рядом и смотрела.

— А в больших бутылках что? — спросила через минуту.

— Для почвы. Для урожая. Тихон приготовил, я улучшил.

— Удивительное дело, — Катарина усмехнулась. — Зелье есть, урожая нет.

— Подожди. Всё обязательно будет, — усмехнулся я.

Передвинул зелье на край плиты, влил энергию в угловые руны. Жидкость в бутыльке забурлила.

— А ну-ка, — я подозвал Катарину. — Нажми своим красивым пальчиком вот сюда. И влей энергию.

Она посмотрела на меня с подозрением.

— Не взорвётся?

— Не должно.

— «Не должно» — это не «не взорвётся».

— Просто делай.

Ведьма вздохнула, подошла ближе и положила палец на указанный символ. Закрыла глаза, сосредоточилась.

Алтарь задрожал.

Ведьма отдёрнула руку и отскочила назад.

— Оно сейчас рванёт!

— Не рванёт, — я спокойно придержал бутылёк, который начал подпрыгивать. — Для взрыва нужно десять таких же сильных ведьм, как ты. А то и двадцать.

— Откуда ты знаешь?

— Вижу по рунам. Не знаю, кто эти штуки создал, но он постарался как следует. Явно разбирался в алтарной артефакторике.

Катарина задумчиво нахмурилась.

— Алтарная артефакторика? Это что такое?

Я снял бутылёк с плиты — зелье теперь светилось мягким золотистым светом — и поставил на стол.

— Одна из ветвей развития артефакторов. Если артефактор не особо умелый, но хочет создавать хорошие вещи, он может обратиться к алтарной артефакторике. Создаёт вот такой вот алтарь. Или просто стол, как его часто называют.

— Так ведь если сил не хватает, — Катарина задумалась, — можно просто купить такой стол. Или попросить кого-то его сделать.

— Можно. Но такими столами обычно может пользоваться только их хозяин. Магическая привязка.

— А ты этот сам создал?

— Нет. Нашёл.

Ведьма посмотрела на меня с удивлением.

— Как же тогда им пользуешься?

— Во-первых, бывший владелец умер. Во-вторых… — я помолчал. — Я не самый обычный артефактор.

Катарина явно хотела спросить ещё что-то, но сдержалась. Умная девочка. Понимает, когда не стоит лезть.

Я и правда не самый обычный.

Защиту на этом алтаре я обошёл. А защита была серьёзная — в течение пяти-семи минут после начала работы срабатывал механизм, который выпускал энергию смерти. Она аккумулировалась в столе и должна была моментально убить того, кто с ним работает.

Неприятная штука. Но легко решаемая.

Я поставил на один из символов чёрный турмалин — теперь энергия смерти перенаправляется в него. Камень потихоньку заряжается. Пригодится, если понадобится создать зомби.

Кроме того, у меня при себе есть ещё несколько чёрных турмалинов в пряжке на поясе. Тоже служат защитой. А ещё это просто красиво.

— Ладно, — сказала Катарина. — Не буду мешать.

И вышла.

Я вернулся к работе.

Ведьма права, конечно. Зелье для излечения простуды — или, если правильно, элементарное зелье исцеления — хрень полная. Само по себе почти бесполезно.

Но я хочу разобраться в зельях этого мира. Понять, как они работают, чем отличаются от тех, что я знал раньше. Поэтому попросил Тихона создать по одной-две порции всего, что он умеет варить.

Травник притащил два десятка бутыльков. Большинство — ерунда. Но для экспериментов сойдёт.

Вот сейчас, например, элементарное зелье благодаря работе с алтарём уже не только простуду вылечит. Теперь оно и какие-никакие раны затянет. Мелкие порезы, ссадины, синяки.

Для начала неплохо.

Следующие три часа я провёл за алтарём.

Брал бутылёк, ставил на плиту, вливал энергию, передвигал, снова вливал. Смотрел, как меняется цвет, консистенция, свечение. Записывал результаты.

