мародеры, но потом и их потеснили волки и вороны, или кто там хозяйничал в городе и пировал на людских костях.

– Будьте осторожны, – предупредил андроид. – Здесь встречаются пауки.

– Крупные?

– Достаточно крупные, чтобы мы заменили им мух.

Над пустым супермаркетом витал ощутимый запах гнили. Гниль и плесень. Колдун понадеялся, что не вся одежда в бутиках пропахла этой дрянью.

Сиби, мотнув головой, гордо миновала «Зару» и «Хелфингера», ни на секунду не задержалась у «Фокса», а вот магазин нижнего белья привлек ее взгляд.

– Так, – сказал Колдун, стремительно терявший терпение. – Вы тут разбирайтесь, а я пока поищу рубашку.

Вернулся он минут через десять. За это время Сиби успела совершить немало славных дел. Она стояла посреди магазина, обряженная в пушистую голубую пижаму со слониками. На голове ее красовался бюстгальтер, рассчитанный, должно быть, на профессиональную порнозвезду. Одна его чашечка с легкостью заменяла Сиби шляпу, а вторая кокетливо свисала на спину. Цвергская модница цвела улыбкой и непрерывно оглаживала пижаму.

– Красиво. Очень мягко и красиво. – Завидев Колдуна, девчонка стянула с головы лифчик и приветственно им помахала. – Отличный чепец, только глупый. На человека с двумя головами. Я думаю, про запас.

Андроид смотрел на это с каменным выражением лица. Колдун со свистом втянул воздух и процедил сквозь зубы:

– Батти, у вас в наладоннике есть камера?

– А что?

– Если нарядить вас медведем, а Хантера свиньей, мы вполне сможем снять очередной выпуск «Маппет-шоу».

– А вы, стало быть, нарядитесь лягушкой?

Ответить Колдун не успел, потому что супермаркет огласился жутким гоготом. Это вернулся Хантер. Он стоял, согнувшись пополам, разроняв сигаретные пачки и держась за живот. Смеху его вторило многоголосое эхо. Сиби некоторое время сердито пялилась на Хантера, а потом вдруг выронила бюстгальтер и залилась колокольчиком. У нее был неожиданно звонкий и заразительный смех. Колдун хмыкнул, и даже андроид улыбнулся. Оказывается, он умел улыбаться.

После часа уговоров Сиби согласилась упаковать пижаму и сменить ее пока на узкие мальчиковые джинсы, майку с давно забытой рок-звездой и теплый свитер с капюшоном. От ботинок она отказалась, а Колдун не стал настаивать – пятки у девчонки были жесткие, как дерево. Сам Колдун разжился парой рубашек, бельем и запасными брюками, а Хантер, чью куртку делили сейчас скверные жители деревни, прибарахлился новой партией ковбойского шмотья. Не забыл он прихватить и сапоги, еще лучше, чем прежние, и сейчас восхищенно любовался их желтой телячьей кожей.

– Как вы в них по лесу пойдете, Хантер?

– Оседлаю какую-нибудь тварь, – без колебания ответил охотник. – Я вырос на ранчо. Мы там лошадей воспитывали.

– Зачем?

– В смысле – зачем?

– Зачем воспитывали?

– Ну, выезжали, дуралей. Ты небось и лошади живой не видел?

– Почему же, видел.

– Где? В зоопарке?

– Нет. На похоронах моего деда.

Хантер покрутил пальцем у виска и продолжил любоваться сапогами. С пояса его свисал новенький нож, и Колдун не сомневался, что еще парочку охотник пристроил в голенища. Только арбалет утрачен был навсегда, зато Хантер обзавелся боевым топориком из лавки индейских сувениров. В продуктовом разделе они набрали консервов и бутилированной воды. В Алгонкине было полно озер, но о тамошней воде говорили разное, так что бутылки могли оказаться совсем не лишними. Наконец, в туристическом взяли еще два рюкзака, куда и загрузили добытые сокровища.

Маршрут они больше не обсуждали, но каким-то образом между членами отряда установилось молчаливое согласие – следовать на северо-восток, до Алгонкина, а там сориентироваться на месте. Пока Сиби с энтузиазмом ползала по сиденьям джипа, тыкала в кнопки и пыталась повертеть руль, а охотник грузил их добычу, Колдун с Батти задержались у разбитого окна третьего этажа.

Сюда задувал ветер. Над горизонтом тянулись желтые облака. Приземистое стадо заправок, кондитерских и автошопов толпилось под ногами. По крышам попархивали вороны, на вид самые обычные. Разрушения с высоты были не так заметны, и казалось, ничего не изменилось за прошедшие шесть лет. Только не было людей. Во всем мире не осталось людей, лишь безрукие манекены валялись у зеркальной витрины бутика. Батти отметил про себя, что Колдун избегает смотреть в ту сторону.

– Колдун, я хочу вам кое-что сказать.

– Да, Рой?

– Видите ли… – Андроид замешкался. Он выглядел смущенным. Смущение вовсе не шло ни к его крепкой фигуре, ни к идеально очерченному лицу. – Вчера в джипе, когда я вам обрабатывал раны…

Я взял пробу крови на ID-анализ.

– Зачем? – равнодушно спросил Колдун.

– У меня были некоторые подозрения. Мне хотелось их подтвердить.

– И как, подтвердили?

– Да. Я знаю, кто вы такой, сэр… Не беспокойтесь, Хантеру я не скажу.

– Я и не беспокоюсь. – Колдун зевнул. С севера надвигалась гроза. Па́рило. Марево, висевшее над горизонтом все эти дни, должно было наконец рассеяться, но пока атмосферное давление росло, изводя духотой.

– Извините, я превысил свои полномочия.

– Да бросьте вы извиняться, Рой. Просто досадно. Мне уже начала нравиться эта маска.

Андроид кинул косой взгляд на собеседника – и на какую-то долю секунды ему почудилось, что уже привычное, нервное и тонкое лицо восемнадцатилетнего паренька исчезло. Что на месте его собеседника даже не человек в маске – нет, просто равнодушная, холодная пустота. Рой Батти мало чего в этом мире страшился, но сейчас ему сделалось не по себе. Солдат быстро отвел глаза и пробормотал:

– Вам нравится Колдун, сэр?

– Да.

Помявшись, андроид сказал:

– Этой ночью вы говорили о выборе. У вас есть выбор. Если вам нравится Колдун, вы можете остаться им.

Человек улыбнулся:

– На какое-то время, Рой. На время. Впрочем, все в этом мире временно. Не так ли, солдат?

На севере громыхнуло. Сиби, зажав уши, вжалась в сиденье машины. Спустя минуту первые капли дождя упали на дорогу, выбив из нее фонтанчики смешанной с брызгами пыли.

Через полчаса гроза разыгралась вовсю. Гремел гром, лупил по крышам ливень, хлопали на ветру рекламные щиты и вывески. Деревья клонились к земле. Все смешалось в клокочущем котле земли и неба, и от неба до земли метались неспокойные тени. Одна из теней, чернее и более плотная, чем ее собратья, вынырнула из дождевой круговерти. Остановилась, втянула носом насыщенный влагой воздух. Встряхнулась, разбросав облако капель. Острые уши твари настороженно дрогнули, а затем прижались к крутолобой башке. Выбрав направление, огромный черный волк скачками понесся туда, куда полчаса назад укатила машина с охотниками.

Интерлюдия

Секретный ингредиент

Лиственные породы уже желтели вовсю, и лишь елки и сосны остались верны своей угрюмой зелени. Темными великанами вставали они на фоне закатного неба, а в промоинах, там, где горизонт сливался