Ну, это я так думала…

«Ты красивая… — прозвучало где-то над ухом. Голос был низкий, хрипловатый, но точно женский. — Но этого недостаточно, чтобы войти в род Хейлов. Ты должна быть сильной, терпеливой. Хорошей матерью. Молчаливой женой…»

Я подняла голову и вздрогнула. Рядом с диваном стояла высокая и полная женщина в платье, которое вышло из моды много веков назад. Её белые волосы были уложены в высокую причёску, губы выкрашены в тёмно-алый, голубые глаза украшены стрелками едва ли не до висков.

Я точно знала, что она мертва. Но женщина не выглядела как типичный призрак.

— Вы Агнесса Хейл? — прошептала я. — Вы придумали все эти традиции.

— Разумеется, дорогая.

— Но… Аластер говорил, что вас невозможно увидеть, вы этим отличаетесь от других призраков.

«Ты и не видишь, — улыбнулась она игриво, — ты спишь. Вчера было тяжёлое испытание, очень важное. Ночью откровения с Аластером и твоей лисой. Утром отравление. В обед знакомство с бывшей невестой твоего жениха. Вечером смерть какого-то старика. И его воскрешение соответственно. Это если не вспоминать про фееричный поцелуй.»

Фееричный? Так ещё кто-то говорит?

«Ты устала и заснула, — продолжила Агнесса. — В этом нет ничего удивительного.»

Я кивнула, присмотрелась к ней и усмехнулась:

— А вы не похожи на покорную жену. Совсем.

Она посверлила меня взглядом несколько мгновений, а затем расхохоталась и достала невесть откуда трубку, которой тут же принялась дымить.

«Да, это так… Ну и натерпелся же мой муж от меня. Ты бы слышала наши ссоры! Южане учились пылкости именно у нас, говорю тебе!»

— Раз так, тогда зачем столько испытаний? Вы же знаете, что настоящая женщина может быть какой угодно, но только не покорной.

«Ну… Спасибо за комплимент, милая. Но мой муж знатно со мной помучался. Ушёл в могилу и потом приходил ко мне во сны, чтобы уговорить не умирать тоже число и месяц. Не хотел меня видеть после смерти. Такой милый… Ты слышала, как он умолял, ха-ха. Так о чём это я? Я не хотела, чтобы так же страдали мои сыновья. Они мне родные всё-таки. Кровь от крови. Поэтому с особой строгостью относилась к их пассиям. Вскоре мои требования стали традицией, а потом и обязательной подготовкой к брачному ритуалу. Без прохождения испытаний не будет и свадьбы, потому что не будет нужной энергетики. Это важно.»

— Так, значит, я не прошла? Умертвить старика — это ещё постараться надо, я понимаю. Но, может, вы дадите мне второй шанс? Поверьте, с детьми я веду себя иначе.

«А со стариками, значит, можно себя так вести? Топить их, м? Менять их жизнь на флирт! А-ха-ха-ха! Ты бы видела своё лицо! Да всем на него плевать. И испытание ты прошла автоматически, когда выяснилось, что детей тебе не предоставили. Аластер правда не зашёл ко мне, чтобы это узнать.»

— Правда? Но почему прошла, если я не показала себя?

«Я слышала ваш разговор ночью. Что ты пошла на этот брак ради своего брата. Это многое о тебе говорит. Я уверена, что ради своих родных сыновей ты будешь стараться ещё больше.»

— Спасибо…

Я хотела бы ещё поговорить с Агнесс, но она закашлялась дымом, и я из-за этого проснулась.

Чтобы узнать, что была уже не на диване в гостиной, а в объятьях Аластера. Он куда-то меня нёс.

Заметив то, что я проснулась, мужчина объяснил:

— Решил, что вам будет удобнее ночевать в спальне, но будить не хотел. Не знаю, как вы это сделали, но испытание засчиталось, как пройденное.

Ему повезло, что я была слишком сонная и ничего не ответила.

Стоило ему только ещё раз зайти в комнату Агнесс ещё до поездки к Алисии, и он бы понял, что испытание было пройдено ещё тогда.

— Не вижу радости на вашем лице, лери… — практически пропел мужчина.

Я была в шаге от того, чтобы попросить его заткнуться, даже несмотря на то, что это недостойное поведение для любой лери.

Но вместо этого неожиданно для себя сделала ещё более недостойную вещь…

Глава 38

На подходе к башне я обняла Аластера за шею и несколько мгновений бесстыдно рассматривала его идеальное лицо, платиновые волосы, острую улыбку, а затем и милый недоумённый взгляд.

Наши носы едва не соприкасались, губы были слишком близко.

На несколько мгновений я забыла, почему на самом деле собиралась за него замуж. Мне показалось, что не может быть никакой причины, кроме одной самой правильной и естественной.

В горле вновь застрял комок света.

Сердце отдавалось гулом в ушах.

Тудум-тудум-тудум…

— Табита… — выдохнул он.

Нет, не нужно этого пленительного голоса. Он сказал слишком много вещей, от которых всё хорошее должно было померкнуть.

Не надо ничего говорить.

Просто молчи, молчи, молчи.

И я... я не нашла ничего лучше, чем заткнуть его рот жгучим поцелуем. Будто на самом деле хотела ему укусить, сделать больно, ещё немножко, ещё чуть-чуть.

Но слишком, слишком, слишком быстро сдала позиции.

Ещё миг назад Аластер пытался угадать, что творилось у меня в голове. Сломалась ли я, сдалась ли? Или планирую его прикончить сразу после свадьбы?

Вместе с поцелуем он узнал мои мысли и больше не выглядел озадаченным.

Обжигающий поцелуй длился вечно, казалось, что он целовал меня прямо в сумасшедшее сердце.

И всё равно в спальне мы оказались слишком быстро. Аластер положил меня на кровать, не разрывая губ, навис надо мной, запустил пальцы в волосы, потянулся горячими пальцами за плечо, коснулся обнажённой спины, заставив сладко задрожать.

Притяжение, желание, чтобы он дольше оставался рядом, чтобы его поцелуи не прекращались, сменились холодным, колючим страхом.

Я испугалась, поняла, что потеряла контроль.

Аластер поцеловал за ухом и начал спускаться ниже по шее…

До меня дошло, он не собирался размениваться на романтические поцелуи и лёгкие поглаживания, о которых пишут в романах для благородных девиц…

— Аластер, пожалуйста… — я вцепилась в его сильные плечи. — Пожалуйста…

Было так хорошо, что я даже не могла понять, что именно он делал и куда целовал. Я словно вышла из тела. И весь мир стал сплошным удовольствием. Но…

Потом лорд Аластер Хейл решил ответить на мои стоны.

— Уже, — приподнялся остро угол порочных губ, — умоляешь меня?

Аааа! Я вернулась в тело за одно мгновение и почувствовала в себе все силы мира, чтобы попытаться его оттолкнуть.

— Прекратите это! — сказала твёрдо, без ужимок, чтобы он точно понял, что я не шучу. — Уходите.

Аластер попытался вновь поцеловать меня, но магию уже было не