очевиден и сидел прямо перед ним. Но имел ли он право сделать этот выбор?

Ты можешь выбрать много чего, заметила Дездемона. Вопрос в том, чем ты готов за это заплатить?

* * *

Посоветовавшись с мадам Зихре во время дренирования, Пенрик договорился о еще одной ночи и еде, а также одежде и масках, в обмен на то, что вечером он займет место над входным атриумом и тихо избавит от вшей всех клиентов, которые будут в этом нуждаться. Таковых оказалась добрая треть. Никис в образе личной служанки соры Миры, одетая в черную накидку и маску, сопровождала Пенрика, когда они спрятались в уголке, который обычно занимала горничная верхнего этажа. Пенрик не знал, кто из них охранял другого от излишнего внимания, но в результате клиенты Зихре вели себя сдержанно. Пусть и страдали от излишней живности.

Это была нисходящая магия, которая ничего им не стоила, но столь скудной добычи едва ли было достаточно, чтобы восстановить силы Дездемоны, уходившие на лечение Пенрика и его работу над опухолью мадам Зихре. Он подумал, не переодеться ли позже и не выбраться ли на крыши в поисках более подходящих выходов для хаоса. Кроме того, он до сих пор не посетил храм. Дом Зихре оказался заманчиво удобным местом для отдыха, но они не осмеливались тут задерживаться.

Ближе к середине вечера поток посетителей иссяк, и Пенрик решил, что может покинуть свой пост и выйти в сад, где Зихре развлекала клиентов едой и напитками, а также музыкой и беседой. Это был импровизированный, озаренный факелами салон под открытым небом, хотя Пенрик полагал, что личности и политика этого провинциального городка едва ли были столь возвышенными, сколь на аристократических приемах в Лоди, где когда-то царила Мира.

Они были и вполовину не столь возвышенными, какими хотели казаться, – усмехнулась Мира.

В любом случае, это выглядело безопасной возможностью немного попрактиковаться с Мирой, прежде чем отправить ее на потенциально смертоносную встречу с пограничной стражей. А кроме того, Пен проголодался.

В сопровождении Никис он грациозными шажками спустился по лестнице, умудрившись не опрокинуться в собственных сабо. Ты хоть представляешь, что я могла бы сделать с твоим восхитительным ростом? – вздохнула Мира. В саду расположились несколько дюжин мужчин и женщин; Пен немного испугался, когда все головы повернулись в его сторону. Многие челюсти отвисли, прежде чем владельцы успели взять себя в руки. Пен благосклонно улыбнулся и выбрал место на мягкой скамье под висевшим на шесте фонарем. Хороший выбор, прошептала Мира. Обеспечит великолепную игру света на наших волосах.

Он неловко откинулся назад, поправил волосы и накрутил прядь на пальцы. Никис, да благословят ее боги, направила к нему слугу с подносом, и он взял пару закусок – ароматное мясо, завернутое в вареные виноградные листья, и кусочки белого сыра.

– Разве ты не голодна? – шепотом спросил он Никис.

– Я служанка, помнишь? – прошептала она в ответ. – Меня уволят, если я буду угощаться на глазах у гостей.

– К счастью, Мира – эксцентричная особа.

Он сурово постучал ее по подбородку и собственными скользкими пальцами положил кусочек мяса в виноградных листьях ей в рот. Она невольно улыбнулась ему. Возможно, это был глупый поступок: внезапно мужчины принялись таращиться не только на него.

Три человека окружили Миру, причем один покинул свою партнершу, к ее явному огорчению. Двух молодых людей отпугнул мрачным взглядом мужчина постарше, широкоплечий и мощный; в его подстриженных на армейский манер волосах пробивалась седина. Его лицо великолепно подходило для мрачных взглядов: крупный крючковатый нос, крупный подбородок, крупные уши; смуглую кожу испещряли старые оспины. Пену он напомнил разношенный сапог, возможно, подбитый гвоздями. Однако выдающееся уродство искупали проницательные карие глаза – и немного мрачная улыбка, с которой он опустился на скамью рядом с Пенриком. Забавно, но он не был в числе клиентов, которых Пенрику чуть раньше пришлось избавить от вшей. Никис заняла подобающее служанке место позади них.

Мужчина взял Миру за руку.

– Здравствуйте. Вы здесь новенькая, верно?

Пенрик позволил ему коснуться губами костяшек пальцев Миры и решил не жеманничать.

– А вы, как я полагаю, нет?

Он усмехнулся.

– Во мне не найдешь ничего нового. Меня зовут Чадро. А вас, мадам?

– Вы можете называть меня Мирой. Увы, я тоже не новенькая. Я всего лишь гостья мадам Зихре, остановилась немного отдохнуть здесь во время путешествия.

Его густые брови разочарованно поднялись.

– Значит, вы здесь не работаете, Мира?

Пен покачал головой.

– О. Жаль. – Он положил руку Пена на укрытое юбкой бедро и погладил ее. – Как вы познакомились с Зихре?

– Мы не встречались до вчерашнего дня, но у нас есть общая подруга, благодаря которой я смогла воспользоваться любезным гостеприимством мадам.

– А вы… – Он помедлил. – Быть может, эта ваша подруга и вы также разделяете с Зихре ее ремесло?

– Когда-то так и было, но теперь я отошла от дел и перешла к оказанию, скажем, личных услуг. Вот почему я путешествую.

– И правда. – Его улыбка вернулась. Вместе с рукой. – Но не отошли от дел полностью, верно?

– Вы меня искушаете, сэр, но у меня есть невыполненные обязательства.

– Вы очень хорошо лжете, любезная Мира. Едва ли это лицо сильно вас искушает.

– Одна часть не есть целое и не может служить мерилом целого.

– Ха. – Он развеселился. – Столь красивого философа я еще не встречал.

– Осмелюсь предположить, выиграть в этом состязании нетрудно, – с улыбкой откликнулась Мира.

– Верно. Если вы… – Но его следующую фразу в этом не слишком выдающемся обмене остротами заглушила суматоха в атриуме, которая быстро перекинулась на сад.

Два раскрасневшихся молодых человека с обнаженными кинжалами кружили друг вокруг друга в поисках свободного пространства. Другие посетители сада поспешно дали им место, с встревоженными криками отступив к стенам. Молодые люди были хорошо одеты в местном стиле и, судя по замысловатым прическам, не имели отношения к военному делу, в отличие от большинства клиентов. Две служанки выронили подносы и убежали, зовя на помощь привратника и Зихре.

– Сволочь Берат! – крикнул один. – Чума на твой дом и на тебя!

– Пес Парга! Я вырежу твой поганый язык!

Они кинулись друг к другу. Сталь пронзительно заскрежетала о сталь.

– О боги, – простонал Чадро. – Кто впустил сюда двух этих идиотов одновременно?

Он поднялся, но, в отличие от более осмотрительных свидетелей, шагнул не назад, а вперед.

Пенрик не отставал от него. Последним, в чем нуждался их отряд, была кровавая драка, которая привлечет местные власти, чтобы допросить и внимательно изучить всех присутствовавших, включая случайных путешественников. Будучи чужаками, они вызовут повышенный