Кладёт крылья под голову, а я обмахиваю. Смотрит на меня пристально, а я делаю вид, что не вижу, продолжаю трудиться.

Тело у пернатого, просто пушка! Так и хочется оставить следы от острого маника на смуглой коже. Чего это я? Продолжаю обмахивать.

Упс! Парус надувается и мне плохеет от перспективы быть трахнутой ни за что. Было бы не так обидно, если бы ключик мне вручил как презент. А так, не, не, не. Не согласная я!

А парус всё не сдувается, а воробушек всё пялится! У меня испарина на лбу выступила от напряжения. Терпи, пернатый! Посылаю ему мысли добра.

Хрясь! И нет опахала в моих руках. Шмяк! И я лечу всей тушкой на его распрекрасное тельце.

— Владимир, вы чего? — пялюсь на него в миллиметрах от красивого клюва.

— Хочу, чтоб ты отработала. — скалится, мнёт мою пятую точку, играет с пушистым хвостиком, а парус утыкается между моих стройных ходуль.

— А я не хочу. — мотаю красивой головушкой.

— Тогда пошла вон отсюда. Завтра же другую пришлют. — манипулятор хренов.

5 глава

Владимир Ильин

Лупит на меня глазищами, моргает через раз. То в глаза, то на ключ, на моей груди. Да, я хочу знать, насколько она продажная. Почему нет? Она решила меня подставить, сделать посмешищем. Терпеть я точно не собираюсь. Захотела стать эскортницей, пусть работает в полную силу.

— Пошла… вон! — повторяю для непонятливых.

Она машет в разные стороны головой, уши трясутся. Красивая же девчонка. А если снять с неё огромный слой штукатурки, и эти лошадиные ресницы, то, думаю, будет ещё краше. Вот нахрена ей это надо⁈

— Я… — сглатывает ком в горле. — У нас в договоре этого нет. — выдаёт последний факт.

Скидываю её с себя на кровать. Тянусь к тумбочке, достаю пачку купюр, отсчитываю примерную стоимость её съёма, умножаю на два и кидаю на неё.

Купюры падают на её тело и частично на кровать. Она смотрит ошалело, то на бабки, то на меня. Что-то прикидывает в голове:

— Да пошёл ты! Грёбаный упырь! — кидает мне в лицо купюры и виляя хвостиком, идёт на выход.

— Стоять! — чумею от её выходки.

Обычная эскортница давно бы уже на рынке шкур красовалась, но журналюгу этим не возьмёшь.

Она останавливается, поворачивается ко мне. В глазах костёр пылает. Того и гляди сожжёт меня дотла.

— Что ещё? Вызывай другую! — быстро переключилась на «ты». — И даже не смей подходить! — рявкает на меня, заноза, когда я иду в её сторону. — Накатаю заяву и будешь на баланде сидеть, не просыхая!

Фурия, не иначе. Люблю таких. Своенравных, принципиальных, боевых. Вот если бы не подстава с её стороны, я б не прочь с ней поразвлечься. Темперамент видно за версту.

Нависаю над ней и грубо говорю, чуть повышая голос:

— Быстро на кровать!

— Не пойду, ты меня трахнешь и скажешь, что сама в койку прыгнула. — тараторит, скрестив руки на груди, задирая нос.

— Вот если не ляжешь на кровать, загну прям тут. — угрожаю ей.

Она срывается с места и бежит к кровати, плюхается в неё и накрывается одеялом до самого носа.

Усмехаюсь про себя и иду в ванную. Ставлю руки на раковину и смотрю в зеркало. Мысли сами подкидывают картинки прошлого. Такая же бестия кинула меня, когда я серьёзно задумался об отношениях. И почему я провожу параллель между Симой и Викой?

Характер, именно он, говённый до жути, но такой привлекательный.

Снимаю трусы, член семафорит о неудовлетворённости. Сходить в ресторан, снять шлюпку? Не выйдет. Её куда-то надо привести. А у меня в кровати, типа эскортница, которая и должна быть той шлюпкой, которая снимет напряжение.

Встаю под холодный душ. Привожу мысли в порядок. Уже лучше, но эффект ненадолго.

Выхожу из душевой, обтираюсь полотенцем. Набираю Жору:

— Следи за дверью в мой номер. Ночью выйдет девушка. Проследи за ней, куда бы она не направилась.

— Понял. — чёткий и быстрый ответ моего охранника.

Уже пошёл к двери, но заметил вещи журналюги. Взял платье в руки, оттуда выпали её трусики. Три тонкие полосочки белого цвета. Не знаю зачем, подношу их к носу и вдыхаю её личный аромат.

Рецепторы бунтуют, нега разливается по телу. Он мне нравится. Терпкие нотки вызывают бредовые фантазии. А всего-то нужно трахнуть её, и наваждение сгинет. Так и сделаю, ещё не время.

Прячу трусики в ближайшем шкафчике, посмотрим, как она без них уйдёт. Сделаю маленькую гадость в обмен на её большую.

Выхожу из ванной комнаты и подхожу к кровати. Она делает вид, что спит, повернувшись ко мне спиной. Ушки сняла, хоть я и не разрешал. Укладываюсь рядом, не обделяю себя в удовольствии обнять её и прижаться всем телом.

Слегка вздрагивает, но продолжает упорно сопеть. Улыбаюсь своим мыслям и расслабляюсь. Долго пытаюсь не уснуть, рубит нещадно. На краю сознания чувствую, как она выползает из-под меня. Настороженно слушаю её шаги. Старается, крадётся, её почти неслышно. По ощущениям минут десять пропадает в ванной комнате. Видимо, трусики потеряла. Улыбаюсь мыслям о своей подставе. Пусть позлится.

Крадётся к кровати, почти невесомо перерезает верёвку на шее и забирает ключ. Замирает на минуту. Убеждается в моём крепком сне и продолжает действовать как профессиональный воришка.

Вскрывает тумбу, долгая тишина. Для убедительности в её чистых профессиональных намерениях подсунул туда несколько пачек бабла. Посмотрим, поведётся или нет. Если возьмёт хоть одну купюру, закажу разгромную статью. Нет, тогда обойдёмся судом.

Тихие шаги удаляются, открывается дверь и слегка щёлкает замок. Всё! Процесс запущен.

Переворачиваюсь на спину, подкладываю руки под голову и расплываюсь в улыбке.

Рыбка заглотила приманку. Сутки жду и подключаю адвокатов. Она быстро пишет статьи, так что, дело за малым.

6 глава

Сима (Kiss)

Вот я дура! О том, что доки липовые, заметила только дома. Идиотка! Нет бы проверить в номере. Так нет же! Срочно валить, пока не поймали. Могла бы засунуть доки обратно, завалиться к нему под бок и хоть выспаться. А сейчас что? Получается, что вернуться до утра не успею. Статья профукана. Да ещё и воробушек принял меня за полную дуру!

Он так торопился развести меня, что даже не заморочился с правильным составлением договора. А я, между прочим, дипломированный специалист, и серьёзные документы составлять умею. И знаю, как их отличить от липы.

Что у нас в сухом остатке?

Статьи не будет, доков нет, как эскортницу меня раскусили.