торговым домом Хантов как эксперт по оценке умений и техник для предстоящего аукциона, — представил меня Степан.

— Это правда, что Вы учитель Кузьмы Матчина? — спросил Разумовский. — Я не слышал, чтобы он говорил об учителе.

Я снова кивнул. Поднял голосовой прибор, приложив его к горлу. Последние несколько дней я тренировался, поэтому говорил немного уверенней.

— Я учил его техникам ближнего боя и защиты, — прозвучал металлический, голос. — И еще немного практике развития «внутреннего моря».

— И Вы тоже практикуете «укрепление тела»?

— Все так, — я кивнул.

— Вы гражданин Японии, России, может быть, Империи Цао?

— Это не важно. Я путешествую по миру в поисках интересных техник. Может быть здесь, на аукционе я найду что-нибудь стоящее. Что конкретно Вы хотите от меня. Я не люблю долгие беседы.

Возможно, моя наглость и покоробила Разумовского, но виду он не подал.

— Я планирую купить для рода несколько перспективных техник, и они тесно связаны как раз с «укреплением тела». Не хочу отвлекать Матчина, тем более он вечно занят в МИБИ, поэтому хотел бы получить экспертную оценку от специалиста.

— В девяносто девяти случаях из ста, на аукционе вы не купите ничего ценного из техник «укрепления тела». Но оценку я дам, мне не сложно. Мистер Хант пригласил меня как раз для этого. Возможно, техника, которую вы хотите купить, даже не дойдет до стадии торгов, как никчемная или бесполезная.

— Нет, эту технику продают не на аукционе Хантов, — он качнул головой. — Ее продадут завтра устроители Колизея.

Я посмотрел на Великого князя, но говорить ничего не стал. По моему мнению, покупать что-нибудь у бандитов и пиратов еще глупее, чем кота в мешке в торговом доме Хантов. Последние хотя бы следят за качеством товара и с них можно потребовать компенсацию ущерба, если техника окажется ерундовой. Но если у Разумовского много денег и ему их девать некуда, я мешать не буду.

— Я знаю почти все техники «укрепления», — сказал я после небольшой паузы. — Возможно, и ту, что будут продавать завтра. Но вне зависимости от этого, за два процента от стоимости вы получите мою оценку.

Я сделал жест ладонью, словно что-то разрезая, показывая, что к теме больше возвращаться не собираюсь.

— Приемлемо, — кивнул князь и встал. — Приятно было познакомиться, господин Дымов.

Я ответно кивнул, не став подниматься. Изобразил легкую улыбку, провожая князя. Не знаю, серьезен он был или нет, насчет техники, но меня это заинтересовало. Через пару минут мы с командой дружно прошли в просторную палатку, которую выделили для нас. Полчаса я потратил на то, чтобы привести грим в порядок, хотя он и не думал отклеиваться или отслаиваться. В нем действительно было жарко, но терпимо. Очень хотелось стащить его с лица и хорошенько умыться.

Пока мистер Хант и Акер договаривались, я решил прогуляться по лагерю. Время перевалило за два часа дня, не сидеть же мне в палатке до вечера. К тому же я никогда не был на Колизее и любопытство распирало. Это, конечно, не фестиваль Смерти, когда в жертву древним богам приносили людей, чаще всего захваченных в плен врагов, но прогуляться среди палаток и посмотреть на всевозможный сброд тоже было интересно. Гости только подъезжали, прибывая на небольших пассажирских самолетах или в туристических автобусах. И у шестидесяти процентов всех участников цвет кожи был от светло-коричневых оттенков до почти черного.

Первым делом я отправился туда, где людей было больше всего, а шум стоял как на восточном базаре. Собственно, это и был рынок, где торговали всякой мелочью начиная от амулетов вуду, украшений из серебра и золота, и заканчивая необработанными алмазами. Отдельно продавали всевозможные наркотические порошки и травы. Как говорили в Африке: «Опиум — это не яд, а средство для расширения сознания». Поэтому самым большим спросом пользовался именно курительный опиум. При желании можно было прямо в лагере заглянуть в тихую палатку, чтобы расширить сознание до полного исступления.

Мое внимание привлек высокий мужчина, габаритами не уступающий Джиму. Светловолосый европеец, увлекающийся бодибилдингом, в дорогом костюме и в обнимку с парочкой красивых женщин. Выглядел он так, словно вышел на прогулку, но все, кто мог чувствовать давление силы, старались обходить его стороной. Я немного приблизился, чтобы получше его рассмотреть. Что-то в нем привлекло внимание. Когда же он потянулся к прилавку, чтобы зачерпнуть огромной ладонью немного необработанных алмазов, я увидел массивный перстень на пальце в виде черепа с золотыми зубами и красными камешками в глазницах. Вот теперь стало понятно, почему он такой наглый и смелый. При кажущейся расслабленной позе он использовал какую-то технику, готовый к атаке в любую секунду. Врасплох его взять не получится, и даже если мастер Ву Ци умудриться подкрасться и ударить, не уверен, что сможет причинить сколь-нибудь значимый ущерб. Этот накаченный так же силен, как и тот толстяк, с которым дрались индусы на складе. Впору звонить Геннадию Сергеевичу и просить его срочно приехать. Но внимания к себе я привлекать не хотел, поэтому поспешил выйти к соседним рядам.

Погуляв еще немного по лагерю и не найдя больше ничего интересного, я вернулся к Хантам. У входа, под присмотром одного из людей Пойзона, топтался знакомый мастер, продававший технику «резонирующего» удара. Я не успел сменить направление движения, он меня заметил и побежал навстречу. Мастер Ву Ци успел встать между нами, угрожающе положив ладонь на рукоять меча.

— Мистер Дымов! — выпалил мужчина. — Объяснить, прошу только объяснить, почему техника не работает!

Я демонстративно прошел мимо, к палаткам. Вот ведь приставучий дед! В прошлый раз еле отбился от него. Еще у ночного клуба сказал ему, что техника дурацкая и не работает потому, что изначально в нее заложен неверный принцип. Но ему, видите ли, нужно ответ разжевать и в рот положить. Мистер Хант говорил, что клан этого мастера специализируется на техниках ближнего боя и они в этом деле едва ли не лучшие специалисты в мире. И если эти «лучшие» специалисты не понимают такой простой вещи, то лучше держаться от них подальше, чтобы не заразиться кретинизмом.

— Я проверял, удар работает, — говорил он, спеша за нами, позади Ву Ци.

— Работает, не работает, — едва слышно проворчал я, игнорируя его и широко шагая к шатрам.

— Мистер Дымов! — не отставал пожилой мастер.

Из просторного шатра впереди выглянул Оливер Хант, широким жестом пригласил меня зайти в гости. Повернув в ту сторону, я с облегчением вошел в шатер. Внутри, помимо Ханта, находились мистер Пойзон, Джордж Грэй и незнакомый мне техник, возившийся сразу с двумя