Виктория схватилась за грудь, потом за стакан с водой, который поставила перед Джудит, но сейчас невольно присвоила себе и начала с жадностью осушать.

— Почему ты раньше нам не сказала? — строго спросил Файрон, нахмурившись так сильно, что Джудит поняла: все, Кассу точно влетит. Надо бы поддать, чтобы был эффект получше.

— Я думала, вы замечаете, — беспечно ответила она, для начала лихо переложив ответственность на плечи не слишком внимательных родителей. Им бы тоже не помешало почувствовать себя виноватыми. — И потом, когда он применяет боевые навыки, которым вы обучали его на занятиях…

— Что?! — взревел отец. — Он применяет боевые навыки вне полигона?!

— Ну да, — Джудит втянула голову в плечи, гадая, не перегнула ли она палку.

— Все! Нужно что-то решать, — решительно произнесла Виктория, поставив пустой стакан на стол, — Милый, без твоей помощи не обойтись.

— Да уж, — Файрон уже хватал длинный плащ с вешалки в коридоре. — Видимо, кто-то нарывается на серьезный разговор.

Глава семейства достал перчатки из карманов, натянул их на руки и вышел из дома, раздраженно хлопнув дверью.

— Я скоро с ума сойду, — Виктория уронила лицо в ладони, устало вздохнув. — Если честно, Джудит, я думала, что это у нас с тобой будут проблемы… но ты всегда была такая самостоятельная… я надеялась, что со временем эта черта характера займет главное место. К счастью, я не ошиблась. Но вот Касс..

— Кассарион мог до сих пор сидеть в углу и рвать газеты на лоскуты, — сказала Джудит. — А теперь он глава банды, и ему смотрят в рот все окрестные мальчишки. Это лучше, чем газетные обрывки в углу. А его упрямость… Это пройдет, тетя Виктория. Все будет хорошо.

— Упрямость? Ха, — горько усмехнулась Виктория. — Нет, упрямость у него не пройдет… У Файрона ведь не прошла, а Кассарион просто копия отца. А вот в остальном… наверное, ты права, — Виктория почувствовала, как Джудит обняла ее за плечи, распрямилась и обняла ее в ответ. — А знаешь, Джу, я ведь беременна.

— Что?! — выдохнула Джудит. — Правда?!

— Угу, — ответила Виктория. — Кассарион стал так хорошо управляться с телепатией, что мы с Файроном как-то расслабились. В какой-то момент слишком сильно, — Виктория устало улыбнулась. — Кто же знал, что Касс внезапно войдет в фазу бесконтрольного взросления.

— Не думайте ни о чем, тетя Вики! С Кассарионом все будет хорошо, туча пройдет и все выправится, я обещаю. Я уж постараюсь сделать все, чтобы он вел себя прилично, или я ему уши надеру!

Виктория рассмеялась.

— Да, ты можешь, дорогая. Я даже тебе разрешаю, только не оторви их.

— Не оторву. Надо же ему как-то слышать, — ответила Джу. — А вообще, я очень рада, что у вас с мистером Файроном будет еще один ребенок. Я обязательно буду с ним помогать.

— Правда?

— Конечно, — с готовностью подтвердила Джудит. — Только пожалуйста, умоляю вас, пусть это будет девочка!

Глава 18. Отцовские советы

Промозглый осенний туман пробирался под полы плаща, заставляя ежиться от холода. Хотя Файрон, как чистокровный баллуанец, любил холод, сейчас он все-таки предпочел бы что-нибудь потеплее.

Мужчина нашел сына без особого труда — четкий ментальный след вел к заброшенному району города, где уже давно никто не жил, разве что забегали редкие карликовые динозавры да «кайоты». Здесь же находились давно проржавевшие аттракционы, где любила "зависать" местная молодежь.

Мужчина крайне не любил использовать свои способности в кругу семьи. Все же, каждый имеет право на свободу, но сейчас Кассарион перешел все границы, а, значит, прав у него осталось не так уж и много.

Парень сидел на ржавой трубе спиной к отцу, наполовину утопая в тумане. Он бросал стальные шары в пустоту, затем ловил их, возвращая обратно своей телепатией, а потом снова бросал. Кассарион оделся только в футболку и, казалось, ему совсем не было холодно. Вот уж кто обожает холод всей душой, так это Касс. Он был зимним ребенком до кончиков волос.

— Хорошо проводишь время? — спросил Файрон сквозь тишину.

Он подкрался так незаметно, что парень вздрогнул от неожиданности и резко обернулся.

— Ты что здесь делаешь?! — почти прокричал он, и ему в затылок прилетел собственный же стальной шар.

Касс недовольно потер ушибленное место, послышался звон падающего на каменную гальку металла.

— Я пришел поговорить, — спокойно ответил Файрон. — Не стал ждать, пока ты остынешь, уж извини.

— А я не хочу разговаривать, — Кассарион развернулся и направился в туман. — Мне вообще плевать на то, что ты хочешь мне сказать!

Файрон глубоко вздохнул, посмотрев на небо, которого сейчас было совсем не разглядеть… где-то вдалеке вскрикнула птица. Орланы готовились к зимовке.

— Ты сам меня вынуждаешь, — удрученно сказал мужчина, а затем послышалось, как на гальку что-то шлепнулось. Что-то большое и мягкое — предположительно, очень непослушный юноша двенадцати лет.

Полыхая рыжей гривой, Файрон нагнал парализованного Кассариона и навис над ним сверху:

— Видимо, ты принимаешь мою любовь за слабость, — сказал он, глядя на испуганного сына свысока. — Но ты забыл одну вещь — я старше тебя, опытней, сильней. Не думай, что можешь вот так просто уйти, наплевав на мою просьбу. Если ты не понимаешь язык уважения, поговорим с тобой на понятном тебе — языке силы.

— Что… что ты со мной сделал? — выдохнул Кассарион, лежа на гальке, не способный пошевелить даже пальцем.

— Ничего особенного. Просто отключил восприятие конечностей мозгом. С твоими нервами все в порядке, это всего лишь иллюзия, которую я могу убрать в любой момент. Так что выбор за тобой.

— Как будто у меня есть