— А командир-то у нас по эффективности, как расчет катапульт — одним залпом весь лес повалил, — раздался задумчивый голос Стрелы, а Лада поддержала ее кивками.

Махнув рукой на небольшой укол в свой адрес, молодой человек залпом осушил бокал и пошел наливать второй.

Больше отвечать на вопросы он не горел желанием, потому решил всегда выбирать «действие». Да и принцессу нужно было подловить вопросом, на который она просто не сможет ответить. Что-нибудь из государственных секретов отлично подходило на эту роль.

Вернувшись с бутылкой, Зефир уселся обратно между девушками и наполнил бокал красоноволосой. Те вроде бы пришли в себя, и юноша, мысленно потерев руки, спросил:

— Теперь я ведущий?

— Да, — согласилась принцесса.

— Тогда, Катарина, правдивый ответ или действие?

— Действие, — внезапно сказала девушка, испортив ему весь план.

* * *

— Завтра я не смогу зайти, — проговорил Денислав извиняющимся тоном. — Служба, демоны бы ее побрали.

Варна понимающе кивнула. Он и так пропустил сегодня работу из-за совместного похода на пляж. И устраивать прогулы и дальше было не самой умной затеей, даже учитывая отсутствие начальника.

— Но послезавтра я зайду в обед, и мы с тобой обязательно куда-нибудь сходим, — меж тем добавил мужчина и с надеждой посмотрел на нее.

— Хорошо, — и не думала отказываться брюнетка, а затем быстро приблизилась и немного неуклюже клюнула его в губы.

Эден, Лиса и Хагг рядом тактично отвернулись. А вот Вилтани захихикала, и Варне в ее смехе послышались хорошо знакомые нотки одного мохнатого засранца.

Сияющий, словно начищенный серебряный, Денислав отправился к себе. И, проводив его взглядом, компания зашла на территорию особняка, а вскоре и в сам дом.

Брюнетке понравился сегодняшний день. Она загорала, купалась и ела вкусности с интересным человеком. И даже немного притомилась под вечер. Но в целом всё прошло отлично, а их роман со старшим лейтенантом потихоньку развивался.

Варна не спешила, пока что присматриваясь. Всё же она была не маленькой девочкой, идущей на поводу чувств.

— Отлично сегодня повеселились, — проговорила Лиса и, взяв за руку мелкую, направилась наверх.

— Согласен, — кивнул Эден, следуя за ними.

— Это определенно лучше, чем тухнуть в подвале, — заметил невзначай Хагг, за что моментально получил суровый взгляд от чудовищного алхимика.

Ребята ушли, а Варна задержалась. Из гостиной слышались какие-то приглушенные звуки, причем странные. То ли женский смех, то ли что-то еще.

Дома сегодня остались Зефир и Леопольд, а также Хвоя. И чем они там таким занимались, было не очень понятно. Возможно, это, конечно, опять безобразничал енот. Но всё же шум был слишком уж подозрительным.

Женщина решительно направилась по коридору. Оказавшись у закрытой двери, она толкнула ручку. И по мере того, как перед ней появлялась комната, глаза Варны становились всё шире и шире.

Всё пространство гостиной было завалено пустыми бутылками, а посреди помещения стояло пять открытых ящиков. В то же самое время на одном из диванчиков расположилась примечательная компания: принцесса, Марика, Нана и Зефир.

Глава клана и младшая Огнева были посередине — парень лежал на спине, а рыжая бесстыдница сидела на нем, наклонившись и нависнув над ним своими выдающимися достоинствами. При этом в ее вырезе, прямо между чудовищно огромных арбузов, был зажат бокал, которым она с расстояния поила Зефира — вино лилось сверху прямо ему в рот.

Призрачная девушка и принцесса расположились по бокам от этой парочки: Катарина придерживала обеими руками лицо парня, нежно поглаживая его по щекам, в то время как Нана стискивала груди Марики, регулируя поток из бокала. И самое главное — никто не прекратил своего постыдного занятия, просто не заметив Варну.

В общем, брюнетка потеряла дар речи от разврата, творившегося в гостиной, и замерла в нерешительности, наблюдая за происходящим.

— Тетя Варна, я ничего не вижу. Что там происходит? — раздался голосок Вилтани позади.

Женщина вздрогнула и, прикрывая собой проход, быстро закрыла дверь.

— Ничего такого. Просто наш глава… — мигом сказала она и на секунду замялась. — Заводит союзнические отношения. Пойдем отсюда.

Глава 16

Катарина была права: чтобы свалить его, потребовалось действительно большое количество бутылок. Зефир тем временем разлепил глаза и уставился в потолок.

Самочувствие на удивление оказалось хорошим. И это был ещё один неочевидный плюс эволюций, которые он прошел. Правда, всё тело жутко затекло, будто его завалили камнями и оставили так на ночь.

Молодой человек попытался перевернуться на левый бок и понял, что ему что-то мешает. Посмотрев направо, он встретился взглядом с голубыми глазами, испуганно таращившимися на него.

Марика, лежавшая на его плече, глядела так, точно это он сейчас находился в её комнате, причем не просто зашел, а ворвался и устроил с ней дикое непотребство.

В следующий миг парня догнали воспоминания о прошлой ночи, и они оказались настолько приятными, что он на некоторое время выпал из реальности.

— Мама меня убьет… — раздался немного охрипший голос младшей Огневой, в котором сквозило безнадегой.

— Мы ей не скажем, — заметили с другого плеча командира. — Да и вообще тебе вроде бы двадцать лет, я думаю, она только порадуется.

Марика тут же ойкнула и приподнялась, а Зефир почувствовал, как давящее чувство справа мгновенно пропало. Парень скосил глаза, да так и замер, рассматривая обильные дары, которыми рыжую, очевидно, наградила старшая Огнева.

— Ваше Высочество⁈ — выпалила девушка, увидев с другой стороны Катарину.

— После вчерашнего теперь ты точно можешь звать меня по имени, — проворчала принцесса и натянула их общее одеяло повыше. — Давайте еще чуточку поспим. Голова раскалывается…

Из-за её действий на груди у командира кто-то завозился — хотя почему «кто-то»? Эта личность юноше была хорошо известна. Спустя секунду на свет сначала появились два черных волчьих уха, а затем из-под края покрывала выглянула голова широко улыбающейся и довольной призрачной девушки.

— Мамочки! Приведение! — пропищала рыжая и снова вжалась в Зефира, да с такой силой, что затрещала кровать.

Все трое: принцесса, Нана и сам командир — недоуменно покосились на Марику. Тут же в дверь раздался короткий стук, а затем в комнату заглянули Леопольд и Брут.

— Завтрака… — чернявый прервался на полуслове, ошеломленно оглядывая картину перед ним, и закончил фразу совершенно невпопад: — Что, опять⁈

Енот тем временем захлопнул пасть, а на его мордочке появились вселенские муки. Он вчера где-то шлялся и теперь, по-видимому, страдал оттого, что пропустил всё веселье.

Через миг на лице мохнатого возникла решимость, и он, сняв свою сумочку с плеч, быстро полез в нее. Секунду спустя енот извлек карандаш и записную книжку, а затем, открыв ту