— Не знаю, — Цинз пожал плечами. — Скорее всего просто увлечение, которое я принял за что-то большее. Ведьмы для демонов всегда были чистым искушением. Я встретил её на Земле и был поражен. Демоницы другие. Они более покорные, всегда действуют хитростью, а не напрямую в отличии от ведьм. По крайней мере, мне так показалось. Слишком хорошо она играла и слишком красивые иллюзии умела строить. Я попался в её умело расставленные сети. И то, что выжил — это чистая случайность. Если бы Ану не проверял в этот момент семейный артефакт, то не заметил мою смерть. Береги себя мальчик мой. Если смог забрать кольцо у ведьмы, то прячь не на своем теле, а где-нибудь подальше, там куда твоя жена не сможет пробраться.

Яна не пошла на встречу с баронессами. Развлекаться после общения с герцогом совсем не хотелось. Хотелось поговорить с Дервилем, понять, что будет дальше. Лэль в ней все твердила о разрыве с кольцом, но Яна сильно сомневалась. Ведь стать совершенно беспомощной не хотелось. К тому же она надеялась, что инкуб ей вернет кольцо, ведь ночью он хотел это сделать. Жаль она была не в состоянии поговорить с ним об этом утром, возможно, что уже сейчас она могла бы уйти вместе с мужем на Землю.

Встречаться с императором совсем не хотелось, виделся во всей этой встрече какой-то дурной знак. Все инстинкты кричали Яне о том, что эта встреча очень плохо закончится. Да и сам Дервиль ночью об этом ей сказал. Не зря же он хотел вернуть ей кольцо сам?

Яна металась по комнате, заламывая руки, в ожидании мужа, а когда он наконец-то вернулся, то кое-как поборола инстинктивное желание шарахнуться от него в сторону.

Он был мрачнее тучи. Инкуб смотрел на неё так, будто она его в чем-то предала, совершив ужасное преступление. Не надо иметь семи пядей в лбу, чтобы не догадаться, что это герцог настроил его против неё, и чтобы сейчас она не сказала будет воспринято Дервилем в штыки.

Инкуб подошел близко к Яне заглядывая ей в глаза. Какое-то время они стояли друг на против друга и молчали. Но затем он заговорил:

— Завтра в обед мы перейдем через портал прямо во дворец. Нас пригласил на аудиенцию император. Хочу предупредить тебя, что поданные в Инферно приветствуют императора стоя на коленях.

Лицо у Яны вытянулось.

— И лишь с его дозволения разрешено с коленей будет подняться, — продолжил инкуб, не обращая внимание на эмоции жены. — Это касается абсолютно всех поданных. И если ты решишь заупрямиться или проявить свою непокорность, то император будет вправе тебя казнить на месте. Поэтому что это расценивается, как преступление.

Яна приоткрыла губы, чтобы возразить, но Дервиль её прервал:

— Я не буду тебя защищать, потому что предавать отца не собираюсь. И если ты не приклонишь колени перед императором, то умрешь.

— Ты хочешь сказать, — выдохнула Яна, чувствуя, как внутри клокочет ярость, заглушая все увещевания Лэль, — что притащил меня в этот мир, превратил в свою сексуальную рабыню, и при этом еще и требуешь, чтобы я преклонила колени перед вашим императором, хотя поданной даже не являюсь?

— Ты стала моей женой, значит автоматически стала поданной, — процедил сквозь зубы инкуб, прожигая злым взглядом ведьму.

— Я не соглашалась на то, чтобы стать твоей женой! И не соглашаюсь на встречу с императором, перед которым должна стоять на коленях! — закричала она прямо ему в лицо.

Дервиль прикрыл глаза, сжав руки в кулаки, и стараясь подавить в себе желание схватить жену за плечи и трясти до тех пор, пока она не покорится ему. А затем очень тихо ответил:

— Если ты этого не сделаешь, то умрешь.

Яна спала с лица, и все же сделала шаг назад с ужасом смотря на инкуба.

— Ты угрожаешь мне? Сам убьешь?

Дервиль опешил на мгновение, но затем взяв себя в руки, продолжил:

— Что ты несешь, дура! Я не собираюсь тебя убивать! Ты моя истинная, как я это сделаю? Это все равно, что убить себя!

Яна выдохнула от облегчения и быстро заговорила:

— Тогда зачем нам идти на эту аудиенцию? Давай вообще уйдем из Инферно. Будем жить на Земле. Только ты и я. Мне не нужен твой замок или титул.

Дервиль вспомнил рассказ дяди о том, как ведьма утащила его на Землю, и там провела свой ритуал, и потемнел лицом.

— Я не собираюсь из-за твоих хотелок покидать свой дом, — процедил он. — Завтра, если ты хочешь жить, то пойдешь со мной во дворец и приклонишь колени перед императором.

— А если не пойду, — прошептала Яна.

— Значит я потащу тебя туда силой! — зло рыкнул инкуб, и развернувшись, пошел на выход, чеканя шаг.

Лэль внутри Яны притихла. Сейчас даже она не ожидала от своей пары такого поведения. Возможно, он вел её на верную смерть, но из-за своей упертости не видел опасности. Настолько доверял своим родным? Или… действительно хотел от неё избавиться? Но это невозможно. Истинная — это вторая половина. Умрет она, значит и умрет он. А значит — первое. Он уверен в том, что там им обоим не грозит опасность.

Что же с ним случилось? Ведь еще ночью он думал совершенно иначе… Но, судя по всему, все забыл, и герцог что-то наговорил ему, что инкуб поверил.

Яна села на постель, со смешенными чувствами. Обида и злость — вот, что она чувствовала.

Лэль в ней пыталась её успокоить, побороть её гордыню, и пойти на встречу инкубу.

«Он ничего не помнит, он другой. Считает тебя своим врагом, ведь его с детства в этом убеждали, потому и не доверяет. Прошлая ты и сама ему не доверяла и хотела сбежать, — увещевала Лэль, а затем добавляла: — Разорви связь с кольцом, тогда ты сможешь уйти сама, тебе хватит сил открыть портал, я уверена. А инкуб пойдет за тобой следом, никуда не денется».

Яна долго гоняла свои мысли, чувства и эмоции. Разорвать связь с кольцом — это тоже тяжело. Для ведьмы её сила — это всё. Она превратится в инвалида, даже если останется живой. А Маако вообще может погибнуть. Его она тоже не хотела подвергать опасности. За столько лет жизни она полюбила вредного фенека. Да и что помешает Дервилю вернуть её обратно и запереть в той комнате, из которой она уже не сможет выбраться никогда, учитывая её крошечные силы?

И что это за традиции такие?

Перед