когда дело касается свитков. Свитки валяются в самых неожиданных местах. Однажды я посещал одну ферму, и клетку с перепёлками там выстилал старый папирус. Фермеру его отдали в обмен на зерно. Я заметил на папирусе письмена и спас его. Оказалось, это древние стихи. Конечно, как принц, я мог бы приказывать людям просто отдавать мне всё, что я пожелаю, но это было бы злоупотреблением властью. Отец был бы недоволен. – Он подмигнул Ренни – тот выглядел шокированным. – Ты находишь возмутительным, что принц, особа царских кровей, даёт работу обычным ворам?

– Нет, – ответил Ренни. – Я…

– Люди думают, будто быть принцем весело – живёшь себе во дворце, пока вокруг тебя хлопочут сотни рабов и слуг. Но на самом деле это всё равно что жить в позолоченной клетке. Существует столько правил, которые нужно соблюдать, столько повседневных вещей, которые не может делать принц, а обычный человек воспринимает как должное. Например, я не могу взять и отправиться на прогулку. Всё должно быть тщательно спланировано заранее. Поэтому я нахожу приют в свитках. Это моё убежище.

Ренни, который всегда полагал, что быть принцем значит делать что вздумается, лишился дара речи. Судя по всему, принцу Хаэму было очень одиноко. Возможно, поэтому он разоткровенничался с совершенно незнакомым человеком.

– Древние люди говорили, что мудрость – это дыхание самих богов, – продолжал принц. – Сохраняя её, я помогаю богам. Ты так не считаешь?

– Считаю, – пробормотал Ренни.

Принц указал на громадный деревянный сундук в дальней части комнаты.

– Мой отец думает, будто я собираю мифы и легенды о богах. И это так, но ещё я собираю более важные свитки. Старый друг моего отца однажды сказал мне, что знания в руках дурных людей могут стать очень опасными. Поэтому у меня есть этот сундук. – Он улыбнулся. – Давай, открой его. Даю тебе царское разрешение.

Ренни подошёл к сундуку и попытался откинуть крышку, но та, казалось, заклинила.

– Он заперт, – расплылся в улыбке принц. – Никто, кроме меня, не может его открыть. Видишь, все секреты внутри него в безопасности.

Его перебил раб, вежливо кашлянувший из дверного проёма.

– Ваше высочество, ваша матушка, царица Иситнофрет, желает поговорить с вами.

– Сейчас приду, – ответил принц.

Он повернулся к Ренни.

– Жаль, я не успел показать тебе свои наброски с Тотом, изобретающим письменность. Картина будет на той стене, над полками. Ты просто обязан снова навестить меня как-нибудь. Просто покажи моё кольцо у входа. Я ожидаю доставку кое-чего очень интересного и хотел бы показать это тебе.

4. Интересное приглашение

Ренни

– Поверить не могу, – сказал Ренни. – У меня целый месяц свободен. Дядя Пепи сказал, что именно столько уйдёт у строителей, чтобы перенести вход в гробницу фараона.

– Как же ты будешь зарабатывать? – спросила принцесса Балаал. – Тебе и твоей семье придётся обходиться без денег? Разумеется, я могу помочь!

Они лежали на крыше дома Ренни и ели финики. Вдали блестели под жарким солнцем вспучившиеся воды Великой Реки. Дети видели верхушки пальм, торчащие над половодьем.

– Фараон был очень щедр, – ответил Ренни. – Всем работающим над гробницей художникам всё равно заплатят.

– Справедливо, – сказала принцесса Балаал. – В конце концов, работа прекратилась по его ошибке.

– Маху тоже сидит без дела, – сообщил Ренни. – В полях делать нечего, пока вода не сойдёт. Он пытался устроиться на какую-нибудь стройку, но ничего не нашёл.

– Думаю, богиня намекает, что нам пора отправиться в новое приключение, – улыбнулась принцесса.

– Какая богиня? – уточнил Ренни.

– Астарта, – ответила Балаал, – богиня силы и охоты Фенху.

Ренни вспомнил их первое приключение. Он подумал о генерале Татиа и его скарабее сердца. Помогли ли ему написанные на амулете заклинания попасть в Поля Тростника?

За мыслями о скарабее сердца тут же последовали воспоминания о Пасере. Какое колдовство творит старый визирь теперь? Находится ли его неудачливый слуга Абануб по-прежнему под его властью, следит ли за ними?

Одна лишь мысль о злобном визире и его способности контролировать людей заставила Ренни содрогнуться.

– Я не говорю, что приключение должно быть такое же, как в прошлый раз, – сказала принцесса Балаал, словно читая мысли Ренни. – По твоему лицу вижу, что ты не хочешь снова встречаться с опасностями.

– Я бы лучше провёл время за рисованием, – признался Ренни. – Но, думаю, Маху захочется повеселиться.

– Я имела в виду, что нам нужно что-нибудь поисследовать, – уточнила Балаал. – Ну, узнать что-то новое.

– Что, например? – спросил Ренни.

– Прежде чем прибыть в Чёрную Землю, я пообещала моим отцу и учителю, что узнаю всё, что смогу, о том, как вы живёте. Моего отца уже давно очаровывает ваша культура.

Принцесса Балаал покинула свою страну, когда её жизни стали угрожать люди, пытавшиеся отнять власть у её отца. Теперь она жила с другими бездомными детьми на маленьком острове посреди Великой Реки. Остров назывался Крокодильим, потому что на нём стоял забытый храм, посвящённый Собеку, крокодильему богу. Сейчас весь остров погрузился под воду, и дети, жившие на нём, перебрались в другие дома. Они не смогут вернуться, пока не закончится наводнение. Балаал жила у матери Ренни.

– И что же ты хочешь узнать о культуре Чёрной Земли?

– Я нахожу удивительной вашу привязанность к животным, – сказала принцесса, угощаясь ещё одним фиником. – Вы почитаете даже опасных животных вроде змей и гиппопотамов. У ваших богов звериные головы.

– Мы уважаем диких зверей, но одновременно и боимся их, – объяснил Ренни. – Меня особенно пугают крокодилы. Как по мне, твой заброшенный храм на Крокодильем острове очень страшный. Не знаю, как ты можешь там спать.

– А вот Маху крокодилами восхищается, – заметила Балаал.

– Знаю, – кивнул Ренни. – Он даже жертвы им приносит во время сбора урожая.

– Маху нравится опасность, – продолжила Балаал. – Он похож на многих мужчин из моей страны. Они думают, будто встреча с опасностью доказывает, какие они сильные. Поэтому он уже согласился отправиться со мной в путешествие. Мы надеемся, что ты к нам присоединишься, раз у тебя полно свободного времени.

Ренни сел.

– В какое путешествие?

– Старый друг моего отца отправил мне послание, – объяснила Балаал. – Он жрец в городе Шедете [16].

– Но это же Крокодилий город! – ахнул Ренни. – Меня при одной мысли дрожь пробирает!

– Друг моего отца говорит, что крокодилы в Шедете или ручные, или хорошо охраняются служителями храма, – сказала Балаал. – Ты будешь в безопасности. И оказывается, на Великом озере за городом полным-полно живности. Сможешь нарисовать много всяких животных.