немало времени, но мои инстинкты самосохранения всё ещё сильны.

— Спасибо, Лиз.

— Джеймс, я так волновалась за тебя, — сказала Кэти. Он чувствовал, как её тело дрожит, пока они обнимались.

— Пошли. Проверим остальных.

Анника сидела в кресле за кухонным столом, а Джонатан спускался по лестнице с женой, когда Рис, Кэти и Лиз вошли в главную комнату.

— Где Торн? — сразу же спросил Рис.

— Он наверху, наблюдает за обстановкой, на всякий случай. Мы не уверены, что это были все.

— Рис, ты ранен! — воскликнула Кэти, когда они вышли в более освещённую часть дома и она заметила кровавый порез на его джинсах сзади.

— Думаю, просто царапина.

— Дай посмотреть.

— Сейчас?

— Да, сейчас.

Рис сел и задрал правую штанину. Он дёрнулся, когда она коснулась раны, которая была эффективно прижжена теплом пули. Пуля лишь скользнула по задней части его икры, оставив канал в полдиаметра, пока прокладывала свой путь поперёк плоти.

— Видишь, я говорил, что ничего страшного.

— Я всё равно перевяжу.

— Я принесу тебе всё необходимое, дорогая, — сказала Кэролайн, выходя из комнаты.

Рис положил свой карабин на стол рядом с болтовой винтовкой Кэролайн и приготовился терпеть медицинскую обработку от Кэти.

— Кто это был? — спросила Кэти, её журналистский ум уже работал над пониманием произошедших событий.

Рис посмотрел на остальных за столом.

— Пока не уверен. Думаем, русские.

— Русские?

Кэролайн вернулась и вручила Кэти пластиковый контейнер, заполненный средствами первой помощи.

Она придвинула свой стул ближе к Рису и положила его ногу себе на колени, прежде чем промокнуть рану смоченным бетадином марлевым тампоном.

— Ты знаешь, что делаешь?

— Мой отец был врачом, помнишь?

— Это значит «да»?

— Не волнуйся, я также посмотрела пару серий «Анатомии страсти».

Она пальцем нанесла мазь на рану, затем прикрыла её подушечкой и обмотала всю икру несколькими витками марли.

— Вот. Готово.

— Неплохо, — признал Рис.

Кэролайн одобрительно кивнула.

— Что ж, парни, — сказал Джонатан. — Скоро здесь будут власти. Нам нужно поговорить. Почему русские бандиты нападают на нас в Монтане?

Рис посмотрел на Рейфа, а затем обратно на Джонатана, а затем на Кэти, Кэролайн и Аннику.

— Простите, сэр. Это моя вина. Думаю, они пришли за мной. Мне следовало знать, что не стоит приезжать сюда и подвергать вас всех риску. Я должен был знать, что они найдут меня.

— Ни слова об этом, парень, — отрезал обветренный старик. — Мы все ещё на этом свете. Это было ничто по сравнению с тем, что терры и приспешники Мугабе творили в Родезии. Я только разогреваюсь. Они ещё вернутся?

— Если я останусь, возможно, но давайте не будем делать предположений, пока я не поговорю с Управлением. Они могут пролить свет на всё это. — Он посмотрел на Рейфа. — Помни, было две ударные группы. Одна охотилась на Рейфа, так что, если только они не перепутали, кто из нас кто, давайте не исключать и Рейфа как цель. Это может означать, что кто-то знает, что ты был со мной в Швейцарии.

Рейф посмотрел на Аннику, чья тревога была более чем очевидна.

— Кроме того, — продолжил Рис, — пожалуйста, свяжись со своими другими дочерьми. Пусть уедут в безопасное место.

— Здесь теперь безопасно, — заметил Джонатан.

— Атакуй они нас ночью, с ПНВ, лазерами и более способными силами, с дистанционным оружием, у нас не было бы ни шанса. Нам повезло, и мы были готовы к такому типу атаки. Более профессиональное подразделение могло бы уничтожить нас; всех нас. — Рис обвёл взглядом комнату, пока серьёзность ситуации доходила до всех.

— Я сейчас позвоню девочкам, — сказала Кэролайн, направляясь к стационарному телефону рядом с диваном.

Рис наклонился над столом, его глаза пристально переходили с отца на сына.

— Есть только один человек, который может сказать нам, что происходит, и прямо сейчас он умирает в кузове моего грузовика.

— Дай мне десять минут с ним, — заявил Джонатан. — Посмотрим, насколько он крут, когда я обмотаю его шинами и начну их жечь.

— К сожалению, мы не можем этого сделать, — сказал Рис. — Правоохранители, должно быть, уже в пути, так что время поджимает. Если они завладеют им и он потребует адвоката, мы ничего не добьёмся.

— Что ты предлагаешь? — спросил старший у Риса.

— Лиз, сколько лететь до самого удалённого домика Торна?

— Около часа на «Альбатросе», а что?

— Ладно. Мы с Лиз отвезём этого Сталина туда, в домик, — сказал Рис, указав на русского, связанного в Land Cruiser. — Вы двое готовьтесь к встрече с шерифом. Даже местные правоохранители сложат два и два и поймут, что здесь происходит нечто большее, чем кажется на первый взгляд. Я позвоню своему контакту в ЦРУ и посмотрю, сможет ли он накинуть какую-то завесу национальной безопасности, чтобы выиграть время. А пока у меня есть работа.

— Рис, ты уверен, что хочешь это сделать? — спросил Рейф.

Рис обвёл взглядом комнату. Вместо Кэти, Анники, Лиз и Кэролайн он увидел призраков своей погибшей жены и дочери.

— Думаю, я знаю, кто за этим стоит. Возможно, он охотится на нас обоих за ликвидацию Андренова в Швейцарии, но, думаю, дело в чём-то ещё более личном. Мне нужно знать, где он. Наша единственная ниточка, возможно, уже истекает кровью в моём грузовике, так что надо двигаться. Я вернусь, когда всё закончится. Ах да, Джонатан, — добавил Рис. — У тебя есть ещё этих домашних перцев-призраков?

ГЛАВА 47

ПЕХОТНЫЕ СРАЖЕНИЯ НЕЧАСТЫ в округе Флэтхед, штат Монтана, несмотря на чрезвычайно высокий уровень владения оружием. Из-за этого реакция правоохранительных органов была предсказуемо масштабной. Каждый доступный заместитель шерифа прибыл либо на ранчо, либо на место попытки дорожной засады.

Вся семья сидела за кухонным столом вместе с адвокатом Гастингсов, Брэдом Кэхиллом, когда власти прибыли к дому. Кэхилл был бывшим армейским рейнджером и прокурором США по округу Монтана и близким другом как семьи Гастингс, так и Торнтонов. Фирменная белая стетсон Кэхилла лежала на столе, но, по его предложению, винтовки были со вкусом перепрятаны. Региональная группа SWAT из полевого офиса ФБР в Солт-Лейк-Сити прибыла вскоре после заместителей на паре вертолётов Бюро, будучи предупреждённой звонком Вика Родригеса о возможной засаде. В течение нескольких