жалкое. Цыпу, который держал псарню, мало кто знал и среди крутых. Ну не публичный он был человек. А я назвал это имя, даже не моргнув, чем окончательно вогнал братка в тупик.

— Слышь, ты не так понял…

Я снова не торопился с ответом. Пусть в голове у него сначала уляжется, что разговор идёт не туда, куда он ожидал. Он ведь наверняка думал, что сейчас начнётся обычная бытовуха: бабки, тётка, кто кому должен. А я обозначал ему совсем другой расклад.

— Не понимаю, чего вы хотите… — сдавленно прошептал Насос.

— Понимать тебе и не надо, — сказал я. — Я думаю, что ты уже всё понял.

Он помолчал. Вот теперь можно было класть ему в голову нужную легенду. Настоящую цель — пацана — я светить не собирался. Но мне нужен был рабочий заход, который звучит правдоподобно. Почву я для этого уже подготовил.

Я подошёл к столу, взял пустую кружку, стоявшую сбоку, повертел её в пальцах и поставил обратно. Просто чтобы дать Насосу ещё пару секунд посидеть с тем, что он сам только что на себя вывалил. Он следил за кружкой так, будто от неё сейчас зависела его судьба. В каком-то смысле так и было.

— Ну смотри, — сказал я спокойно. — Что бабки не твои, я уже понял. Будь они твои, мы бы у тебя их просто отжали, и на этом весь разговор бы кончился.

Он сглотнул. Кадык у него дёрнулся.

— А раз бабки Цыпы, — продолжил я, — давай думать, как ты будешь это заглаживать.

Насос моргнул, быстро, по-кроличьи, и сразу выдал первое, что пришло в голову:

— Тачку забирайте.

Я повернул голову к Шмелю.

— Нужна тачка?

Шмель сидел, развалившись на диване, и только отмахнулся.

— Да на пса она нужна, — сказал он.

— Я вот тоже думаю, что не нужна, — кивнул я и снова перевёл взгляд на Насоса.

Тот понял, что с машиной не прокатило, и сразу напрягся сильнее.

— А чё тогда надо? — спросил он суше.

— До нас дошёл слух, — сказал я, — что у вас есть пёс, которого просто так не взять. Серьёзный боец. С именем.

Насос на секунду застыл, потом выдал почти автоматически:

— Это кто, Спиридон?

Я медленно покачал головой. На собачьих боях в прошлой жизни я бывал. Спиридон был пёс серьёзный, только не он меня интересовал. У Цыпы был другой козырь в псарне.

— Нас интересует Тайсон, — сказал я.

Вот тут Насос чуть не подпрыгнул. У него в глазах мелькнуло быстрое понимание, что разговор идёт уже совсем не о сумке с деньгами.

— Это… это Цыпы пёс, — выдавил он. — Он не продаётся.

— А кто сказал, что мы его покупать собрались? — спросил я. — Ты теперь нам этого пса должен. Или Цыпа узнает, что ты его в падлы определил. Сам, своими словами.

Браток медленно покачал головой, завис.

— Допустим, — протянул он. — Допустим, я даже понял, про что вы. И чего дальше? Как я вам пса достану?

Я чуть подался вперёд.

— Дальше просто. Ты нас заводишь туда тихо. Мы не шумим, а ты лишний раз не светишься. Нам нужен вход. Тебе нужен шанс остаться в стороне и косяк свой отработать. Пса мы заберём сами.

— Думаете, я за такое впишусь?

— Думаю, у тебя выбора нет, — сказал я. — Если, конечно, сам не хочешь потом сдохнуть как собака. Цыпа такие вещи спускает редко.

Насос поёрзал на табурете, переваривая.

— Да вы чё, пацаны, — сказал он уже совсем другим голосом. — Я там вообще никто. Нашли, кого вязать. Я ж просто подвожу, что скажут. На побегушках бегаю. Мне сказали — я приехал. Сказали — забрал. Всё… То, что я блатной, — я вам порожняк втирал…

Он сам осёкся. Понял, что опять полез в ту же яму, только уже с другой стороны. Шмель даже головой качнул, будто любовался.

— Во-во, — протянул он. — Сам себя и сдал. Люблю, когда человек старается.

Насос шумно втянул воздух сквозь стиснутые зубы. Теперь он уже не спешил с ответом. Сидел, облизывал губы, думал. Я ему не мешал. Пусть думает.

Насос ещё секунду посидел, потом медленно кивнул самому себе.

— Чё делать надо? — спросил он. — Слушаю.

Я встал напротив Насоса и скрестил руки на груди.

— Сначала ты подробно рассказываешь, как у вас там всё обстоит, — сказал я. — Потом говоришь, когда удобнее заводить своих, под каким предлогом и как провести своих без подозрения.

— Своих? — переспросил он настороженно. — Сколько вас будет?

— Столько, сколько тебе знать не надо, — ответил я.

Он хотел что-то вякнуть, но передумал — начал понимать дистанцию.

— Если я заведу, а там что-то пойдёт не так? — спросил он. — Мне потом кто голову прикрутит? Вы, что ли?

— Ты сейчас сидишь здесь живой только потому, что мы с тобой ещё разговариваем, — отрезал я. — Это уже лучше, чем могло быть. Дальше всё зависит от того, насколько ты окажешься полезным.

Шмель тотчас добавил:

— И насколько быстро перестанешь включать дурака.

Насос зло выдохнул, но спорить опять не стал. Посидел, потом буркнул:

— Ладно. Слушайте тогда.

Он начал проговаривать мне расклад, который я по большей части и так знал. Просто хотел проверить его на вшивость. Говорил он правду, значит, многое осознал.

— Если с деньгами приезжают или по договору какому, сначала в дом ведут. Там смотрят, кто приехал, с чем приехал, — говорил браток.

— Кто встречает? — спросил я.

— По-разному. Ромыч Глаз часто на дворе. Он Цыпин ближний по месту. Лёха бывает. Ещё двое крутятся, но те тупые, просто силой давят… Вы хотите через меня зайти? — спросил Насос.

— Наконец-то, — сказал Шмель. — Проснулся.

— Хотим, — подтвердил я. — Ты привозишь нас так, чтобы у них не было вопросов. Остальное уже наша забота.

Насос посидел, ссутулившись, потом спросил:

— А если Цыпа сам там будет?

— Тогда тебе тем более лучше, чтобы мы зашли красиво, — ответил я. — Иначе потом ему же будешь объяснять, как ты сирот на бабки тряс и старшего подставил.

Браток снова сглотнул. Это имя на него действовало лучше любого подзатыльника.

— Ладно, — сказал он уже глуше. — Ладно. Я заведу. Только вы мне потом…

— Потом ты будешь очень тихо сидеть и радоваться, что вообще уцелел, — перебил я. — А пока заводишь людей как покупателей. Тебя попросили подвести к хозяину. У серьёзного клиента есть интерес к хорошему бойцовому псу. Всё. Ты внутрь сделки не лезешь. Просто подвёл и исчез.

Он чуть прищурился. Я видел, как он мысленно начал примерять схему к реальности. Вряд ли он мне поверил. Просто это уже звучало как рабочий вариант, из которого можно выскочить