоке. Виал это знал, потому был готов.

Эгрегию он предложил сводить Хенельгу в юго-западную часть Истима, чтобы поглядеть на театр.

– Так нас не пустят туда, – возразил Эгрегий, припомнив, что женщин не допускают на представления.

Здесь не Гирция, это всегда приходится учитывать.

– А сейчас это просто камень со скульптурами. Кинь служителю медяк, если встретишь, пройдете спокойно. Подумает, что вы там потрахаться решили.