всю ночь, пока ее крики не превращаются в стоны, а глаза не закрываются с приближением рассвета. Только тогда я заключаю ее в объятия и позволяю ей отдохнуть, ее тело отмечено мной.

Прижимая ее крепче, я возношу молитву Судьбе, прося, чтобы она позволила мне сохранить ее навсегда.

Десяти лет с ней никогда не будет достаточно.

Я хочу ее вечно.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

АВЕА

— Нет, попробуй еще раз, — зовет Морс.

Раздраженно фыркая, я сердито откидываю волосы назад и закрываю глаза, сосредоточившись на шаре силы. Мы вернулись в часовню, потому что он сказал, что это такое же хорошее место для практики, как и любое другое, и что в его мире есть способ обмениваться силами и искажать их, поэтому мне нужно практиковаться в моем мире, пока я не смогу контролировать их.

Все, что он делает, это снова отключается, как будто заблокирован. Я даже не могу дотянуться до него, если и вижу, что в любом случае заняло очень много времени. Мои глаза раздраженно открываются. — Это бесполезно! — Я шиплю, поворачиваясь и моргая. Морс лежит в гробу с закрытыми глазами. — Ты что, вздремнул в гробу? — Спрашиваю я, уперев руки в бока.

— Не похоже, чтобы он возражал. — Он мотает головой в сторону скелета, на котором лежит, а затем шевелит бровями. — Хочешь присоединиться ко мне? Мы оба знаем, что ты не против.

Качая головой, я скрещиваю руки на груди. — Морс.

— Авеа, — отвечает он, надув губы. Он такой чертовски милый, что я таю.

— Пожалуйста? — Я вздыхаю. — Я хочу иметь возможность контролировать их.

С мягкой улыбкой он выпрыгивает из гроба так легко, что у меня пересыхает во рту, но я заставляю себя сосредоточиться, даже когда он обхватывает ладонями мои щеки. — Закрой глаза, — мягко инструктирует он. — Слушай мой голос. Проникни глубоко в себя. Найди эту силу и дотянись до нее. Она твоя, и больше ни чья. Заставь ее, если нужно. Сначала это трудно, но будет даваться все легче и легче, пока простая мысль не возьмет над этим контроль. Уговаривай ее, требуй ее, используй ее. Она твоя. Она это ты...

Его ровный, глубокий голос снова ведет меня в то темное пространство внутри меня, мимо моих вампирских сил, к шару, который прячется в темноте, светящемуся золотым и красным. Он движется при моем приближении, словно сопротивляясь мне и зарываясь глубже, но я слушаю Морса и снова тянусь к нему.

— Ты моя, — говорю я, стиснув зубы. — Ты - это я. Приди ко мне. Иди сюда, — резко требую я.

Он мерцает, и я победоносно улыбаюсь, когда он, кажется, плывет ко мне. — Вот и все. Иди сюда, ты, прекрасный мячик...

Черт! Мои глаза открываются, когда он врезается в меня, а затем отступает. Я встречаюсь взглядом с Морсом, и он мягко улыбается, поглаживая меня по щеке, и смотрит на меня с гордостиью, хотя я киплю от разочарования. — Попробуй еще раз. У тебя это получится. Ты сильнее, чем думаешь. Если ты смогла приручить Бога Смерти, тогда ты сможешь сделать это. Потянись к этой внутренней силе.

Тронутая его верой, я закрываю глаза и ищу ее еще раз, укрепляя себя. Морс считает, что она дремлет и готова атаковать, если ее вытащить, поскольку я похоронила ее так глубоко, никогда не признавая ее. Я использую это сейчас. Я обвиваюсь вокруг нее, набрасываясь, как в атаке, и стискиваю зубы от агонии, которую она посылает через мое тело, как будто меня разрезают на части изнутри.

Я втягиваю ее в себя.

Мои глаза распахиваются с криком, когда меня отбрасывает назад, сила взрывается во мне. Морс взлетает, приземляясь на ноги, а я повисаю в воздухе, паря, прежде чем медленно опускаюсь, пока мои ноги не касаются камней.

— Хорошо, — хвалит он. — Я вижу ее в твоих глазах, таких ярких и красивых. Все, теперь используй ее. Привяжи ее к себе. Сделай ее своей. Научи ее этому. Ты контролируешь ситуацию, иначе она выйдет из-под контроля.

Не в силах говорить на случай, если она сбежит и снова нападет на него, я киваю и обматываю силу шипами со своей вампирской стороны. Он шипит и нападает, и я склоняюсь над ней, кровь брызжет у меня изо рта. Стиснув зубы, я закрываю глаза.

Я мысленно представляю себе колючие лианы и вижу, как они обвиваются вокруг шара, впиваются и пускают корни, затягивая до упора. Для эксперимента я встаю и проверяю это, представляя перед собой розовую розу, и когда я открываю глаза, я наблюдаю, как она растет у меня на ладони.

Это именно то, чего я хотела. Улыбаясь, я встречаюсь взглядом с Морсом, который сияет гордостью, когда он подходит, поднимает меня и кружит. — Ты сделала это!

Я хихикаю. — Ты когда-нибудь сомневался во мне?

— Никогда. — Он усмехается, скользя по моему телу, пока не обхватывает мою щеку и, наклонившись, нежно целует. — Никогда. А теперь давай потренируемся.

Я стону, когда он смеется.

Злой, порочный человек.

Морс ходит вокруг меня по кругу, прикасаясь к моей ауре и ощущая мою силу с гордой усмешкой. — Существует много историй о древних и о том, что они могли делать, поэтому мы начнем с самых распространенных и пройдем наш путь до конца. Мы будем практиковаться каждый день, пока ты не научишься контролировать элементы этого, и каждый раз, когда ты добьешься успеха, я буду проводить эту ночь между твоих бедер, заставляя тебя кончать так сильно, что ты потеряешь сознание.

— Морс, — хнычу я, — что, если я потерплю неудачу?

— Тогда никаких оргазмов для тебя. — Он ухмыляется, отступая назад.

— Это просто жестоко, — бормочу я, — но это очень хороший стимул.

— Я известен своими порочными путями. — Он ухмыляется. — Один из очень распространенных мифов среди древних - это их способность превращаться в зверя. Однако я чувствую, что это может быть сложно, поэтому мы поработаем над этим и начнем с малого сегодня. Мы уже знаем, что ты можешь исцелять, испаряться и использовать свои силы для атаки. Он подмигивает, без сомнения, имея в виду тот факт, что я