сутки мы торчим в какой-то дрянной гостинице с клопами, а вы не можете дать мне внятного ответа почему мы не в Букингем-хаусе, где моя семья и придворные, и почему вы не можете послать за главой кабинета министров!

– Букингем-хаус сгорел, а я спас тебя от смерти Георг! – ответил на его вопрос я.

– Как сгорел, по какому праву…, то есть я хочу сказать, как это могло случиться, и кто этот загадочный «я», который утверждает подобную чушь, мне не знаком ваш голос сэр! – попытался он повернуться в мою сторону и подняться со стула, но санитар, видимо уже по привычке, не дал этого сделать, грубо положив руку королю плечо.

– По какому праву, я вас спрашиваю? – резко откинул Георг руку санитара, гневно посмотрев на доктора.

Санитар насупился, вновь вернул руку на плечо Георга, одновременно убирая бритву на поднос с принадлежностями для бритья, и деловито осмотрелся, по-видимому, отыскивая взглядом смирительную рубашку. Да уж, усмехнулся я про себя, сильнее наркотика, чем власть, человечество ещё не придумало.

– Исчезни, быстро! – сурово взглянул я на санитара, добавив в голос «металла».

Побледневший санитар стремглав бросился к двери, а освободившийся от опеки Георг тут же вскочил на ноги и повернулся в мою сторону с выражением непоколебимой решительности на лице… или на двух лицах…

– Сэр, – раздался от окна голос доктора, – Его Величеству противопоказаны подобные волнения, вам следует быть осмотрительнее в разговоре, чтобы не нарушить только-только восстановившийся хрупкий баланс его сознания!

Безусловно, доктор говорил исключительно правильные вещи, да и вообще ситуация не очень-то располагала к веселью, но удержаться от смеха оказалось выше моих сил, поскольку смешнее картины я в своей жизни ещё не наблюдал. К этому моменту санитар закончил только половину работы, и сейчас, грозно раздувая ноздри, на меня взирал самый настоящий «Двуликий Янус». Одна половина лица Георга оказалась чисто выбрита, а вторая осталась с русо-рыжей, клочковатой бородой, создающей впечатление, будто половинки живут совершенно автономно друг от друга…

Закончив хохотать, я шумно выдохнул, распрямился, смахнул слезу и ещё раз поприветствовал английского короля, в этот раз смотря ему прямо в глаза:

– Здравствуй Георг, давненько не виделись, рад, что ты снова с нами!

– Да, да, я здесь, я здесь! – словно убеждая себя в реальности происходящего, неожиданно тихим голосом промолвил Георг и повернулся в сторону доктора, совершенно проигнорировав моё приветствие.

Тьфу ты, черт побери, чертыхнулся я про себя, а я уже губу раскатал, что он вернулся из небытия. Георг мне, конечно, не друг, но в текущей ситуации вполне пригодился бы в качестве ситуативного союзника, да и наблюдать за его сумасшествием было по-человечески жаль и просто неприятно – врагу не пожелаешь подобной участи.

– Доктор, как я вам сегодня, – улыбнувшись одной половиной лица, сделал Георг оборот вокруг своей оси, – у меня прекрасный стул и не болит живот, а помните, вчера я вам читал по памяти сонет Шекспира «Ты сам свой злейший враг, готовый всё сгубить. Ты, лучший из людей, природы украшенье, и вестник молодой пленительной весны. Замкнувшись, сам в себе хоронишь счастья сны, и сеешь вкруг себя одно опустошенье. Ты пожалей хоть мир – упасть ему не дай, и, как земля, даров его не пожирай». Как вы находите моё состояние?

– Кажется Ваше Величество сегодня гораздо, гораздо больше в себе, чем наоборот!

– Я, хм, хм, то есть мы, мы тоже так считаем, но вы… вы тоже видите этого человека! – не оборачиваясь, показал Георг пальцем в мою сторону.

– Д…да сэр! – кивнул озадаченный вопросом доктор, переводя удивлённые глаза с меня на Георга и обратно.

– Значит вы тоже видите, хм, хм, прекрасно, – повернулся довольный Георг в мою сторону, – здравствуй Иван, рад видеть Твоё Императорское Величество у себя в гостях, хотя эту гостиницу сложно назвать моим домом, а значит ещё неизвестно, кто у кого в гостях!

– Ну слава Богу, – облегчённо выдохнул и перекрестился я, совершенно искренне обрадовавшись возвращению англичанина из небытия, – а ты выходит не поверил своим глазам, увидев меня!

– Именно так, – тяжело вздохнул он, – болезнь стирает грань между увиденным наяву и воображаемым, и вообще, нормальность штука довольно эфемерная, это я заявляю тебе со всей ответственностью… Я ведь всегда был в себе, даже когда был болен, но забыл, как себя вести, чтобы меня воспринимали нормальным. Теперь вот я кажусь вам нормальным и это самое главное…, я просто вспомнил, как казаться. Вот ведь какая занятная штука эта нормальность Иван, не находишь!

– Возможно, – пожал я плечами, – в целом, в твоих рассуждениях есть определённая логика, что не может не радовать, но всё же давай оставим эту область человеческого бытия и небытия доктору Уиллису и сразу же перейдём к делу, поскольку в нашей ситуации промедление смерти подобно. Доктор Уиллис, подождите в соседней комнате, Николай Карлович, присмотри, – обратился я к Вейсману по-русски, – и верни сюда брадобрея, пусть закончит дело, а то я не смогу нормально провести переговоры, видя перед собой это чучело!

– Ваше Величество, я буду поблизости, если беседа окажется слишком большой нагрузкой и волнением для вас сэр! – чопорно обратился доктор к Георгу и преисполненный чувством собственной важности, двинулся к двери.

– Послушайте меня сэр, – вновь вспылил Георг, – государственные дела не могут быть для меня слишком большой нагрузкой и волнением. И не смотрите на меня подобным взглядом, король снова король, и давайте уже закончим с вашей назойливой опекой!

– Как будет угодно Вашему Величеству! – сохраняя невозмутимость, поклонился доктор и скрылся за дверью.

– Вот так-то лучше! – хлопнул в ладоши Георг, весьма довольный своей «победой».

***

Минут через десять Георга окончательно привели в порядок, превратив из старика в моего ровесника, и он тут же поинтересовался:

– Букингем-хаус действительно сгорел?

– Верно, но можешь не волноваться, твоей семьи там не было, тебя держали в одиночестве. Доктор, санитары, немного прислуги, капитан Грэвилл и дюжина гвардейцев, вот и все твои домочадцы!

Георг задумался на мгновение, переваривая мои слова, и задал очередной вопрос:

– Как я оказался здесь?

– История довольно запутанная, после я обязательно посвящу тебя во все подробности. Сейчас же важно только одно – герцог Портлендский и лорд Фокс предали тебя и организовали твоё похищение, но тебе повезло. В дело вмешался я, а потом мы укрылись у Джона Стюарта, графа Бьюта, помнишь его!

– Мистер Фокс, – процедил сквозь зубы Георг, – этого следовало ожидать. Он уже давно отрёкся от всех принципов чести и порядочности… и столь же презренен, сколь и отвратителен. Теперь же он ещё и государственный изменник…, достойный финал развратно-политической