думаешь, это мы — Высшие вампиры — жестокие твари? Они были в сотни раз хуже. Настоящие первобытные чудовища.

Я твердо зафиксировала его взгляд своим:

— Возможно, это именно то, чего вашей зажравшейся Санграте сейчас критически не хватает. Здоровый баланс. Что-то мощное и неодолимое, что наконец-то сможет держать вас, кровососов, в узде.

Блейк ничего не ответил. Просто развернулся на каблуках и растворился в полумраке библиотечного коридора.

Я с утроенной энергией придвинула к себе фолиант «Небесные змеи», открывая первую главу.

Говоришь, они были жестокими чудовищами, Блейк?

Внезапно внутри меня проснулся дикий, первобытный азарт. Мне жизненно необходимо было узнать абсолютно всё о существах, которых сам великий и ужасный Блейк Дракхэрроу считал страшнее и опаснее вампиров. Посмотрим, кто тут у нас главный хищник.

КНИГА 2

ГЛАВА 14 — БЛЕЙК

Несколькими днями ранее…

Я с силой толкнул двойные двери, и они с грохотом ударились о стены.

— Ты что, чёрт возьми, сотворил?! — взревел я, шагая к длинному столу, за которым уже сидели мой дядя и брат.

Маркус резко поднялся, нервно косясь на дядю:

— Сбавь обороты, Блейк. Кончай вести себя как дикарь.

— Дикарь? — я едва не задохнулся от ярости. — Дикарь?! И это говоришь мне ты, дядя, после того как сегодня без моего согласия обручил меня с этой девкой? Мы ни черта о ней не знаем, понятия не имеем, откуда она вылезла! Да её мог подкинуть любой из враждебных Домов!

Я сверху вниз уставился на древнего вампира, который сидел абсолютно неподвижно, буравя меня своими кроваво-красными глазами. Нашим родом железной рукой правил Виктор Дракхэрроу. Он и раньше-то был силой, с которой приходилось считаться — самым жестоким и преданным генералом моего покойного отца.

— Ни один из соперничающих Домов не смог бы так долго прятать всадницу. И уж точно они не расстались бы с ней так легко. Ты всегда знал, Блейк, что рано или поздно тебе назначат вторую сожительницу, — тихо и веско ответил Виктор. — А теперь утрись… — Он выразительно указал пальцем на своё лицо.

Я провёл ладонью по подбородку, и щёки мгновенно обдало жаром. Так и есть. В уголках губ запеклись несколько капель крови. Я брезгливо смахнул их тыльной стороной руки.

— Ого, братец, да ты никак на ходу кем-то перекусил? — издевательски хохотнул Маркус. — Какая небрежность, на тебя совсем не похоже.

— Пасть захлопни, Маркус, — выплюнул я. — Я несколько дней провёл в седле на границе. Я был голоден как сука.

— Разумеется, — примирительно кивнул Виктор. — Ты заслужил эту кровь. Как и все мы.

По пути в Чёрную Крепость я действительно перехватил одного из рабов нашего Дома. Виктор заботился о том, чтобы у нас под рукой всегда было свежее мясо. Мне не нравилось питаться на бегу, но в тот момент я был на грани истощения. Правда, учитывая, что рядом крутился Маркус, донор долго не протянет. Девчонка была симпатичной, и я сильно сомневался, что несчастная переживёт эту неделю.

Я швырнул свой плащ на стул в дальнем конце стола и сел, скрестив руки на груди. Я понимал, что веду себя как взвинченный псих, но ничего не мог с собой поделать. Совсем не так я планировал завершить этот день.

Когда я обнаружил эту девку, Медру Пендрагон, на горе трупов, я искренне радовался, что принесу нашему Дому такой роскошный трофей. Но сделать её моей невестой?! Хрен там, такого финта от Виктора я не ожидал. Но спорить было бесполезно — узы уже скреплены кровью.

— Вы оба прекрасно знаете, что я костью лягу ради абсолютного господства Дома Дракхэрроу, — произнёс Виктор, подаваясь вперёд. — Блейк, ты можешь злиться и думать, будто я поступил опрометчиво. Возможно, ты даже решил, что я плевать хотел на твоё мнение. Но это чушь. То, что ты притащил из той сожжённой глуши — величайший дар для нашей семьи. Пожалуй, это самое крупное открытие за последнее столетие.

Я заметил, как перекосило Маркуса. Этот ублюдок исходил завистью. Отлично. Это меня немного успокоило.

Я глубоко вздохнул, пытаясь унять клокочущий гнев:

— Ты реально считаешь, что она настолько важна?

Виктор переглянулся с моим братом:

— Я точно знаю, что мы не имеем права уступить её врагам. Ты же сам слышал, что началось в зале.

Я хмуро свёл брови:

— Леди Авари прямо-таки слюной исходила, мечтая наложить на девчонку свои лапы.

Виктор кивнул:

— Как и лорд Мортис. Ты слышал его требования. А теперь подумай: кто из них играл честно?

Я посмотрел на брата, затем снова на дядю:

— Думаешь, они хотели, чтобы мы пустили её в расход?

— Леди Авари? Да, без вариантов. Она спала и видела, как я прикажу её казнить. Но сначала она технично вбросила в умы Совета мысль, что девка — священное знамение.

— Чтобы если мы её убьём, все остальные усомнились в твоей мудрости и праве управлять, — догадался я.

Виктор довольно прищурился.

— А лорд Мортис?

— Этот старый лис надеялся, что я с барского плеча отдам всадницу одному из его младших сыновей ради генетического эксперимента. — Мой дядя хищно оскалил клыки. — Сомневаюсь, что он ожидал от меня такого встречного удара.

— Ну ещё бы, — я злобно уставился на него. — Вряд ли он думал, что ты сделаешь из меня разменную монету в своей игре. Но ведь мы все для тебя просто пешки на доске, верно, Виктор?

Дядя нахмурился, и в его голосе прорезался лед:

— Каждая пешка делает ход ради величия нашего Дома.

— Если брату эта сучка не упёрлась, я с радостью заберу её себе, — хмыкнул Маркус с мерзкой ухмылкой. — С её рыжими патлами… Дико экзотичная кобылка. Я бы не отказался пристроить её к делу. Интересно, она во всём так отличается от обычных смертных девок? Какова она на вкус? Насколько податлива её…

— Она моя, — прорычал я, резко подавшись вперёд. — И если ты протянешь к ней свои грязные клешни — я их тебе по локти отрублю.

— О-хо-хо, смотри-ка! Маленький львёнок оскалил зубки и не хочет делиться игрушкой! — Маркус покатился со смеху, издевательски подняв руки вверх.

— Кончайте этот цирк, оба, — раздражённо бросил дядя, потирая виски.

— Ты мог выдать её за Маркуса. Почему не отдал? — спросил я у Виктора. Хотя, если Пендрагон считает чудовищем меня, от Маркуса у неё случился бы инфаркт в первую же брачную ночь.

— Я бы с радостью объездил эту всадницу, — оскалился брат. — Заставил бы её ползать на коленях и умолять о капле чистокровной крови. И уж поверь, я бы не стал тянуть со скреплением