несколько секунд я готова была превратиться в лужицу под его прикосновениями.

Когда у меня вырвался очередной стон, он снова зарычал.

— Такая отзывчивая. Я никогда не устану от этого. — Он поцеловал мою шею, посасывая кожу под ухом, в то время как его рука продолжала гладить.

— Стой! — резко крикнула я. Я зашла слишком далеко, но не хотела, чтобы это прекратилось.

Он напрягся и убрал руку.

— Прости. Я не хотел… — Он тяжело вздохнул. — Я вернусь на другую кровать.

Но я развернулась и схватила его прежде, чем он успел уйти.

— Нет, я не это имела в виду. Я хотела сказать, что хочу прикоснуться к тебе. Несправедливо, что только ты даришь мне удовольствие.

Его глаза вспыхнули, и он громко сглотнул.

— Хорошо, если ты этого хочешь.

— Да. Если только ты не возражаешь?

— Не возражаю, — немедленно ответил он. — Делай со мной, что хочешь.

Я хихикнула. В его хриплых словах было столько отчаяния.

— Но не осуждай меня. Я не помню, что тебе нравится.

Он задышал чаще, когда я провела пальцем по его груди.

— Ты не можешь сделать ничего такого, что бы мне не понравилось.

— Но есть что-то, что тебе больше всего нравится? — Я поцеловала его в грудь, чуть правее соска.

Он с шумом втянул в себя воздух.

— Это нравится.

— А как насчет этого? — Я провела языком по его животу, целуя и посасывая по ходу движения.

— Да, это тоже неплохо, — сказал он сдавленным голосом.

— А это? — Я запустила руку в его трусы, ощутив его твердую эрекцию. У меня перехватило дыхание. Боги, он был огромный.

— О да, мне это определенно нравится.

Я обхватила его член рукой и начала поглаживать, одновременно целуя, прикасаясь и лаская его грудь, шею и плечи.

Исходящий от него жар нарастал с каждой секундой, и тихие стоны вырывались из его горла.

— Ты не будешь возражать, если я попробую тебя на вкус? — прошептала я, затем прикусила его ухо. — Здесь? — Я сжала его толстый член.

Все его тело содрогнулось.

— О боги, нет. У меня точно нет никаких возражений.

Я села, внезапно вся усталость испарилась, хотя за окном было еще темно. Я сняла майку, обнажив грудь. Мои соски уже напряглись от холода в комнате.

Уайетт застонал, когда его член затвердел еще больше, и я остановилась.

— В чем дело? — спросил он, когда я уставилась на него, мои груди были всего в нескольких дюймах от его лица. Он наклонился вперед, чтобы попробовать на вкус мой сосок.

Я судорожно вздохнула.

— Твой размер, — выдавила я, покраснев — Мне просто интересно, каким был секс с тобой. Сомневаюсь, что ты поместишься во мне.

— О, не волнуйся, я помещусь. — Он усмехнулся и снова поцеловал мою грудь.

Внизу живота появилось напряжение от его поцелуев. Внезапно я захотела, чтобы он тоже это почувствовал.

— А что, если я захочу сделать больше, чем просто отсосать тебе?

Он обхватил рукой мою талию, затем погладил по бедру.

— Детка, ты можешь делать со мной все, что захочешь.

Он зашипел, когда я в одну секунду сорвала с него шорты, а в следующую обхватила его пульсирующую эрекцию. Сила во мне заиграла и потекла, придавая мне скорость, которой я даже не ожидала.

— Твои глаза снова светятся, — хрипло сказал он, когда я поднял на него взгляд, держа кончик его члена у своего рта.

— Да? Мои глаза раньше светились?

— Нет. Только с того дня как ты проснулась. Я думаю, что это из-за твоей новой магии. Но мы можем поговорить об этом в другой раз. — Он приподнял бедра, приглашая меня отсосать ему.

Криво улыбнувшись, я опустила голову и взяла его в рот.

Бедра Уайетта дрожали под моими руками по мере того, как я лизала и ласкала его. Дважды я почти заставила его кончить, но в последнюю минуту отодвигалась.

Все его тело дрожало от желания, хотя я тоже с трудом сдерживалась. От того, что я имела над ним власть, он дрожал и стонал под моими руками, а я чувствовала возбуждение.

— Эйвери, — прорычал он, когда я вернулась к медленным поглаживаниям. — Если твоих прикосновений недостаточно, чтобы свести меня с ума, то твой запах меня доконает. Я чувствую запах влаги между твоими бедрами.

Я отпустила его член и поползла вверх, мои груди скользнули вдоль его живота.

— Двигайся, женщина. — Он сжал мои груди.

Я стянула свои шорты, с трудом сдерживая желание.

— Я хочу большего, чем просто прикасаться и сосать твой член.

Он замер, уставившись мне в глаза.

— Я тоже.

Я оседлала его, твердый член скользнул по моему животу.

Уайетт застонал, и все его тело напряглось.

— Так ты не будешь возражать, если я сделаю это? — Я выпрямилась и, протянув руку между нашими телами, сжала в руке его член. Я переместилась ниже, пока его кончик не коснулся моего входа.

— Черт возьми, не возражаю. — Он так сильно стиснул челюсти, что его зубы заскрипели.

Я откинула голову назад, закрыв глаза, и медленно, дюйм за дюймом, опустилась на него, пока он не вошел полностью. Я застонала от удовольствия, ощущая, как он наполняет и растягивает меня. Боги, это было так хорошо.

— О, Цветочек. Ты такая же тугая и сладкая, какой я тебя помню. — Уайетт застонал, когда я приподняла бедра.

— Ты такой большой, — выдохнула я, а затем начала двигаться, его твердая длина скользила во мне, пока я задавала темп, который усиливал эту боль глубоко внутри меня. — О, боги! — прошептала я. — Это так хорошо.

Он вцепился в мои бедра, приподнимая меня и насаживая обратно на свой член, пока я трахала его все сильнее и сильнее, двигаясь на нем все быстрее и быстрее.

От ощущения того, как он пульсирует внутри меня, у меня перехватило дыхание. А затем Уайетт дернул бедрами, входя в меня глубже и жестче и… Боги, он попал в какую-то точку внутри меня.

— Это происходит снова, — простонала я, снова во мне поднялись те ощущения, которые появились вчера, когда он ласкал меня.

— Черт. Я тоже, детка. — Уайетт зарычал и сжал меня сильнее, откинув голову назад, когда я опускалась на него снова и снова, двигаясь быстрее с каждым толчком.

И когда его член снова потерся об заветное место внутри меня, я почувствовала взрыв.

Я закричала, когда шквал звезд и бушующих волн пронесся сквозь меня. Я услышала крик Уайетта, его бедра дернулись, руки сжались на мне, вены на шее вздулись. Его член пульсировал внутри меня, мои внутренние стенки сжимались вокруг него, когда волна за волной