Он оторвался лишь на миг, чтобы прошептать, глядя прямо в её горящие алые глаза:

– Даже если ты когда–нибудь захочешь, тебя никто не спасёт. Ты моя. Навечно.

Дамиан стал ее освобождением и проклятием одновременно.

КОНЕЦ