ни за что не потерпит в Вейре девять поющих файров, – не допускающим возражения тоном заявил мастер-арфист. – А кроме того, их место – в моем цехе, в цехе арфистов. Ты и меня должна научить кое-каким секретам, – усмехнулся он.

При этом глаза его так озорно смеялись, что Менолли невольно ответила робкой улыбкой.

– А теперь, – Робинтон с притворной суровостью погрозил ей пальцем, – прежде чем ты придумаешь новые доводы, домыслы или догадки, потрудись, пожалуйста, выдать мне мои яйца, забирай свои пожитки, и мы отправляемся в Дом арфистов! День сегодня был на редкость богат не только Запечатлениями, но и впечатлениями.

Он доверительно сжал ее ладонь, и в его добрых глазах девочка прочла молчаливую просьбу. Все ее страхи и сомнения мгновенно улетучились. Красотка ослабила свою удушающую хватку и издала восторженную трель. Потом еще раз, созывая всю свою дремлющую стаю. В голосе ее эхом отразилось ликование, которое переполняло душу Менолли. Девочка медленно поднялась, опираясь на руку мастера-арфиста.

– С радостью поеду с тобой, мастер Робинтон, – пролепетала она, не сдерживая счастливых слез.

Все девять файров торжествующе загудели, выражая свое согласие.

Певица Перна

С уважением, восхищением и любовью посвящаю эту книгу Андрэ Нортон

Глава 1

Маленькая королева

Позабыла про напевы:

«Убирайся, море, вон!

И детей моих не тронь!» —

И бросается на волны в жуткой ярости…

Шел моряк-мальчишка к холду,

Шел, своим уловом гордый,

Ноги бо́сые в песке,

Сетка с рыбою на руке,

Глядь – над морем королева аж заходится…

Он глядит – не понимает:

– Что стряслось? Беда какая?

Ты скажи – я помогу!

– Яйца там, на берегу!

А вода все подступает, приближается!

Лезет он на скалы выше,

Чтоб найти для кладки крышу.

Вон пещера – в самый раз!

Всех перенесем сейчас,

Будут маленькие файры в безопасности!

Золотая королева

На плече мальчишки левом

Ластится к нему, играет,

И глаза ее сверкают

Синим светом бесконечной благодарности.

Сбылось – скоро она, Менолли, дочь морского холдера Януса, увидит Дом арфистов! И явится она туда не как-нибудь, а верхом на бронзовом драконе, восседая между Т’гелланом, его всадником, и самим мастером Робинтоном, самым главным арфистом Перна. И это она, которой столько лет вбивали в голову, что девушке нечего и мечтать о ремесле арфиста, и которая сбежала из холда и жила в пещере, ибо не мыслила жизни без музыки… Да, такой исход можно по праву считать триумфом.

Но в глубине души притаился холодок страха. Ясно, что в цехе арфистов ей никто не запретит заниматься музыкой. Правда и то, что она сочинила несколько песенок, которые мастер-арфист слышал и высоко оценил. Но ведь это так, пустяки, ничего серьезного… Что ей, простой девчонке – пусть даже она и обучала детвору учебным песням и балладам – делать в Доме арфистов, где все эти песни рождаются? Да к тому же девчонке, которая ненароком умудрилась запечатлеть целых девять файров, в то время как любой перинит отдал бы все на свете, чтобы заполучить хотя бы одного? Что думает сам мастер Робинтон о ее будущем в цехе арфистов?

Менолли так устала, что мысли у нее в голове путались. В Бендене, на другом конце материка, где уже давно царит ночь, ей пришлось пережить беспокойный, хлопотливый день. А здесь, в Форт-холде, еще только начинает темнеть…

– Потерпи еще несколько минут, – крикнул ей в ухо Робинтон.

Девочка услышала, как он рассмеялся. Бронзовый Монарт’ затрубил, приветствуя сторожевого дракона Форт-холда.

– Держись, Менолли, я знаю, как ты устала. Сейчас приземлимся, и я велю Сильвине позаботиться о тебе. Взгляни-ка вон туда.

Проследив за его жестом, девочка увидела освещенный квадрат здания у подножия образующего Форт-холд утеса.

– Вот он – Дом арфистов!

Менолли почувствовала, что вся дрожит – от усталости, леденящего перелета через Промежуток и смутных опасений. Монарт’ начал спуск, и, пока он описывал плавные круги, из здания высыпала толпа народа. Собравшиеся во дворе люди бешено размахивали руками, приветствуя возвращение мастера-арфиста. Менолли как-то не ожидала, что цех арфистов такой многолюдный.

Пока огромный бронзовый дракон опускался посреди двора, толпа расступилась, чтобы дать ему место, но приветственные крики по-прежнему не утихали.

– Я привез два яйца огненной ящерицы! – прокричал мастер Робинтон.

Бережно прижимая к груди меховые мешочки, он ловко соскользнул с плеча бронзового Монарт’а – видно, ему частенько приходилось путешествовать на драконах.

– Слышите – два! – торжествующе повторил он, поднял головой мешочки с драгоценным содержимым и стал обходить толпу, демонстрируя свое сокровище.

– А как же мои файры? – Менолли тревожно озиралась по сторонам. – Скажи, Т’геллан, они найдут нас? Не затеряются в Промежутке?

– Не бойся, Менолли, – успокоил ее всадник и показал на черепичную крышу здания. – Я попросил Монарт’а, чтобы он велел им до поры до времени посидеть там.

У Менолли отлегло от сердца – на фоне темнеющего неба она безошибочно различила на коньке крыши знакомые силуэты своих питомцев.

– Только бы они не начали безобразничать, как в Бендене…

– Не будут, – беспечно проговорил Т’геллан, – если ты об этом позаботишься. Тебе удалось добиться от целой стаи больше, чем Ф’нору от его маленькой королевы. А ведь Ф’нор – опытный всадник.

Перекинув левую ногу через шею дракона, он спрыгнул на землю и протянул руки, чтобы помочь Менолли слезть.

– Спускай ноги – я тебя подхвачу, а то ушибешь больные ступни. Ну вот, девочка моя, ты и в Доме арфистов!

Т’геллан широким жестом обвел окрестности, как будто ему одному Менолли была обязана тем, что попала сюда.

Девочка оглядела двор – на противоположной стороне над толпой возвышалась долговязая фигура мастера Робинтона, все взоры были прикованы к нему. Может быть, Сильвина тоже там? Менолли мечтала, чтобы мастер-арфист поскорее отыскал ее. Девочка не могла всерьез положиться на легкомысленные заверения Т’геллана: мол, файры будут вести себя тише воды ниже травы. Ведь они только-только начали привыкать к Бендену, где люди умеют обращаться с этими крылатыми непоседами…

– Да не волнуйся ты так, Менолли, – успокаивал ее всадник, неловко обнимая за плечи. – Ты только подумай: все арфисты Перна сбились с ног, разыскивая пропавшего Петиронова подмастерья…

– Только потому, что были уверены: этот подмастерье – парень…

– Однако то, что ты девочка, не помешало мастеру Робинтону пригласить