все уже давно разъехались по домам, у офиса полно ментов, понятно, что ему никуда не хотелось уже ехать. Мне тоже, но что поделаешь? Работа у меня такая. У Сырника тоже.

И снова мы заняли позицию неподалеку от офиса «Ярнефти». Особой суеты там не наблюдалось, однако, несмотря на позднее время (была уже половина десятого), во многих окнах горел свет, а на стоянке красовались представительные иномарки. Похоже, Ярмонов проводил экстренное совещание на тему «Как нам жить без верного Гека?». Все выступали, возмущались беспределом, который творится в России, требовали немедленно найти и сурово наказать бандитов, а Ярмонов слушал и довольно потирал руки (под столом, чтобы никто не видел). А может, все было совсем не так, если б меня пригласили, рассказал бы точно, атак... могу лишь предполагать.

Смеркалось, мелкие капли дождя нехотя барабанили по крыше «копейки». Низкие серые тучи никак не хотели разродиться здоровым ливнем, хоть ненадолго прибить к земле тяжелую духоту, накрывшую вялый город. Толи влагу они, тучи, экономили для полей и огородов, считая, что в городе и поливальные машины могут справиться с духотой, то ли не имели этой влаги в достаточном количестве. Кто его знает, может, над Россией и тучи такие же, как экономика, где надо позарез — худосочные, а где уже не надо — невероятно толстые и щедрые.

— Самую крутую тачку будем брать? — спросил Сырник.

— Если в ней двое, нет. С охраной дела иметь не стоит. Ориентир — любая приличная тачка, в которой, кроме водителя — никого.

— Понятно. А что ты хочешь узнать? Есть какие-то определенные версии?

— Сразу две. Узнать хочу все, что можно, сейчас любая информация на вес золота.

— Ладно, поверю тебе...

Сырник долго молчал, раздумывая о своем, наболевшем, а потом прояснил тему своих глубоких раздумий:

— Слышь, Андрюха, почему красивые девушки делают себе силиконовые груди?

— Хочется им, вот и делают, — ответил я. — Тебе-то что?

— Да нет, понимаешь, я иногда смотрю всякие там эротические передачи ночью, когда Людка спит. Там красивые девушки ходят, раздеваются...

— А ты на них смотришь?

— Что в этом такого?

— И не хочешь разбудить жену и посмотреть на нее?

— Как же ее разбудишь? Она устала, завтра вставать рано, девчонок в школу собирать, и вообще... Разозлится, орать начнет, нет, я лучше посмотрю телевизор.

Я однажды был женат и быстро развелся — не сложилось. Но второй раз не спешил жениться совсем не потому, что первая попытка была неудачной. Рассказы Сырника о семейной жизни у кого хочешь отобьют охоту обзаводиться семьей. А кому нужна такая семья, если рядом лежит почти голая женщина, а мужик смотрит эротическое шоу и глотает слюни? И не может потревожить безмерно уставшую жену? Зачем нужна такая жена? Разумеется, я понимаю, что женщина может уставать, расстраиваться, да мало ли... Но, во-первых, постель не работа для порядочной женщины, а во-вторых, у Сырника эта проблема давно уже стала хронической. Конечно, ничего такого я не сказал напарнику.

— Ну и смотри, если нравится.

— Понимаешь, у них все в порядке — фигурки, мордашки, красивые девушки, но груди... Они ж как волдыри торчат, неестественные, а когда девчонки ложатся, становятся прямо то квадратными, то прямоугольными, уродство. Ну зачем это им?

— Потребителям эротических шоу нравятся большие груди, значит, этого требуют продюсеры, — сказал я первое, что пришло в голову.

Черт побери этого Сырника, нашел тему для разговора! Мне нужно было сосредоточиться на деле, а он о силиконовых грудях рассуждает!

— Но это же не груди, а просто неприличие! — почему-то громким шепотом сказал Сырник. Наверное, опасался, что жена может услышать. — Они даже не возбуждают, потому что... ненастоящие.

— Ну так не смотри, — сказал я.

Я взял бинокль и стал разглядывать офис. Из двери вышел мужик в костюме, пошел на стоянку. Сел в «Ауди», такую же, как у меня, только серого цвета. Машина медленно двинулась к железным воротам.

— Вот с ним и поговорим, — сказал я. — Приготовься.

— Всегда готов. Но ты скажи мне, зачем красивым девушкам нужно уродовать себя, а? Даже маленькая грудь, если она настоящая, — класс.

— Тебе не нравятся, а другие мужики в восторге. Есть спрос — есть и предложение.

— В Америке, да? Уроды! — сердито сказал Сырник.

Я почему-то вспомнил сцену из фильма «Брат-2». А серая «Ауди» выехала за ворота офиса, двинулась в сторону Садового кольца. Сырник поехал за ней.

— Где брать будем козла? — спросил Сырник.

Да кто ж его знает... На проспекте не получится, если свернет на Садовое — тем более. Они сейчас все напуганы, заметит преследование — никакое удостоверение не остановит. А догонять на старой «копейке» новую «Ауди» — дохлый номер. Значит, нужно выбрать безлюдную улицу и наверняка перекрыть дорогу, то есть — «подрезать». Но и этот маневр не гарантирует успеха. Никто не знает, как поведет себя испуганный сотрудник «Яр-нефти», может и протаранить наше скромное авто или ор поднять несусветный, а то и стрельбу открыть. Держать до подъезда — а там что?

— А ты как думаешь?

Сырник никак не думал на эту тему, видимо, силиконовые груди все еще будоражили его воображение, вызывая справедливый гнев. Ему вообще не нравилась моя затея. Дважды выходить на одну и ту же операцию не рекомендуется, это все знают. Не получилось — затаись и думай, что нужно изменить в тактике, чтобы второго прокола не вышло. Но у меня и не было прокола — кто же мог предположить, что именно в этот вечер, в это время уберут самого преданного (телохранитель!) сотрудника Ярмонова и самого нужного мне? И времени для раздумий тоже не было, хватит ловить хвосты, нужно хоть раз потрогать рога, понять, насколько они крепкие. Нет, не так. Они крепкие, кто ж сомневается в этом? Куда смотрят, вот что интересно. И откуда растут. Мне нужна была информация, хоть какая-то. Пусть этот сотрудник — самый задрипанный бухгалтер, что-то он слышал, что-то знает, все полезно.

— Скажешь, где «подрезать», — пробурчал Сырник. Чудак-человек, и зачем вопросы задавал? Он и сам все знал не хуже меня. — Сам пойдешь или я?

— Сам.

«Ауди» вырулила на Садовое, помчалась в сторону Курского вокзала. Мы не приближались, но и не теряли ее из виду. Курский проехали, в районе Таганки свернули с магистрального пути и вскоре оказались на тихой улице Сергея Никифорова.

— Кто он такой, этот Сергей Никифоров? — поинтересовался Сырник.

— Кажется, драматург, — сказал я, внимательно глядя на зад синей «Ауди». Только бы ее хозяин не заметил нас, не переполошился.

— Ты смотрел какой-то его спектакль?

— Нет.

— Я