с Питером спокойно подходят к нему и с грустью во взгляде кладут руку на оба его плеча, таким образом выводя парня из транса и заставляя медленно повернуться к своим друзьям.

— Нам очень жаль, что твой племянник не родился, — с грустью во взгляде говорит Питер.

— В это до сих пор с трудом верится, — тихо признается Эдвард. — Не верится, что тот чертов суд над проклятием семьи МакКлайф по имени Майкл стал причиной, по которой этот ребенок стал жертвой. Очередной его жертвой.

— Кто же знал, что этот ребенок захотел появиться в жизни Ракель и Терренса в такой тяжелый момент? — пожимает плечами Даниэль. — И откуда они могли знать, что будут ждать малыша как раз во время судебного процесса?

— Я бы любил своего племянника как родного ребенка. Дал бы ему все, что могу дать. Ох… — Эдвард резко выдыхает. — Наверное, я бы сошел с ума, если бы это был мой ребенок…

— Если тебе тяжело пережить эту трагедию, то какого сейчас Терренсу с Ракель? — задается вопросом Питер.

— Знаю … Им обоим очень тяжело.

Питер бросает взгляд в сторону и видит, как Терренс в одиночку наматывает круги по всей территории, выглядя гораздо мрачнее прежнего и слегка склонив голову. Даниэль и Эдвард тоже наблюдают за ним и вместе с блондином с грустью во взгляде переглядываются между собой. А в какой-то момент они втроем решают подойти к нему и хоть как-то поддержать.

Глава 41.6

— Терренс… — дотронувшись до плеча Терренса, произносит Питер.

Терренс медленно разворачивается к парням и смотрит на них подавленным взглядом.

— Нам очень жаль, чувак, — выражает сочувствие Даниэль, похлопав Терренса по спине. — Все мы прекрасно знаем, как сильно ты хотел ребенка. Как много ты говорил о желании стать отцом.

— Я чувствую себя так, будто меня лишили чего-то важного, — без эмоций на лице признается Терренс. — Мне трудно смириться с мыслью, что моего ребенка нет.

— Мы прекрасно понимаем тебя, брат, — уверенно отвечает Питер. — Терять близких всегда трудно. А терять своего ребенка – еще сложнее.

— А ведь я даже не узнал, кто у меня был бы: девчонка или пацан… И уже никогда не узнаю.

— Кто бы это ни был, ты бы вырастил его достойным человеком.

— Кто знает… Может, это наказание за все ошибки, что я совершил в прошлом… Я ведь всю жизнь косячу.

— Нет, приятель, не говори так, — качает головой Питер.

— У тебя еще будут дети, — уверенно говорит Даниэль. — Ракель же не больна и может родить еще много малышей.

— Другие дети не заменят погибшего и не облегчат боль от его потери, — без эмоций отвечает Терренс.

— Мы знаем. В любом случае еще не все потеряно.

— Я бы сейчас мог держать на руках своего ребенка и возиться с ним… Он сделал бы всех счастливыми. Мои родители бы с удовольствием возились бы со своим внуком… И мистер Кэмерон с Алисией… Они так мечтали об этом моменте…

— Мы знаем, приятель, — спокойно отвечает Питер. — Будет совершенно неуместно говорить что-то вроде: « Смирись, ребенок умер, и его уже не вернуть! ».

— Однако в этом есть доля правды, — задумчиво говорит Терренс и окидывает парней подавленным взглядом. — Ребенка уже нет и не будет.

— По крайней мере, у тебя еще есть шанс стать отцом, — тихо отмечает Эдвард. — У тебя еще есть шанс ощутить все прелести отцовства.

— Не знаю, что я бы делал, если мы с Ракель были лишены этой возможности.

Терренс бросает грустный взгляд в сторону и пару секунд без эмоций пялится в одну точку. А понаблюдав за ним и переглянувшись с Питером и Эдвардом, Даниэль подходит к приятелю и хлопает его по плечу, которое он крепко сжимает.

— Мы с тобой, Терренс, — подбадривает Даниэль. — Ты всегда можешь на нас рассчитывать.

— Я знаю, — тихо произносит Терренс.

Даниэль на пару секунд заключает Терренса в дружеские объятия и хлопает по голове. Питер с Эдвардом также предлагают МакКлайфу-старшему крепкие объятия, от которых он не отказывается.

— Ты сильный , мужик, — бросает легкую улыбку Питер.

— Держись, брат, — дружелюбно добавляет Эдвард.

— Спасибо за поддержку, ребята, — благодарит Терренс.

Немного погодя к парням подходит Сэмми и тихонько подает голос, с жалостью во взгляде смотря на Терренса и начав тихонько скулить. Мужчина опускается на корточки и охотно гладит его по голове, а в какой-то момент пес скромно лижет ему нос и тычется мордой в лицо. Пока Эдвард, Даниэль и Питер с грустью во взгляде наблюдают за Терренсом и переглядываются между собой, к ним подходят Наталия, Хелен и Анна, ведущие за собой Ракель. Парни сразу же подходят к девушке и по очереди заключают ее в дружеские объятия.

— Нам очень жаль, дорогая, — мягко говорит Даниэль.

— Мы все на твоей стороне, — уверенно добавляет Питер.

— Молодец, Ракель, — дружелюбно говорит Эдвард. — Ты справилась .

А тем временем Анна, Хелен и Наталия мягко гладят Терренс по плечу, а потом крепко обнимают его, когда он поднимается на ноги.

— Мне очень жаль, что твой малыш не родился, — с грустью во взгляде говорит Хелен.

— Я в шоке от того, что услышала, — признается Анна.

— Помни, что мы всегда будем рядом с тобой и Ракель, — уверенно добавляет Наталия.

— Спасибо за сочувствие, ребята, — неуверенно благодарит Ракель. — И простите, что я ничего не рассказала. Мне правда очень жаль, что я поступила с вами так некрасиво.

— Не извиняйся, Ракель, мы все понимаем, — мягко отвечает Анна, погладив Ракель по плечу. — Хотя мы очень рады, что ты наконец-то прояснила эту ситуацию.

— Да, а то мы тут такого себе напридумывали! — восклицает Питер, приложив руку к сердцу. — Боже, даже говорить не хочу! Дошло до того, что мы считали, будто ты бесплодна,