как ее отделили от тела. А затем в драматической битве воины уничтожают всех остальных они. Исследуя территорию дальше, мужчины обнаруживают ужасное место с грудой скелетов, маринованным человеческим мясом и женщиной с оторванными конечностями, но все еще живой, за которой они обещают вернуться позже. Затем Райко и его люди отводят похищенных девушек в безопасное место, возвращая их в родные семьи в столице, где самого Райко прославляют как героического воина.

В этом пространном и драматичном повествовании Сютэн-додзи и его товарищи по оружию, безусловно, порочны и неприятны, но их можно воспринимать и с большим пониманием. В конце концов, они в какой-то степени гостеприимны и добродушны, когда пируют с воинами; они сражаются честно и хорошо и в итоге становятся жертвами обмана воинов. Действительно, как восклицает сам Сютэн-додзи перед тем, как ему отрубят голову: «Как печально, о вы, священники! Вы сказали, что не обманете. Слова демонов никогда не лгут»[190]. В некотором смысле их можно рассматривать как бунтарей, выступающих против истеблишмента; возможно, это не совпадение, что женщины, которых они похищают, являются дочерьми правительственных чиновников. Сам Сютэн-додзи, безусловно, может быть понят в рамках инаковости: существо, неспособное жить в обществе и вынужденное проводить дни в изоляции буквально на задворках центра власти (столицы)[191].

В то время как история Сютэн-додзи признана классическим литературным текстом, многие легенды и предания об они передавались устно в локальных сообществах и отражают гораздо более народный подход, в котором они могут перехитрить и победить не великие воины, а ловкие простые люди.

Например, в одной из историй, найденной в префектуре Яманаси, рассказывается о совершенно нищей матери, которая больше не может позволить себе кормить троих сыновей и скрепя сердце бросает их в лесу. Дети находят убежище в хижине, но живущая там старуха говорит, что дом принадлежит они и он скоро вернется. И действительно, мгновение спустя они слышат, как он подходит, и старуха быстро прячет мальчиков в яме для хранения еды. Чувствительный к запаху человеческого мяса, они сразу же начинает что-то подозревать; старуха объясняет, что приходили трое мальчиков, но ушли, как только узнали о его приближении. Они надевает волшебные сапоги, которые позволяют ему преодолевать много миль в один шаг, и бросается их искать. Однако как бы он ни старался, поиски оказываются бесплодны, и в конце концов он заключает, что убежал слишком далеко. Решив подождать, пока они сами к нему придут, он ложится вздремнуть.

Тем временем старуха приказывает мальчикам уходить через заднюю дверь, и они сбегают. Наконец они слышат звук, похожий на крик бога грома, и понимают, что дошли до сладко спящего и храпящего великана-они. Младший брат решает украсть волшебные сапоги они, что он успешно и делает — очень осторожно, — пока демон сквозь сон бормочет что-то о мышах. Мальчик отдает сапоги старшему брату, который надевает их, привязывает братьев к спине и летит прочь. Без сапог они не может их поймать, и братья вскоре добираются до безопасной территории, где живут люди, и там «они очень усердно работали и помогали своей матери»[192].

Сказка определенно легкая и беспечная, они в ней пусть и может есть человеческое мясо, но при этом доверчив и немного бестолков, как в типичных «сказках о дураке», которые встречаются в фольклоре многих культур. Как и легенда о Сютэн-додзи, эта история также о борьбе и спасении от смертельной опасности.

В самой известной из всех японских народных сказок, «Сказке о Момотаро» («Мальчик из персика»), описывается похожее поражение они. Здесь мальчик, рожденный из персика и воспитанный пожилой парой, решает отправиться на остров Они (Они-га-сима), чтобы завоевать его демонических обитателей. Родители угощают его киби-данго (пшенными клецками), которые наполняют его силой, и он отправляется в путешествие, по пути отбирая верную свиту в виде собаки, фазана и обезьяны. По прибытии на остров Они небольшая разношерстная группа воинов, подкрепившись лучшими японскими пшенными клецками, легко побеждает они, заставляет их принести клятву, что они больше никогда не будут плохими, и добывает всевозможные сокровища[193].

Иллюстрация из «Момотаро эмаки» Рю Унсая. 1795.

Courtesy of International Research Center for Japanese Studies

История о невероятно отважном мальчике, победившем банду ужасающих демонов, — это счастливая история, в которой аутсайдер побеждает и добро торжествует над злом. Из-за этой относительно простой структуры повествование поддается аллегорической интерпретации и манипулированию; неудивительно, что именно эта сказка была адаптирована для учебников начала XX века и для пропаганды в колониальный период Японии и во время Тихоокеанского театра военных действий, когда войска союзников изображались как опасные демонические чужие. В одном фильме 1942 года утверждается, что остров Они — это Гавайи[194].

Они-женщины

Они, описываемые до этого, в основном имели вид мужчин; именно такие образы обычно ассоциируются с ними в современной Японии. Но исторически, как воплощение гнева и негодования, они также часто принимали женский облик. К слову, самыми ранними известными персонажами вроде они являются Ёмоцу-сикомэ — ведьмы из Ёми, которые появляются в «Кодзики» и «Нихон сёки». Эти демоницы прогоняют Идзанаги из подземного мира после того, как он мельком увидел гниющий труп своей умершей жены Идзанами, в котором «извивались и копошились черви»[195].

Хотя ведьмы из Ёми не называются словом «они», оно используется в описании женщины из рассказа, найденном в буддийском сборнике сэцува «Канкё но томо» («Друг уединенной жизни»), который, как полагают, был составлен в 1222 году священником Кэйсеем Сёнином[196]. Там рассказывается о событии, которое «произошло не так давно в провинции Мино». Девушку отвергает ее возлюбленный из далекой провинции. Она тихо перестает принимать пищу и проводит дни в постели, пока «однажды не взяла из чаши поблизости пшенного желе. Она завязала волосы в пять узелков и намазала их желе; затем дала им высохнуть, чтобы они стали похожи на рожки. Тем же вечером, надев красную юбку, она тихонько сбежала».

Примерно через тридцать лет распространяется слух, что в одном старом храме живет демон, который сеет хаос в деревнях по округе. В конце концов жители деревни решаются поджечь храм, и из пламени выскакивает «существо с пятью рогами, в красной юбке, согнутое пополам и сеющее ужас своим видом». Они называет себя и признаётся, что она действительно убила мужчину, который ее бросил. «После этого, — продолжает она, — как бы я ни старалась, я не смогла вернуть своему телу прежнюю форму». В некотором смысле, не только приняв внешний вид они, но и действуя как они, то есть совершив убийство, она безвозвратно