– Ладно, Тишь. Хватит этих игр, – тихо сказал Полынь, будто сбрасывая свою самоуверенную маску. – Я знаю, что ты хочешь отомстить королю. Убить его. А еще я знаю, что Рэндом не прощает убийств, совершенных богами. Никому. Ты не станешь исключением. Вы с джокером точно обговаривали это – и именно поэтому ты до сих пор воздерживалась от смертей, не тронула даже пленника, – кивок в сторону Мелисандра. – Тебе ведь не хочется, чтобы Рэндом явился и взял свое предложение обратно, да? Но как только ты обезглавишь короля – это произойдет. Я клянусь тебе. Рэндом тебя не простит.

Они оба больше не улыбались. Золотые мантии тускло переливались в зеленом свете осомы. Тишь наклонила голову. Какое-то время они молчали.

Наконец Ходящая криво улыбнулась и пожала плечами:

– Но у меня нет выбора, малыш.

– Выбор всегда есть.

– Заблуждение счастливых.

Она села обратно в свое кресло.

– Как ты вообще умудрилась обмануть Рэндома? – Полынь с горечью покачал головой: – Он же телепат. Он должен был почувствовать, что ты замышляешь недоброе.

– Я никого не обманывала. В момент, когда он явился мне, я была искренна на сто процентов. И, конечно, изумлена. Меньше всего на свете я ожидала, что боги так… близки нам. Этот его тюрбан… – задумчиво протянула она, позволив окончанию фразы повиснуть в воздухе.

– Рэндом носит шляпу, – сухо перебил Полынь, и Тишь одобрительно хмыкнула. Проверка пройдена.

Полынь снова взгромоздился на стол.

– Ты можешь верить мне. – Он вздохнул: – Кому, если не мне, Тишь?

– Прости, племянник. Это…

– …привычка, знаю.

Они посмотрели друг на друга. Черты лица Тишь немного смягчились.

– Джокер пришел к тебе, когда ты украла его кровь из Пика Волн, да? – спросил Полынь.

– Да. Но не сразу, спустя пару месяцев. Он явился ко мне, как к воришке, собираясь, по его собственному выражению, «провести разъяснительную беседу», но… неожиданно увидел, что я – нечто гораздо большее, чем просто наглая воровка. Он понял, что я – их шанс. Предложил мне силу и работу. Огромная помощь им – и новая история для меня. Это был идеальный контракт. Впрочем, это все ты и так знаешь.

«Ничего он не знает, продолжай!» – хотелось взвыть мне, но Полынь, придерживаясь роли, только кивнул.

– И почему же теперь ты хочешь нарушить этот идеальный контракт? Раз все так хорошо начиналось?

– А ты не догадываешься?

Полынь пожал плечами. Тишь меланхолично перекатывала между пальцами зеленый огонек. Магия почти ничего не стоила ей в этом проклятом месте, тогда как классическое колдовство Полыни было здесь практически на нуле.

Главное, чтобы она об этом не узнала.

– Все три года после падения моего департамента я жила не ради, а вопреки, Полынь. Для тебя не будет секретом, что вся моя жизнь погибла в том бунте. Однако я всегда была слишком упрямой тварью для того, чтобы просто уползти на кладбище, – даже после подобного проигрыша. Так что я жила, да. Пусть даже без цели. И вот – чудо. Рэндом нашел меня. Неожиданно во мне вспыхнула надежда, мысль о том, что это действительно может стать новым началом. – Она пожевала губами. – Когда мы обо всем договорились, джокер оставил меня здесь привыкать к силе и воплощать одобренную им стратегию прощания с Шолохом. Я закрывала незавершенные дела и отпускала старые связи, чтобы в дальнейшем ничто не отвлекало меня. Я двигалась по плану, и внешне все казалось успешным, но внутри…

Пауза.

– …внутри так и осталась пустота. Чтобы я ни делала, сколько бы времени ни проходило, я не могу перестать думать о нем.

– О короле?

– Да.

Тишь подняла болезненно-сухой взгляд на племянника.

А потом вдруг рявкнула, будто внутри у нее что-то лопнуло:

– Я стараюсь! Я правда стараюсь! Ты даже не представляешь насколько! Но даже годы спустя я не могу простить короля! НЕ МОГУ! – Она неожиданно грохнула свой кубок об пол. Багряное вино брызгами оросило зал, веером разочарования пролилось по подземелью.

– Тишь… – расстроенно протянул Полынь.

Атмосфера вновь разительно переменилась.

– Я убью его, Полынь. Ты даже не представляешь… – зашипела Ходящая, сжимая и разжимая кулаки, – как это унизительно. Как это омерзительно, слабо, недостойно. Я всю свою жизнь положила на службу ему, я ни о чем не думала так часто, как о том, как бы помочь ему усидеть на этом пепловом троне! Я жила королевством! Я жила Смаховым лесом! Это был мой смысл, мой свет, мой север, мой юг, – это была я сама! И зачем?! Чтобы он бросил меня, в конце концов?!

Неконтролируемый всполох огня сорвался с кистей Тишь вместе с ненавидящим рыком.

Архимастер подошла и ткнула Полынь пальцем в грудь.

– Ты меня знаешь, – отчеканила она. За жесткостью ее голоса слышалась тщательно скрываемая дрожь. – Я сильный человек. Я могу не спать месяцами, сосредотачиваться на одном, бить в цель непрерывно, пока не пробью любую стену, не разрушу любое препятствие, – я выращена бойцом, я молча выдерживаю пытки, на которых другие молят о смерти! Я не сдаюсь; падая – поднимаюсь; от боли – рычу, а не плачу, и проигрыши меня лишь подхлестывают. Я верна до конца, я сильна до конца, я не боюсь сильных чувств и вообще не боюсь – если только себя. И ты знаешь это, Полынь из Дома Внемлющих, потому что ты не только плоть от плоти моей, ты мой ученик, мой ставленник, ты – почти я! Мне казалось, я способна на все. Искра моя безгранична. Тень – моя сила, солнце – мой свет. И царствие мое продлилось бы тысячелетье!.. Если бы не он.

Она ссутулилась, отступая назад.

– Если бы не он. Человек, который отказал мне в смысле. Сломал мою жизнь, не вдумавшись даже, что именно он ломает. Вообще не поняв – что сломал.

Тишь молча вернулась к креслу и опустилась в черный бархат. Она выглядела смертельно уставшей. Уже не верящей в свою войну.

– Я не могу отпустить это просто так, – глухо и упрямо сказала Ходящая. – Что бы ни говорил Рэндом о прощении, я не могу взять и… уйти. Я убью его, Полынь. Я клянусь тебе: я убью. И я готова к последствиям.

– Не надо. – Ловчий спрыгнул со стола, покачал головой: – Это ничего не изменит. Не заполнит ту дыру, о которой ты говоришь. Месть бессмысленна.

– Просто тебе никогда не говорили, что ты не нужен! – зарычала Тишь. – Ты не понимаешь, чего я хочу, Полынь. Чего я всегда хотела.

– Понимаю, – тихо возразил напарник. – Ведь это, знаешь, в некотором роде всеохватывающее желание. Неважно, теневик ты, Архимастер,