– Чего вы шепчете? – надменно сказала Марина. –Если уже в номере, значит, сейчас спустится. Скажите ему, что я на улице. У вастут душно, как в бане. Почините кондиционер. Или поставьте дополнительный.

Марина уже собиралась быстренько уйти, чтобы поделиться сВадимом добытыми сведениями, но молодой человек за стойкой быстро заговорил:

– Постойте. Я, вероятно, не должен вам этого говорить, но...

– Что – но? Не должны, так не говорите, – бросилаМарина через плечо и развернулась к выходу.

– Может быть, вам все-таки будет интересно? – жалобноспросил дежурный портье, которому, вероятно, хотелось продать ей какую-тоинформацию.

– Выкладывайте, что там еще? – милостиво согласилась Марина,возвращаясь к стойке. – Только имейте в виду, я просто так деньги нераздаю.

– Что вы, какие деньги, – замахал на нее руками молодойчеловек. – Просто счел необходимым пояснить. Господин Фиш в номере, но назвонки не отвечает. Я ему уже звонил три раза. И горничную посылал. Онастучала, но он не открыл. Вероятно, заснул. Это я потому сказал, чтобы вы неждали попусту.

– То-то я смотрю – он трубку телефонную не берет. Звоню емуна мобильный последние полчаса – не берет, и все. Вот сволочь!

Марина окончательно вошла в образ и почувствовала себянастолько уверенно, что решила продолжить игру.

– А вы ему зачем звонили? – строго поинтересовалась онау портье.

– Так он когда пришел вечером, забыл в холле свою камеру.Ключ взял, а ему в этот момент позвонили. Он камеру положил на кресло. А потомсразу поднялся к себе номер – очень уж спутница его торопила.

– Какая еще спутница? – грозно нахмурилась Марина,попытавшись изобразить ревнивое недоумение.

– Ой, простите, я не должен... – будто бы спохватилсяхитрый портье.

– Не останавливайтесь, говорите. Я умею бытьблагодарной! – нажимала Марина, не совсем понимая, для чего ей можетпонадобиться информация об очередной спутнице Фиша.

– Ради бога, это строго между нами!

Марина царственно кивнула.

– У меня ведь могут быть неприятности по службе. Это изчисто человеческой симпатии к вам, – канючил портье, ожидая, когда будетобъявл??на сумма призового фонда.

– Я же сказала – умею быть благодарной. Говорите же!

– Девушка, лет двадцати. Очень хорошая фигура, бюст и все такое.

– Блондинка?

– Наоборот, брюнетка.

– Я знаю, кто это! Глаза голубые?

– Простите, не рассмотрел – она была в солнцезащитных очках.Очень больших. Губы такие – крупные, яркие.

– Точно, Наташка. Вот мерзавка! И они сейчас там, в номереФеликса? Вдвоем? Убью обоих!

Марине очень захотелось изобразить приступ бешеной ревности,но она боялась перегнуть палку. Портье, испугавшись, что агрессивная дамасейчас начнет крушить мебель, попытался ее успокоить:

– Не волнуйтесь, она уже часа два как ушла.

– Феликс ее провожал?

– Нет, одна упорхнула. Я ее и заметил-то случайно – она излифта вышла вместе с немцами. Трое мужиков таких здоровых, пузатых, все время спивом ходят. Они чемодан с собой везли, я и подумал – им выезжать еще черезнеделю, куда это они вещи поволокли? А девушка как-то между ними затесалась, еепочти не видно было.

– Значит, одна ушла, – как будто успокоившись,вздохнула Марина.

– Одна, совершенно одна. Мне показалось, что на улице еемужчина ждал. Но могу ошибаться – отсюда не очень хорошо виден вход. К тому жеэто мог быть кто-то из проживающих в отеле. Хотите, я сейчас еще раз позвоню вномер господина Фиша?

– Дима, – трагическим шепотом сказала Марина,покосившись на бейджик дежурного портье, – вы мне очень помогли. Звонитьникуда не надо, разве что вам надоела его камера. Я пойду к машине и через пятьминут вернусь с деньгами. Ждите. А если появится этот бесчестный человек – неговорите, что я приходила, хорошо?

– Обязательно. Спасибо, большое спасибо, – заулыбалсяугодливый Дима.

– У тебя есть пятьдесят долларов? – едва отдышавшись,поинтересовалась Марина. – Срочно нужно.

– Зачем? Кстати, я давно уже доллары не ношу.

– Диме дать. А рубли есть?

– Конечно. Кто такой Дима?

– Портье. Давай деньги, я сейчас вернусь и все объясню.

Выслушав Марину, Вадим ненадолго задумался, а потомпредложил:

– Пойдем в машину. Если он залег спать, то до утра вряд липоявится. А мы можем пока по окрестностям покрутиться – вдруг его «Вольво»всетаки здесь, неподалеку.

Но едва он произнес эту фразу, как Марина тихоньковскрикнула и схватила Баратынского за рукав.

– Что случилось? – всполошился Вадим.

Проследив за вытянутым вперед Марининым указательнымпальцем, он увидел Феликса Фиша. Художник, стоящий на ступеньках перед входом вотель, выглядел весьма оригинально. Он был в трусах, резиновых шлепанцах илегкомысленном розовом пиджачке, накинутым прямо на голое тело. В руках у негобыла камера. От элегантной прически не осталось следа, голова Фиша сейчас былапохожа на гигантский пучок морских водорослей.

Оглядевшись по сторонам, Фиш вдруг резво поскакал вдольздания и свернул за угол. Пока Вадим и Марина пытались сообразить, что им нужноделать, таксидермист показался с противоположной стороны, обежав отель скакой-то космической скоростью. Этот аттракцион он проделал еще дважды.

– Зачем он носится кругами? – спросила изумленнаяМарина.

– Пока не знаю. Может, потерял чего или замерз. Хотя сейчасградусов двадцать пять тепла. Смотри, куда это он отправился?

Перейдя с бега на быструю ходьбу, Феликс Фиш внезапноизменил маршрут и пошел в направлении ближайшей улицы.

– За ним, короткими перебежками, – скомандовал Вадим, иони, прячась в тени деревьев, начали преследование.

Фиш, выйдя на пустынную в этот поздний час улицу, сталловить машину, энергично жестикулируя и что-то невнятное выкрикивая. Но редкиев этот полночный час водители старательно объезжали прыгающего по мостовойполуголого мужчину в розовом пиджаке.

– Он будет танцевать здесь до утра, – констатировалВадим, осторожно выглядывая из-за огромного дерева, за которым они с Маринойустроили временный наблюдательный пункт. – Надо быть безумцем, чтобысажать к себе такого пассажира.

– Как ты думаешь, что с ним произошло? И куда он собираетсяехать в таком виде?

– Сам себе задаю эти вопросы. Ответов только не знаю. Дажене представляю, как сейчас можно это выяснить. Слушай, давай ты вернешься ипригонишь сюда нашу машину.