К концу у меня было около десяти бутыльков улучшенного зелья исцеления.

Я собрал их и пошёл на кухню.

Повара как раз готовили ужин.

Баба Катерина помешивала что-то в большом котле. Пахло мясом и перцем.

— Ваша милость! — она обернулась. — Чего изволите?

— Вот, — я поставил бутыльки на стол. — Новый приказ. Добавлять это зелье в пищу. По двадцать граммов в общие котлы.

Повара переглянулись.

— Это что, ваша милость? — осторожно спросила баба Катерина.

— Снадобье специальное.

Она посмотрела на бутыльки с сомнением, взяла один и понюхала.

— А вкус не испортится?

— Зелье безвкусное. Можешь считать его приправой. На вкус и цвет блюд не повлияет.

— А зачем это тогда?

— Если ежедневно употреблять понемногу, через пару недель или через месяц люди начнут чувствовать себя лучше. Старые болячки пройдут, раны быстрее заживут, силы прибавится.

Баба Катерина переглянулась с другими поварами. Те пожали плечами.

— Ну, ежели вы так говорите, ваша милость…

— Говорю. Начинайте с сегодняшнего ужина. Кстати, отлично пахнет, — я развернулся и вышел.

По дороге думал о том, что это, конечно, расточительство. Зелья не растут на деревьях. Травы для них нужно искать, собирать, правильно обрабатывать.

Тихон жаловался, что многих трав в округе просто нет. Или есть, но мало. Нужно ходить далеко, искать в глуши.

Надо придумать способ для более эффективного поиска. Какой-нибудь артефакт, который будет чувствовать нужные растения. Или обучить людей. А лучше и то, и другое.

Зелья могут быть очень полезны. В бою, в лечении, в хозяйстве. Нужно развивать это направление.

Арсений, как всегда, что-то ковал, когда я вошёл в кузницу.

— Ваша милость! — он отложил молот. — Чем помочь?

— Нужна одна штука. Смотри.

Я достал из кармана лист бумаги с чертежом и развернул его на верстаке.

— На раму для картины похоже, — сказал кузнец.

— Да. Только очень маленькая. И сделать её нужно из алюминия.

Арсений склонился над чертежом.

— Хм. Размер с ладонь, значит… А это что за пазы?

— Под камни разного размера. Видишь, здесь, здесь и здесь.

— Вижу. А вот эти болтики?

— Их можно подкручивать и менять размер креплений. Чтобы камни разной величины влезали.

Кузнец почесал в затылке.

— Хитрая штука. А почему из алюминия?

— Надо так. Кстати, надо будет сделать так, чтобы готовая рамка сливалась с древесной корой. Так что когда закончишь, надо будет покрасить.

— В цвет коры?

— Именно.

Кузнец ещё раз посмотрел на чертёж. Потом кивнул.

— Понял, ваша милость. К вечеру будет готово.

Я посмотрел на него.

— Точно к вечеру?

— Точно, ваша милость.

— Арсений, я серьёзно.

Кузнец улыбнулся.

— Ваша милость, когда я вас подводил?

Хороший вопрос. Никогда не подводил.

Я вышел из кузницы и задумался.

Странный он всё-таки, этот Арсений. Что ни закажешь — всё делает быстро. И качественно. Другие кузнецы над такой рамкой неделю бы корпели, а этот — к вечеру.

Надо за ним как-то проследить, что ли. Понять, в чём секрет.

Может, у него тоже какой-то дар? Или артефакт?

Ладно. Потом разберусь.

Сейчас — другие дела.

* * *

В деревню я приехал к полудню.

Степан встретил меня у околицы — видно, предупредили, что граф едет.

— Ваша милость! Что-то случилось?

— Нет. Работа появилась.

Вокруг нас уже собирались люди. Услышали слово «работа»