class="p1">— Ведь можно же было просто попробовать найти свою мать в своем родном районе.

— Это не имеет смысла. — Питер нервно сглатывает. — Да и я не хочу туда возвращаться. Слишком много ужасных воспоминаний.

— Ты делаешь это ради спасения своей девушки и своей собственной шкуры.

— Ох, ну ладно, мистер Джонсон, ладно… Съежу я туда как-нибудь. Съезжу. Но я более, чем уверен, что ничего не смогу найти. А если моя мать еще жива, то она сто пудов сейчас валяется пьяная под каким-нибудь забором в обнимку со своим собутыльником.

— Окей, дам нам адрес твоего района, а мы сами там все прошерстим, — предлагает Эдвард. — Раз уж тебе неприятно туда возвращаться.

— Я поеду. — Питер закрывает лицо руками, оперевшись локтями о колени. — Обещаю. Обещаю…

— Господи, Питер, мальчик ты мой бедный… — с жалостью во взгляде произносит Скарлетт, придвигается поближе к дрожащему от напряжения Питеру и нежно гладит его по голове.

Сэмми также выражает свое огромное сочувствие, тихонько подав голос.

— Соберись, парень, не позволяй себе раскисать, — решительно требует Виктор. — Да, тяжело, но не забывай, что Хелен нуждается в тебе. Ей нужен сильный и решительный мужчина, а не ноющий и плачущий слабак.

— Я и есть слабак… — низким голосом произносит Питер. — Я всегда им был.

— Это все эмоции, — отвечает Наталия. — Ты просто переживаешь из-за Хелен. Мы все понимаем.

— Я… Я не знаю, как с этим справлюсь. Правда. Страдания Хелен для меня являются куда более сильным ударом, чем мои собственные. Если бы я мог, то я с радостью забрал бы их себе. Предпочел бы сам находиться в плену у этого старого ублюдка и терпеть любые изощренные пытки.

— Мы знаем, приятель, — с грустью во взгляде произносит Анна и встает с кровати. — Но тогда наши сердца болели бы уже за тебя. А Хелен сходила бы с ума, зная, что ты где-то далеко.

— Впрочем, они у нас и так болят, — отмечает Терренс, присаживается рядом с Питером и приобнимает его за плечи. — Зная, что ты все еще не в порядке. Никогда не был в порядке. Даже когда казалось, что все наладилось.

— Забейте, ребята, — хмуро бросает Питер. — Я как-нибудь справлюсь.

— Да, справишься, — кивает Эдвард. — Только что чуть ножницами себя не пырнул. Прямо у нас под носом.

— И не говори! — восклицает Скарлетт. — Слава богу, Даниэль вовремя заметил это и остановил тебя.

— Сейчас я не могу себя сдержать, — признается Питер, уставив полусухой, пустой взгляд в одну точку. — Пока все хорошо, я не хочу причинять себе боль. Но сейчас… Сейчас это желание велико. Я хочу этого…

— Нет-нет, Питер, немедленно выкини эти мысли из головы, — решительно требует Даниэль. — А если не сделаешь этого, то тебе придется жить со мной и Анной. Чтобы ты был под нашим присмотром.

— Чего?

— Да-да, Роуз, вернешься к старым привычкам – переедешь ко мне и будешь все время находиться под моим личным присмотром.

— Кстати, хорошая мысль, — отмечает Виктор. — Тебе сейчас ни в коем случае нельзя оставаться одному в таком состоянии.

— Не дай бог, ты что-нибудь с собой сделаешь! — приходит в ужас Скарлетт, приложив руку к сердцу. — Я вон до сих пор не отойду от твоей попытки покончить с собой.

— Если с Хелен что-то случится, то мне незачем будет жить на этом свете, — без эмоций говорит Питер. — Без нее моя жизнь не имеет никакого смысла.

— Все будет хорошо, Пит, — обещает Эдвард, наклонившись к Питеру и легонько похлопав его по макушке. — Какой бы тяжелой ни была ситуация, мы все еще далеко не бессильны.

— Если я берусь за какое-то дело, то всегда стремлюсь доводить его до конца, — уверенно говорит Виктор. — И что бы ни случилось, я всегда верю в хороший исход событий. И в случае с Джейми и Майклом, и в случае с Джулианом и Норманом – я ни на секунду не усомнился в том, что победа будет за добром и справедливостью. В этот раз я также уверен, что мы сумеем вовремя спасти Хелен.

— Я уверен только в одном: что Маркусу конец, — низким басом сухо заявляет Питер. — Клянусь, как только он появится у меня на пути, я придушу его собственными руками. Как и всю его банду. Особенно эту гниду Лютера, который аж захлебывается слюнями из-за мыслей о Хелен.

— Нет, парень, о самосуде даже не думай. Предоставь это дело правосудию. Как только на руках будут доказательства, а преступник окажется в изоляторе, то суд изберет для него то наказание, которое он заслуживает.

— Единственное, чего он заслуживает, – это смертной казни. За все свои делишки.

— Я тоже считаю, что Маркус заслуживает казнь. Но наказание для него будут выбирать не я, а суд. Я всего лишь расследую дело: собираю улики, допрашиваю свидетелей и пострадавших…

— Ха, суд какой-то… — бубнит себе под нос Питер.

— По его вине я и сам потерял несколько важных для меня людей. В том числе и моя коллега, с которой я начинал свой путь по карьерной лестнице. Девочка была молоденькая, очень ответственная, умная и решительная. Но увы, это не спасло ее, когда Маркус ударил мою коллегу по голове, увез куда-то в лес и там жестоко с ней расправился. Труп нашли спустя несколько дней после ее трагической гибели.

— Ох, я не знаю, что мне еще сказать… — с дрожью выдыхает Питер, изо всех сил сдерживая хоть какие-то эмоции, несмотря на огромное желание впасть в истерику. — Н-не зн-наю…

— Не стесняйся, приятель, — подбадривает Даниэль, слегка сжав плечи Питера. — Если хочешь что-то сказать – сделай это. Хочется кричать – кричи. Мы все поймем.

— Мистер Джонсон только что сказал, что истерики мне не помогут.

Питер устало встает с кровати, поворачивается ко всем спиной и подходит к окну, в котором что-то рассматривает без эмоций на лице.

— Как не помогут и порезы… — Питер опирается руками о подоконник. — Я это понимаю. Но… Привычка порой может не идти человеку во благо. Иногда она медленно, но верно разрушает его изнутри, если он не