— Ты ничем не поможешь, если не объяснишь, что случилось. Рассказывай.

Тиб вздрагивает, прижимает уши, бьёт хвостом.

— Они… они… мяу-у-у-у! — визжит он, срываясь на истерику.

Я бросаюсь к нему и принимаюсь гладить по спине, не зная, что ещё сделать. Под пальцами шерсть дыбом, как от электричества. Тиб замолкает, но рычит низко и глухо.

— Они — это вон те, что ли? — спокойно спрашивает Драгган и кивает в сторону забора.

Я оборачиваюсь — и внутри всё холодеет.

Гленмур окружён.

По ту сторону решётки — не селяне и не путники. Мужчины вооружены до зубов, одеты одинаково: кожаные куртки, потёртые плащи, мечи у пояса, арбалеты за спиной. Кто-то держит в руках копьё, кто-то — топор. У некоторых лица закрыты тряпичными масками.

Наёмники.

Их молчание громче любого крика. Я не слышу шагов, не вижу лишних движений — только взгляды. Тяжёлые, изучающие, холодные. Сколько их? Десятки. Может, тридцать. А кажется — сотня.

Я обхватываю себя руками, будто это хоть как-то может защитить. Тиб прижимается к моим ногам, дрожит всем телом.

Седрик опускает его на землю и спокойно, уверенно кладёт ладонь поверх моих. Его прикосновение — как якорь. Мир перестаёт кружиться, и я впервые за последние минуты делаю нормальный вдох.

Воздух пахнет грозой и металлом.

Я смотрю на Седрика и ловлю себя на странной мысли: нас можно было бы нарисовать. «Семейная пара и кот». Смешно. Если бы не ужас, стягивающий горло.

От этой мысли сердце сбивается с ритма, а щёки заливает жар. Но хотя бы страх отступает — ровно на секунду.

Толпа приходит в движение.

Один из них, здоровяк с бритой головой, делает шаг вперёд и с силой обрушивает меч на решётку. Раздаётся сухой треск, воздух вспыхивает голубым пламенем. Мужчину швыряет назад — он падает, дымясь, и катится по земле.

— Вашу мать! — орёт он, а остальные пятятся.

Я лишь выдыхаю:

— О боги…

Седрик не дрогнул ни на миг. Только прищурился, следя, как по забору пробегает золотистая рябь.

— Работает, — произносит он коротко, как будто доволен результатом.

Я с изумлением смотрю на него.

— Это же твои чары! — догадываюсь я, и голос звучит почти восторженно.

Драгган кивает.

— Они не пройдут, — спокойно говорит он. — Здесь мы в безопасности.

Тиб одобрительно урчит, но я вижу, что и он всё ещё на взводе — хвост ходит ходуном.

— Кто это такие? — спрашиваю я у домового. — Давно они здесь стоят?

Кот раздражённо мотает головой:

— Без понятия! Я же не всё время вне дома торчу. Минут пять назад почуял неладное и выглянул, а тут они…

— Ну что ж, — хмыкает Седрик, — пришла пора выяснить, кто они такие и что хотят.

— Что ты собираешься делать? — пугаюсь я, когда он отпускает мою руку. Его лицо становится сосредоточенным, как у хищника перед броском.

Драгган бросает на меня быстрый взгляд — короткий, но в нём есть всё: уверенность, огонь, обещание, что он справится.

И всё же от этой усмешки мне становится не по себе. Она опасная.

Он же дракон. Как бы он их не сжёг на месте!

— Не бойся, Джина, — хмыкает он, в очередной раз угадывая мои мысли, — я им ничего не сделаю… серьёзного. Живы останутся. Я просто задам пару вопросов.

Я открываю рот, чтобы что-то сказать, но не успеваю.

Мир будто всхлипнул. Пространство дрогнуло — и его рядом нет.

На месте, где он стоял, остался только слабый запах озона и тонкий след энергии, похожий на статическое электричество.

— Да чтоб тебя… — выдыхаю я.

Глава 51

Снаружи что-то гулко взрывается, и пространство за оградой заволакивает густым сизым дымом. В нём мечутся чёрные тени, слышен звон оружия и панические крики.

Я вздрагиваю — звук не похож на магический разряд, скорее, на удар грома. Земля под ногами дрожит, как от землетрясения.

— Седрик! — крик замирает в горле, и я судорожно хватаю воздух.

Он где-то там, за оградой.

Интересно, он перевоплотился в дракона?

От этой мысли меня охватывает страх. Одно дело — человеческий облик Седрика, который уже кажется таким привычным и понятным, а другое — облик огромного зверя, который легко может сожрать любого и даже не почесаться.

И потом, я видела драконов только на картинках в сказках. Может, в жизни они вообще другие?

На меня нападает нервный смешок, и я опираюсь на перила лестницы, чтобы не упасть. Тиб с удивлением смотрит на меня.

Сквозь металлическую решётку я вижу вспышки в дыму — короткие, ослепительные, будто молнии бьют прямо в землю. Несколько человек валятся в стороны, один кричит, кто-то роняет оружие. Остальные мечутся, не понимая, откуда пришёл удар.

Перевожу дух. Нет, не вижу ничего похожего на дракона. И слава богам, сейчас я к этому не готова…

Вслед за облегчением приходит досада. Во мне просыпается неудовлетворённое любопытство. Если бы не этот дым, я бы увидела гораздо больше, а тут вынуждена довольствоваться только невнятными метаниями теней и бряцаньем оружия!

Но одно я понимаю чётко: Драгган действует быстро.

Он двигается стремительно, как порыв ветра. Я успеваю различить только тёмный силуэт в ореоле ярко-золотого пламени. Силуэт бесшумно скользит в дыму, с лёгкостью раскидывая наёмников, словно по щелчку пальца.

— Седрик, пожалуйста… — шепчу я, даже не осознавая, что говорю вслух.

Магия искрится в воздухе, и от забора ко мне долетает горячая волна. Она обжигает кожу — я прикрываюсь рукой и отступаю. Тиб жалобно шипит, хвостом метёт воздух и юркает под нижнюю ступеньку лестницы. Оттуда только моргают два огромных кошачьих глаза.

Не могу отвести взгляда от происходящего. Сердце истошно бьётся о рёбра.

Меня охватывают противоречивые чувства. Да, эти люди пришли с дурными намерениями. Да, это наёмники, возможно, убийцы. Но видеть, как они валятся на землю, как от ударов разлетаются брызги крови, как один из них не поднимается — страшно.

Я не хочу, чтобы Седрик стал таким! Не хочу, чтобы кровь — даже чужая — оставалась на его руках…

Секунда — и всё стихает.

Сизый туман рассеивается, воздух дрожит, как после грозы. Большинство человек лежат неподвижно, кто-то стонет, кто-то еле шевелится. Остальные пятятся, не смея приблизиться к фигуре, которая возвышается поодаль.

Он стоит, высокий, мрачный, словно сам свет отказывается падать на него.

Вижу, что пальцы Драггана всё ещё мерцают золотисто-алым, но взгляд спокоен. Он хватает ближайшего уцелевшего за ворот и без усилия поднимает над землёй. Тот пытается вырваться, дрыгает ногами, что-то хрипит, но напрасно.