это предположение. — Он в это время ужинал в столовой пансионата. Я узнавала. Его видела толпа народа. Там ещё и камеры повсюду. Записей хватит на целый документальный фильм. Кроме того, Матвея за пределами пансионата вчера не видел ни один житель посёлка. Поверь, если бы он появился на улице хоть на пять минут, это бы точно запомнили. Он же главная тема для сплетен в нашем посёлке. Можно сказать, его главная достопримечательность. К нам даже ради этого из-за рубежа приезжают.

— Ага. И главный запойный фантазёр со справкой из дурки, которой постоянно всем тычет в лицо, — скривился Пётр, вновь расслабляясь. — На кой он мне там сдался? Пусть с ним Зябликов возится. Это его контингент. Что он может рассказать такого, чего я ещё не знаю? — всё же поинтересовался.

Мало ли. Раз в год и палка стреляет.

— Понятия не имею. Пусть посмотрит. Хуже не будет. Ты же слышал слухи о том, что вокруг него постоянно всякая чертовщина творится. Вдруг один сумасшедший поймёт мотив другого. Нормальный человек такой херни точно не совершит.

— Не выражайся, — рефлекторно попросил Пётр, обдумывая это предложение.

Почувствовав слабину, обрадовавшаяся Светлана усилила нажим, добиваясь своего.

— Потеряв час, можешь сэкономить день. Рабочих версий у тебя всё равно нет. Нужна какая-нибудь зацепка или свежая идея. Если кто-то спросит, что вы там делали, скажешь, отрабатывал его причастность, — привела ещё один разумный довод.

Всё шло хорошо, однако потом она дала весьма неожиданный совет, чуть всё не испортив.

— Только оперативников с собой возьмите. И оружие. Вдруг Матвей реально приведёт к преступнику, — забеспокоилась, как будто это возможно.

Пётр ещё раз пристально, долгим взглядом посмотрел на дочь, пытаясь понять, что ей известно, и в какую игру она играет. Забота об отце очень приятна, конечно, но как-то слишком подозрительна. Несмотря на это, именно последняя просьба убедила его пойти ей навстречу. Других идей у него действительно не было. Непосредственным поиском улик и свидетелей занимались следователи. Его работа заключалась немного в другом. При этом они все, и ребята из убойного отдела, и следователи, и прокуроры находились в одной лодке. Им всем нужно было кровь из носу быстро закрыть это дело.

— Он тебе что, собака? — недовольно проворчал Пётр, пытаясь собраться с мыслями.

Связываться с Матвеем ему сильно не хотелось, но и спорить с дочерью из-за этого он не собирался.

— Он круче, — загадочно заверила Светлана, широко улыбнувшись.

Пётр забеспокоился ещё сильнее, почувствовав необходимость разобраться, стоит ли ему всё же беспокоиться насчёт разговора о становлении дедушкой, или ещё рано. Уж лучше бы Матвей оказался маньяком-убийцей.

«Назвала господина собакой», — записал господин Мышь.

Из-за этого чуть позже отношение Куклы к Светлане Мальковой упало сразу на тридцать пунктов, а вот у демона, напротив, возросло на десять. Дракон, воздержался, поскольку его больше волновало, когда ему на обед перестанут давать кости? Ладно бы с сочным куском мяса, но не голые же, под хохот Барбоса.

* * *

— Добрый день, — дружелюбно поздоровался с хмурым отцом Светланы, поджидавшим меня у своего джипа на окраине посёлка.

— Добрый, — буркнул мужчина, всем своим видом доказывая обратное. — Ты с нами? Не передумал?

— С вами, — кивнул, с интересом разглядывая ещё двоих человек, куривших возле машины чуть в сторонке.

Одного из них я узнал. У меня хорошая память на лица. Это же наш районный следователь. Он тогда тоже на кладбище был вместе с отцом Светланы. Второго раньше не видел.

— А это кто?

Прекратив разговор, мужчины с интересом посмотрели на меня. Заметив плохо скрытые улыбки, они явно настроились на развлечение, Пётр Мальков недовольно проворчал:

— Следователь Корешков и капитан Сазонов, из отдела по раскрытию убийств. Сначала подбросим тебя до стоянки, а потом дальше поедем по нашим делам. В посёлок сам вернёшься.

— Слушай, а тебе туда зачем? — полюбопытствовал следователь.

— Не поверишь, сам не знаю. Но тянет, аж сил нет, — доверительно признался с простодушным выражением лица.

Раз уж меня не воспринимают всерьёз, то это заблуждение стоит поддерживать. К тому же дуракам многое спускают с рук.

— У меня бабка была сильной колдуньей. Ну а я так, ни то ни сё. Оттого и пью много, что вижу всякого… — грустно признался, глядя ему в глаза.

Да ещё так убедительно, как могут только люди этой одной из древнейших пристрастий, возносившие хвалу Дионису, Бахусу, Хатор, Йиди, в зависимости от религии.

— Хочу проявить свою гражданскую позицию, помочь изловить душегуба. Ручками там повожу, с призраками поговорю, может, чего и увижу. Или не увижу, чему буду рад даже больше вашего. В любом случае никто ничего не теряет, но может приобрести, — безразлично пожал плечами, показывая, что не очень-то этого и хотелось, но уже слишком далеко зашёл, чтобы поворачивать обратно.

«Только не факт, что скажу вам правду, а не то, что придумаю по ходу комедийной пьесы», — подумал.

О чём подумали умные люди после того, как переглянулись, они не сказали. Не потому, что воспитанные, а потому, что умные.

— Ладно. Час погоды не сделает, — окончательно решился Пётр Мальков. — Садись.

— Подождите! Подождите! Я с вами!

Через несколько секунд к нам подбежала кричавшая с заметным акцентом, запыхавшаяся китаянка. Обладательница улыбчивого привлекательного лица и хорошего делового костюма. Тёмненькая. Худощавая. Невысокая. С маленькой дамской сумочкой. Внешне очень похожая на Тао Линь, словно близкая родственница, только заметно постарше.

— А вы ещё кто? — удивился прокурор, не ожидавший расширения нашей весёлой компании. — С тобой?

Посмотрел на меня, прося разъяснений.

— Нет. Я её не знаю, — покачал головой, и сам пребывая в недоумении.

— Меня зовут Вэй Вэй, но можете называть Линда. Это моё второе имя.

В Китае часто молодёжь, особенно работающая с иностранцами, брала себе вторые европейские имена для удобства коммуникации. Разумеется, без регистрации в официальных документах.

— Я личный адвокат господина Великого. Вот моя визитка. Окончила с отличием Юридический институт Народного университета Китая, по специальности: юрист международного класса, поэтому прошу отнестись к этому серьёзно.

Не переставая говорить, она вручила опешившему прокурору свою визитку, выглядевшую хоть и просто, но довольно изысканно, из дорогой тиснённой бумаги. Все трое мужчин с изумлением на меня посмотрели, как на привидение.

— У тебя есть личный адвокат? — не поверил капитан.

— У меня