работу над портретом императора. Когда я вошла туда, невольно нахмурилась — дары Калессина раздражали. Можно подумать, это может изменить моё отношение к нему.

— Госпожа, я вот подумала, — раздался неожиданно голос Анфисы рядом, я перевела взгляд на неё. — Может, я сейчас к ведьмам наведаюсь и договорюсь о встрече?

— Отличная идея.

Анфиса кивнула и, лучезарно улыбнувшись, растворилась в воздухе. Эх, вот бы мне так научиться!

Тяжко вздохнула, взяла бумагу и карандаш и, разместившись удобно в кресле, принялась за работу. Делала всё на автомате, одновременно пытаясь решить, как дальше быть. Постоянно делать перед императором вид, что я не в теме, не стоит — это лишает возможности выторговывать для себя более выгодные условия для существования. Но и говорить ему прямо, что я его пара, тоже не стремлюсь.

Может, обойтись полунамёком? Ну а что? Я всё знаю, а ты, дорогой мой, докажи, что достоин быть моим спутником. Если, конечно, с возращением домой не выгорит.

Кстати, а чем я тут заниматься буду, если все мои усилия вернуться домой обернутся пустой вознёй?

Оторвала взгляд от портрета, и меня осенило. А не продать ли мне подарки императора, чтобы был стартовый капитал для развития бизнеса? А что! Теперь это моё, что хочу, то и делаю. А жить, купаясь в роскоши, я не смогу — натура у меня деятельная, без работы зачахну.

Решено: дары продаю! Но императора придётся предупредить, чтобы для него это не было сюрпризом. Что-то мне подсказывало, реакция его будет взрывной. Но меня мужскими истериками не проймёшь — плавали, знаем как из этого шторма выбраться живой и без потерь.

Глава 35

Завершив один портрет, я взялась за новый — закрепить результат. Прорисовывая овал лица, я вновь углубилась в анализ ситуации.

То, что я ещё жива, это плюс, а вот дамоклов меч, постоянно маячивший над головой, напрягал.

А тут ещё и тяга эта…

Так, а чего я, собственно, всполошилась? Возможно, притяжение пар — это всего лишь бунт гормонов. Плюс ещё мысленно женщины себя накручивают, вот и получают результат — хочу мужика до одури. Выходит, можно найти травки, чтобы гормоны угомонить, а мыслишки шаловливые… Так и их под контроль взять мне под силу. Например, загрузить себя работой. Осталось мелочь — придумать новый фронт работы помимо пускания пыли в глаза окружающим.

Прикидывая, чем можно заняться, я не заметила, как нарисовала портрет. Вспомнив поговорку «Бог троицу любит», решила ещё за один взяться, тем более это занятие успокаивает, да и думается лучше.

Итак, для начала нужно пообщаться с ведьмами, затем организовать закрытый клуб для жён драконов. Кстати, как клуб назвать? «Драконья погибель»… Не, это уже перебор. Может…

— А у тебя талант! — раздалось неожиданно рядом, и я вздрогнула, чудом не выронив карандаш.

Зло стрельнула взглядом на императора, что посмел прервать мой мыслительный процесс. Я только во вкус вошла!

— У вас тоже — подкрадываться незаметно, — процедила сквозь зубы, продолжая сверлить его недовольным взглядом.

— Извини. — Я удивлённо приподняла бровь: что-то он сегодня уж больно вежлив. Император в этом время внимательно рассматривал мой набросок. — Не поделишься, с чего вдруг уже третий портрет моей иллюзии рисуешь?

Ты смотри, решил поймать на горячем. Признавать вслух, что я его пара, не собиралась, рано даже думать об этом. Но раз я решила, что мне выгодней не отрицать очевидное, то и отпираться сильно не собиралась.

— Я в одной книге прочла, что только пара видит своего дракона в истинном обличии. Вот и решила: пусть претендентки продемонстрируют, каким видят вас.

— Недурно придумано, — усмехнулся мужчина и вновь перевёл взгляд на рисунок. — Только… — указал рукой на портрет, — тут неточность: у моей иллюзии нос с горбинкой, а ты прямой нарисовала.

Я напрягла память, силясь детально вспомнить образ, который показала мне Анфиса. И точно, была горбинка. Мда… Непростительное упущение с моей стороны.

— Я художник, я так вижу… — пробурчала, пытаясь исправить нос.

— Да не такая горбинка! — выхватил он из моих рук карандаш. — Если уж и притворяться, то делать это нужно красиво. Вот, смотри и запоминай. Нам ненужно, чтобы тебя заподозрили.

Я зависла.

Правда, ненадолго, сообразив, что и ему выгодно моё инкогнито — мороки меньше. Теперь уже я выхватила из его рук карандаш и чуть слышно сказала:

— Могли бы мне свой портрет нарисовать, чтобы я впросак не попадала. А то приходится уговаривать других показать вашу иллюзию. — Взяла другой портрет, чтобы и там исправить свой косяк.

— Что, и отрицать не будешь, что видишь меня в истинном обличии? — нависая надо мной, перешёл он к допросу.

— Не могу утверждать, что мне ведомо, как вы на самом деле выглядите.

— Властелина, упрямее тебя только ослы, — покачал он головой и, развернувшись, направился к креслу напротив.

Что тут скажешь, точно подметил. Отложила рисунок и, поднявшись, направилась в свою комнату за писульками для императора.

— Ты куда? — прилетело мне вслед.

— Отчёт для вас забыла в комнате.

— А вслух слабо отчитаться? — ехидненько спросил.

— Угу, память-то девичья, тут помню, а там полная амнезия, — буркнула в ответ.

Он хмыкнул, но комментировать не стал. Я же взяла записи и вернулась в гостиную. А там император расселся вальяжно в кресле, глазки сверкают, а главное — весь счастливый такой…

Вот так и тянет настроение ему подпортить!

Глава 36

Мысленно шикнула на себя — успею ещё себя порадовать. Молча отдала отчёт, и император мне протянул вдвое сложенный лист. Беру его, разворачиваю, пробегаю глазами по тексту. Понятно, это обещанный список жертв переноса в этот мир. Только я в кресло уселась, как император ехидненько сказал:

— Себя не вписывай, вдруг потеряешь, и твоё инкогнито раскроется.

— И не собиралась, — отвечаю, ничуточки не смутившись.

Он глазками сверкнул и принялся читать мои записи. Я же в это время увлечённо рассматривала вазу на окне — ничего такая, красивая, но слишком помпезная.

— Властелина, — насмешливо произносит моё имя, и я перевожу на императора взгляд, — ты пункт один упустила.

Я нахмурилась, силясь вспомнить, что не дописала.

— Какой? — интересуюсь, решив не ломать голову.

— О парном притяжении.

— Вы, конечно, меня извините, но этот симптом никак не поможет мне в поиске. Судя по претенденткам, этот недуг настиг многих дам.

— Не думаю, что я их привлекаю столь сильно. Скорее это делает моё положение. — Он недовольно поморщился.

— Обидно, что не вас как личность желают? — не удержалась я от вопроса.

— Если бы я хотел женского внимания, то не стал бы