что это сознательное движение лёгких, а не газики от десятков литров потреблённого за это время пива и вина. Наш герой заслуженно принимал похвалу. Но такое…

— И знаете, что я вам всем скажу, — тяжёлый взгляд Князя медленно скользил по своему ближайшему окружению. — Они за день сделали больше, чем мы все за целый месяц. — Оглядев всех, он поднялся.

— Мы зажирели… Обросли коростой и перестали думать, нас всё устраивало… Но пришла беда, и что произошло? Молчите! Так я вам скажу…

Мы обосрались!

Зычный крик Князя эхом загулял по залу, вызывая оторопь и зарождающуюся панику на лицах всех присутствующих.

— Стоило бандам отщепенцев высадиться на нашей земле, так мы сразу сдулись и ушли в глухую оборону. Мы отдали им нашу землю, бросили людей, людей, которые в нас верили!

Целыми днями я слышу одно и то же: надо выждать, немного потерпеть, главное — сохранить урожай!

Что мы выжидаем, я вас спрашиваю! Какого чуда ждём! Что изменится для нас в лучшую сторону завтра, через неделю, месяц!

Молчите! Так я вам скажу!

— Будет только хуже! Мы прожрём выращенный урожай за месяц! А ведь его ещё требуется собрать и доставить, а дальше что⁈

Опустив голову, Князь вновь присел на трон.

— Люди голодают. Власть подвергается справедливому давлению, и люди, простые люди задаются вопросом: а нужна ли нам такая власть, что не может нас накормить и защитить! Мало того, уже пошли разговоры о сдаче. Люди уже готовы поменять всё правление и отдаться в руки завоевателям, лишь бы не голодать и иметь работу!

Кулак князя вмазал по подлокотнику. Тот с честью выдержал.

Единственные, кто начал действовать сразу, не требуя ничего взамен, не ставя никаких условий, — это команда «Дети Владыки», именно они подарили людям надежду.

И знаете, что? — Лицо Князя гневно исказилось.

— Я хотел наградить их руководство дворянскими титулами и выделить дополнительные земли… А они… Они отказались. Отказались, понимаете! Мне было чётко сказано: не время, Князь, ерундой заниматься, когда враг у ворот. Сначала дело, а потом почести.

Вот настоящие герои, вставшие на защиту своей новой родины. Они сразу вышли на врага и победили. Первый же бой принёс нам победу, так нужную нам победу!

Внезапно вскочив, он снова заорал:

— Всё! Хватит!

А нервишки-то у него не к чёрту, мелькнула логичная мысль.

— Отныне мы больше не будем отсиживаться, ожидая, когда захватчики придут в каждый наш дом! Мы переходим в наступление!

— Но сначала! — указав пальцами с двух от себя сторон, Князь обратил внимания на нас.

— Подойдите ко мне.

По залу сразу пронеслись шепотки. По всей видимости, этот жест говорил местному бомонду о многом. Вероятно, именно сейчас выстраивалась новая вертикаль с приближёнными к трону, и ими становилась наша команда. Для наших планов это было неплохо, главное, чтобы на шею не садились.

Встав по обе стороны от правителя, мы развернулись к залу.

Ну что тут можно сказать. Разряженные матроны с блеском в глазах рассматривали наших девушек. И должен заметить, что их расфуфыренные наряды в стиле века девятнадцатого с разгромным счётом проигрывали нашей элегантности и качеству. Половина мужиков тоже выглядели как хрен знает что, в этих париках и колготках до колен.

А Князь продолжил:

— С этого дня команда победителей галактических состязаний «Дети Владыки» имеет право на привлечения для своих операций любое подразделение городской стражи, ополчения и частной охраны на заводах, фабриках, полях и даже в ваших поместьях.

Палец Князя нервно тыкал в толпу, и лица у местного бомонда кисли на глазах.

— Их слово — моё слово. Саботаж и неподчинение приравнивается к преступлению против власти Князя с соответствующими последствиями. Координатором между всеми службами страны и этой командой назначается Граф Шувалов.

Сделав шаг, из первого ряда вышел граф и, чётко склонив голову, дал ответ:

— Так точно, ваше высочество, будет исполнено!

— Барону Перегудову надлежит предоставить весь флот, который может быть использован в боевых операциях и иных формах деятельности.

Иван вышел из второго ряда и отзеркалил Шувалова.

— Так точно, ваше высочество, будет исполнено!

Прямо сейчас на наших глазах формировался новый управленческий центр, и князь явно подбирал людей, с нами знакомых или которым всецело доверял.

— Граф Сокуров назначается военным комендантом города Москвы и всех поселений, баз, заводов и фабрик, входящих в юрисдикцию нашего государства. С самыми широкими полномочиями.

Начальник тайной канцелярии лишь кивнул головой и чётко ответил:

— Слушаюсь.

Ответственным за все операции и необходимые мероприятия со стороны команды «Дети Владыки» назначается Сергей Анатольевич Пронин.

На секунду повисло молчание. А потом наш командир дёрнулся и, сделав шаг вперёд, чётко повернулся к Князю.

— Слушаюсь, ваше высочество!

По-видимому, он просто подзабыл, как его зовут на самом деле, хоть и ожидал предстоящего назначения. Этой ночью «Волк» и Амита спать не ложились, находясь на постоянной связи с Кремлём, поэтому он был в курсе княжеских решений.

В этот момент от стоящей в сторонке группы мужчин отделились два тела. Семеня ножками, они дошли и остановились в центре зала. Припав на одно колено, потянули руки в сторону Князя.

— Вели слово молвить, великий Князь!

Это вот уже перебор, подумал я. Заигрались местные чинуши и иже с ними в бояр и купцов. Но все восприняли эти слова и жест как норму, да и разное они тут, похоже, поведали.

Князь, снова усевшись на трон, кивнув, произнёс:

— Слушаю тебя, купец Демидов Иван Натанович.

Было понятно, что полное имя и фамилия были произнесены именно для нас, только мы не знали, кто этот человек и его спутник. Притом наш командир выпустил в зал свою фирменную улыбку, а Амита подобралась, как кошка.

А меня больше занимала его внешность.

Обрюзгшее тело этого Демидова покрывал типичный лапсердак с кипой на голове. Его подбородки дрожали, а выпученные глаза и отвисшая губа завершали образ. Стоявший на колене чуть позади второй проситель был полной противоположностью Демидова. Худой, как трость, с мохнатыми бровями, между которых начинал свой рост длинный горбатый нос, скрюченный на окончании. А вот в одежде они были едины, только ермолка второго была белого цвета. Такие себе великие русские промышленники.

Лично мне казалось перебором так явно выпячивать свою национальность, но похоже, что в их кругах это стало нормой. Если так пойдёт, то на Красной площади может встать синагога с кучей болтающихся вокруг ортодоксов.

— Великииий Князь! —