Она рассмеялась и прижалась к нам.

— Вы мои придурки. Самые лучшие. Самые любимые.

Мы сидели так, глядя на закат, и я думал о том, что жизнь — удивительная штука. Ещё недавно я был готов убить Алика из-за неё, а теперь мы были одним целым. Она стёрла все границы, все сомнения, всю ревность. Оставила только любовь.

— Навсегда? — спросил я тихо.

— Навсегда, — ответили они хором.

И я знал — это правда.