я говорю, что мы выполним все остальное из твоего списка?

Я быстрее расправляюсь с пуговицей на его штанах, а Слейт лишь ухмыляется.

— Давай уже, — бормочу я, устав болтать. Хоть я и умная девушка, иногда он заставляет меня вести себя по-настоящему глупо. И я совсем не против.

— Как пожелаешь, — усмехается он. Потом стягивает с меня трусики и помогает их снять.

А затем мы снова целуемся, и я провожу одной рукой по его твердому члену, а другой — по рельефным мышцам пресса. Это слишком. Слишком много ощущений. Слишком много любви. Впрочем, со Слейтом так всегда. Он целует, посасывает и трется об меня, водя своим твердым членом между моих ног, пока я не становлюсь влажной и не начинаю изнывать от желания.

— Презерватив? — спрашивает он; его губы в нескольких сантиметрах от моих.

Я качаю головой, и когда Слейт замечает блеск в моих глазах, он издает тихий стон.

— Плохая девочка, — бормочет он, проводя большим пальцем по моему чувствительному центру, и я содрогаюсь в его объятиях.

В целом мире нет никого другого, с кем бы я предпочла быть «плохой».

Спасибо, что прочитали историю Слейта и Китон! Продолжение истории ждет вас в книге «Флирт с серьезными намерениями», где вы узнаете, сможет ли Камден убедить свою лучшую подругу Натали стать для него кем-то большим. Если вам понравилась «Машина любви», вы точно ПОЛЮБИТЕ «Флирт с серьезными намерениями»!

ОЗНАКОМИТЕЛЬНЫЙ ФРАГМЕНТ КНИГИ

«ФЛИРТ С СЕРЬЕЗНЫМИ НАМЕРЕНИЯМИ»

Никаких женщин.

Никакого секса.

Никаких интрижек.

Именно такую клятву я дал из солидарности со своим лучшим другом после того, как ужасное расставание оставило его с разбитым сердцем.

Легче легкого, правда?

Как бы не так.

Потому что в последнее время у меня стали зарождаться сильные и запутанные чувства к нашей лучшей подруге, которая для нас обоих была под строгим запретом еще с шестнадцати лет.

Я не должен замечать, как ее золотистые волосы блестят в лучах света. У меня не должно быть цели во что бы то ни стало увидеть ее ямочки на щеках, когда она смеется. Я не должен считать ее познания в текущих мировых событиях такими сексуальными.

Я почти уверен, что она ничего не замечает, и пытаюсь убедить себя, что это к лучшему. Но однажды ночью, после нескольких бокалов, мы оказываемся в одной постели. На следующее утро я чувствую себя неловко, и мне приходится сделать один из самых сложных выборов в своей жизни.

Признаться в своих чувствах и рискнуть потерять сразу двух лучших друзей, или же похоронить свои эмоции и смотреть, как она живет дальше?

Как что-то настолько неправильное может казаться таким правильным?

ГЛАВА 1

КАМДЕН

Разбитое сердце не красит мужчину. Это неоспоримая истина.

— Пива этому парню. — Я жестом прошу бармена принести еще одну моему убитому горем приятелю. Мы с Джеком дружим уже больше десяти лет, и я еще никогда не видел, чтобы он так убивался из-за девушки. Вообще никогда.

Через пару мгновений появляется бутылка пива, и я пододвигаю ее к нему.

— Пей.

— Спасибо, чувак, — говорит Джек, делая большой глоток.

Я нечасто вызываюсь быть трезвым водителем, но когда сегодня днем мне позвонил Джек и сообщил, что его давняя девушка рассталась с ним, написав об этом в сообщении, я понял, что он выпьет чуть больше, чем одну-две бутылки, как мы привыкли выпивать по пятницам. Мы уже не пьем так, как в студенческие годы, и большую часть субботы приходится отсыпаться.

Но сегодняшний вечер — исключение. Джек заслужил право залить свои проблемы любимым пойлом, не беспокоясь о том, как безопасно добраться до нашей квартиры, поэтому я сообщил ему, что сегодня буду пить только воду.

— Я лишь хочу сказать, что она могла бы проявить порядочность и сказать мне это в лицо, — говорит Джек, вытирая пивную пену с губ тыльной стороной ладони. — Что за человек может разорвать отношения, длившиеся год, сообщением в мессенджере?

— Тот, кто тебя не заслуживает, — отвечаю я, знаком прося бармена, чтобы тот повторил напиток. Он открывает бутылку для Джека и ставит передо мной миску со снеками.

Джек вздыхает, пододвигая свою пустую бутылку бармену.

— Да, наверное, ты прав. — Он стонет, глядя в горлышко бутылки, словно ответ на проблемы в отношениях находится где-то там, на дне.

— Чертовски верно. Назови хоть один случай за те пятнадцать лет, что мы дружим, когда я ошибался.

Он подпирает подбородок кулаком, но не отвечает. То ли потому, что не может вспомнить такого случая, то ли потому, что алкоголь уже затуманил ему разум.

Мой телефон дважды вибрирует в кармане — это Натали, проверяет, как идут дела и как следует ли я напоил Джека. Учитывая обстоятельства, я решил, что лучше устроить вечер в формате «без девушек», но прошло уже много времени с тех пор, как мы в последний раз куда-то выбирались без Натали. Не могу винить ее за то, что она чувствует себя немного брошенной.

Бросив на него взгляд, я замечаю, что Джек уже в десятый раз за вечер копается в телефоне. Готов поспорить, он уже клеит какую-нибудь другую девчонку. Я люблю своего друга, но он всегда был тем еще бабником. Я вообще немного удивлен, что его последние отношения продлились так долго.

— Натали писала, чтобы убедиться, что ты напился до нужной кондиции, — говорю я, поднимая телефон, чтобы сфотографировать Джека и его коллекцию пустых бутылок. Он откладывает телефон и позирует, делая глоток, и с энтузиазмом показывает большой палец вверх. Я отправляю фото Нат в доказательство того, что я делаю свою работу.

— Как же мне чертовски повезло с вами двумя, — говорит Джек между долгими глотками. — Что бы я без вас делал?

Небольшая доза алкоголя всегда пробуждает в нем сентиментальность, но я не против прогуляться по закоулкам памяти, поэтому решаю подыграть.

— Я почти не помню свою жизнь до того, как мы втроем подружились, — признаюсь я, убирая телефон обратно в карман. — Должно быть, мой мозг просто стер все воспоминания до второго курса, когда мы проходили биологию.

— Трое амигос! — вопит Джек, поднимая свое пиво для тоста. — Лучшая лабораторная группа на свете!

— Ага, только потому, что я вытягивал все наши оценки, делая всю работу за вас, — дразню я его, чокаясь своим стаканом с водой о его пиво.

— Эй, Натали не виновата, что она была так плоха в биологии, — небрежно