закреплён нагрудный знак, с индивидуальным номером, на поясе — служебное снаряжение (рация, наручники, жезл) регулировщика. Он задавал вопросы, а Ева не могла отвести взгляда. Вдруг сотрудник огляделся вокруг и, видя, что за ними не наблюдают, чётко сказал:

— Ева, тебе нужно быть осторожнее, не все люди белые и пушистые. — Ева не поняла, почему он резко перешёл на ты и предупредил её об опасности.

— Я не понимаю. — Евы, всё ещё смотрела на него, не отрывая взгляда, он был как магнит, этот человек определённо притягивал к себе какой-то божественной энергией.

— Тебе хотят причинить вред.

— Кто и зачем? — До Евы стал доходить смысл сказанных слов. Наверно уже было не прилично так пялиться на совершенно незнакомого человека. Тогда нужно познакомиться. Ева протянула руку для знакомства.

— Ева Дмитриевна. — И Ева расплылась в самой кокетливой улыбке, которую на тот момент смогла изобразить.

— Видимо удар был сильным. Ева, мы уже знакомились.

— Правда, я не помню, давайте начнём сначала. — Ева поправила причёску, и подумала что наверно сейчас не самый лучший момент для знакомства, она разбила машину в дребезги, сама выглядит не наилучшим образом, на затылке, прощупывалась шишка, бровь кровоточила, коленка ужасно ныла, а она сидит и улыбается этому симпотяжке.

— Михаил — Он улыбнулся и протянул руку с явным удовольствием. Она ответила, слегка сжав его ладонь чуть дольше обычного. Рукопожатие вышло мягким, но отчётливым, с лёгким дополнительным пожатием двумя пальцами в конце — как знак особой симпатии. На мгновение он чуть накрыл её руку своей второй ладонью, что добавило жесту теплоты, но не перешло границ уместного. В глазах обоих читались озорные искорки. — Твою машину заберёт эвакуатор, поедем на служебной, заодно и поговорим.

— Куда поедем? — Ева готова была ехать за ним куда угодно.

— К тебе домой. — Михаил открыл ей дверь служебной машины.

— Мой адрес... - начала Ева.

— Расслабься, я знаю где ты живёшь! — Михаил завел машину и дал по газам.

Всю дорогу Михаил искоса поглядывал на свою спутницу и пытался подобрать нужные слова. "Ну как ей рассказать, как перевернуть весь её мир с ног на голову. Но тянуть тоже было нельзя, ей грозила опасность. Лишь бы она не приняла меня за пациента неврологической клиники".

— Ева, что ты знаешь о потустороннем мире? — Миша решил зайти издалека.

— Ну, всё просто, здесь реальность, а от туда ещё ни кто не возвращался, поэтому научных объяснений, что там происходит, нет.

— А если я тебе скажу, что тот мир намного реальнее, чем этот?

— Как ты можешь утверждать то, чего не видел?

— Видел Ева, и всё намного сложнее, чем ты можешь себе представить. И чтобы во всём этом разобраться нам нужно много свежесваренного кофе. Вылезай, приехали.

Зайдя в квартиру, Ева первым делом пробежалась по комнатам, и убрала в шкаф в спешке брошенные утром вещи. Как всегда она проспала и на ходу, примеряя то белый, то бежевый бюстгальтер небрежно оставляла их на виду. Жила Ева одна, так что проблем ей это не доставляло. Давно уже переехав от родителей и обеспечивала себя самостоятельно, она находила такой образ жизни — идеальным, ни кому ни чего не должна.

— Миша, присядь, пожалуйста, пятнадцать минут, я в душ и буду готова к разговору. — Как интересно, у неё в квартире- мужчина! Последние отношения были год назад. Вадик оказался полным болваном. Этот мужчина — воплощение парадокса: внешне вполне себе солидный, а в голове — сквозняк. Любил рассуждать с важным видом, но каждое его «глубокомысленное» высказывание заставляло окружающих переглядываться и тихо вздыхать. Решения принимал спонтанно, а потом искренне удивлялся последствиям. Главное его качество — непоколебимая уверенность в собственной правоте, даже когда факты буквально стучатся в лоб. Но чем он привлек Еву, так это то, что он наверно остался последним романтиком на земле. Он всегда был очень внимателен! Как- то Ева проговорилась, о том, что в детстве оставила в маршрутке своего любимого медведя, так на следующий день он принёс ей точно такого же. Или в тридцатиградусный мороз мог пойти за цветами, просто потому что Еве было грустно и ей захотелось весны. Эти отношения продлились два года. Точкой кипения стала его мама, она буквально влезла в их отношения. То, что я не понравилась Дарине Викторовне уже при знакомстве, было понятно сразу. Она как-то незаметно начала шпынять меня в разговоре, а когда мы собрались уходить, заявила, что у меня толстые руки. Видимо, поэтому и кофточки я ношу с объёмными рукавами. У них, конечно, в семье таких женщин не было, но раз «Вадюша выбрал вас, Евочка, то так тому и быть». Однажды у нас с Вадиком совпали графики отпусков, и он взял билеты к морю, его маман устроила истерику, что мы там потеряемся и без всяких возражений нужно брать ее с собой. В аэропорт Вадик приехал с мамой и её тремя чемоданами. Взлетающему самолёту и моей прошлой любви на прощание я помахала рукой.

Ева приняла душ и стояла в размышлениях, что ей надеть, так чтобы при новом госте не выглядеть в стиле grandmacore, но и не привлечь излишнее внимание. Выбор пал на шёлковый домашний костюм, он струился, как тихая река в лунную ночь. Гладкая ткань цвета морской пены мягко переливается при каждом движении, подчёркивая линии силуэта, но не сковывала их. Рубашка с глубоким V-образным вырезом и брюки с высокой талией создают образ утончённой небрежности — будто ты только что вернулась с вечерней прогулки у воды, а теперь наслаждаешься тишиной с книгой и чашечкой жасминового чая. Выйдя из душа, Ева заметила, что гость смотрит телевизор.

— Михаил, пройдемте на кухню, я приготовлю кофе.

Миша встал, по ощущениям он занял всё пространство кухни, на фоне его величества, вся утварь казалась маленькой, игрушечной. Михаил взял чашку с кофе и пригубил:

— Ну, давайте знакомиться вновь. -

Ева не поняла о чем идёт речь, по его словам они знакомились уже дважды.

— Так вроде мы уже знакомы — Ева подошла к окну кухни и задернула шторы. Михаил снова протянул ей руку для рукопожатия. Ева ему ответила с улыбкой.

— Казанцева Ева Дмитриевна.

— Архангел