— Не знаю, что со мной было бы, не появись ты там. — Питер отстраняется от Даниэля. — Один бы я точно не справился с этим каратистом.

— Лучшие друзья всегда там, где они нужны.

— Да уж, без лучших друзей я бы точно двинул кони.

— Эта тварь еще и посмела покушаться на тебя на моей же территории. В нескольких милях от моего дома. А на это я тем более не собираюсь закрывать глаза.

— Я реально обрадовался, когда ты там появился и подал голос. Даже откуда-то появились силы. Хотя до этого он так меня загонял, что я, если честно, едва ползал от усталости.

— Ты обрадовался, а я очканул. При виде тебя, задыхающегося из-за того, что та тварь со всей силы затягивала веревку. А уж когда ты там валялся полуживой и выглядел так, будто со всеми прощаешься, то я на мгновение даже растерялся и не знал, что мне делать.

— Прямо как я, когда мы с Хелен нашли тебя без сознания после того как Уэйнрайт толкнул тебя на машину проезжавшего мимо мужика, — скромно отвечает Питер.

— Слава богу, что с тобой ничего не случилось, — слегка улыбается Анна, похлопав Питера по руке. — Мы ведь совсем не хотим потерять тебя. А уж Маршалл вообще сойдет с ума от горя.

— Так не хочется пугать ее и рассказывать, что со мной произошло. Но придется. Она все равно обо всем узнает. Да и врать я совсем не хочу. Хелен заслуживает знать правду.

— И тебе придется объяснять, откуда у тебя этот след на шее, — отмечает Даниэль.

— Об этом я и говорю.

— Несколько дней тебе точно придется как-то его скрывать, — предполагает Анна.

— Это не проблема. У меня полно всяких чокеров. Буду носить их, пока не пройдет.

— Можно еще попробовать скрыть этот след косметикой.

— Да, но у меня нет ничего такого. Хотя буду благодарен, если ты одолжишь мне какую-нибудь свою мазюкалку.

— Если найдется что-то подходящее к твоему тону кожу, то я радостью одолжу.

— Спасибо большое, подружка, — скромно улыбается Питер. — Ты просто прелесть.

— Кстати, а как ты сейчас себя чувствуешь? — интересуется Даниэль, взяв Питера за плечо. — Хоть немного легче?

— Да-да, мне уже намного лучше. Не переживай.

— Голова больше не кружится? Видишь четко?

— Да, голова стала ясной. И ничего не расплывается.

— Охотно верю. Выглядишь уже не таким бледным, как некоторое время назад.

Сэмми два раза уверенно подает голос.

— Я так понимаю, пушистый согласен, — с легкой улыбкой предполагает Даниэль.

— Эй, Сэмми, ты у нас тоже молодец! — восклицает Питер и гладит Сэмми по голове. — Если бы не твоя сообразительность, то ребятам пришлось бы скидываться на мои похороны.

— Не говори так! — возражает Анна, хлопнув Питера по бицепсу. — Даже думать о чем-то подобном не смей!

— Однако это правда. Если бы Сэмми силой не вытолкал Дэна из дома и не привел его туда, то видели бы вы меня все в последний раз.

— Сэмми – самая умная собака, которую я когда-либо знал, — уверенно говорит Даниэль, потрепав Сэмми за уши.

— Хороший мальчик, хороший, — широко улыбается Анна, погладив морду Сэмми обеими руками и мило чмокнув его в нос. — Ты у нас просто умничка.

Сэмми тихо, но уверенно подает голос и кладет лапу на колено Питера, который смотрит на него с легкой, полной благодарности улыбкой.

— Кстати, а почему у него местами кровь на шерстке? — слегка хмурится Анна, присмотревшись получше к Сэмми и найдя на нем несколько кровавых пятен. — Неужели то гад сделал с ним что-то ужасное?

— Это еще мягко сказано, — скрещивает руки на груди Питер. — Тот мерзавец несколько раз со всей силы заехал ему по мордочке и пинал его ногами.

— Да-да, а песик жалобно скулил от боли, — с грустью во взгляде добавляет Даниэль.

— О боже, Сэмми… — качает головой Анна и проводит руками по спинке Сэмми.

В какой-то момент Сэмми очень тихо поскуливает и поджимает хвост из-за боли, которую он чувствует, когда Анна случайно давит на самое больное место.

— Ой-ой, прости, мальчик мой, прости… — мягко извиняется Анна и гладит мордочку Сэмми. — Я случайно…

— Да у меня у самого до сих пор болит живот после его вертушки, — признается Даниэль, немного потерев ладонью ноющий низ живота. — Нехило он так врезал…

— А ты сам-то как?

— Все в порядке. Не волнуйся, милая.

— Слушайте, парни, давайте сначала сделаем что-нибудь с вашими ранами и повнимательнее осмотрим Сэмми. А потом выпьем по чашке кофе. Немного успокоимся.

— О, расслабиться мы сможем еще нескоро… — задумчиво предполагает Питер, помассировав заднюю часть шеи. — Кто-то попьет у меня еще немало кровушки. Я в этом уверен.

— Как сказал Даниэль, будем решать проблемы по мере поступления.

— Ох… — Питер бросает взгляд на свои руки. — Походу, этот отморозок решил еще и грабануть меня…

— В смысле? — хмурится Даниэль.

— Он спер мои часы.

— Часы?

— Да, которыми я всегда пользуюсь. — Питер демонстрирует Даниэлю правую руку, на которой обычно и носит часы. — Они были, когда я сюда приехал. Но теперь их нет.

— Может, ты просто где-то их потерял? — предполагает Анна. — Увлекся разборками с тем типом и не заметил, как потерял часы?

— Нет-нет, я же не сошел с ума. Я точно помню, что надел часы перед выходом из дома.

— Окей, а в какой момент ты заметил пропажу? — уточняет Даниэль.

— Да только что! Хотя до этого не мог отделаться от чувства, что мне чего-то не хватает.

— Может, они и правда спали с руки и сейчас валяются рядом с каким-нибудь кустиком?

— Я более, чем уверен, что их украл тот тип.

— Ты думаешь, что ему так уж сильно нужны твои часы?

— А черт его знает!

— Окей, давай тогда вернемся в то место и попробуем поискать? — Даниэль переводит взгляд на Сэмми, наблюдающий за всеми с высунутым языком. — Вон Сэмми тебя обнюхает, а потом мы пустим его по следу. Если твои часы там, то он найдет их