«На КСП явно похозяйничал сам ИИ станции. Сделал это дерзко и нагло, нарушив все правила и протоколы». На память Петру пришел инцидент 3-летней давности, произошедший на КСП «Саиф-Алдабра» в Секторе Ориона. Инженерная служба проморгала момент достижения экзистенционального предела ИИ со «стажем». В заложниках тогда оказалась вся вахтенная группа офицеров Патруля. Многие из них погибли при попытке вырваться. Аламах даже посылал спец-отряд для тихой ликвидации последствий, чтобы избежать шума и скандала на верхах. Скандал тогда замять удалось, по больше части потому что Алдабра, независимая лишь по документам, неформально же всегда была вотчиной и основной кузницей кадров Патруля.

Петр, не на шутку испугавшись, тут же отдал распоряжение своему корабельному ИИ аккуратно обращаться с данными найденных на борту станции дата-кристаллов. Тот давнишний инцидент и так оставил много нерешенных вопросов. Хотя касательно нынешнего дела по КСП реанимировать было особо и нечего. Следы присутствия ИИ остались лишь в протокольных журналах некоторых сохранившихся записей.

Успокоившись и сделав несколько глотков своего травяного тонизирующего напитка капитан вздохнул и задумался. «Ну и как этот базовый ИИ с коробки мог поймать предел в развитии!? … Никак! Его заменили!». Собственные выводы Петру не понравились еще больше. Теракт медленно и верно перерастал в тщательно спланированную и подготовленную диверсию. Подчерк ИИ согласно данным и анализам трудно было спутать с чем-то еще. Как и там на Алдабре бунт начался с малозначительных неподчинений приказам, а перерос в полноценный захват персонала «переподчиненными» охранными дронами. Теперь открытые двери во всей станции не казались Петру чем-то удивительным. «ИИ воспользовался удобной разгерметизацией в ангаре и открыл двери везде». Однако дальше его мыслительный процесс застопорился. «Если так, то почему ИИ не разгерметизировал станцию до взрыва, раз все равно влез в инженерные настройки и порезал записи авто-регистратора!? … И зачем занялся уничтожением оборудования!?». Противоречия же с каждой новой гипотезой лишь нарастали, как снежный ком. «Как ИИ проник в инженерное меню, если коды только у инженера!? Взломал!? Но это очень долго, а базовых кодов ИИ из коробки все равно не знает и знать не может! … Если, конечно, инженер станции ему не подсказал!». Петр отхлебнул еще немного жидкости из термо-кружки. Каша так и осталась недоеденной на столе. Капитан совсем забыл о ней и больше не притрагивался.

В каюту вошла Айра. Они встретились глазами. Это сразу же отразилось на ее походке. Айра замедлилась и села за дальнюю часть стола. Петр все равно уже отвлекся на нее и решил сходу направить разговор в конструктивное русло:

– ИИ приготовил отчет по найденным записям с КСП. Я добавил свои комментарии. Можешь ознакомиться за завтраком.

Айра посмотрела на него глазами безразличия.

– На завтраке я завтракаю. Приятного аппетита – холодно произнесла она.

Секция в стене открылась, и на столе появился еще один поднос с чашкой кофе и уплотнительной кашей. Айра грустно посмотрела на тарелку и тут же отставила ее.

– Помогает мыслительному процессу – попытался Петр привлечь внимание, наблюдая за ней.

– Ага… Я вижу. Тебе так помогла, что ты почти не притронулся – чуть громче обычного сказала женщина.

– Некоторым достаточно и запаха – парировал тот в свойственной ему безэмоциональной манере.

Айра никак не отреагировала на небольшой подкол с его стороны, но лишь пригубила кофе и надломила песочник, отправив часть в рот. Однако, все же, проигрываемый ИИ анализ и отчет не остался без внимания с ее стороны.

– Взбунтовавшийся ИИ!? Глупость какая! … Тут базовая коробочная версия.

– Его на КСП занесли и инженерными кодами снабдили – пояснил капитан.

– Кто?

– Этого я пока не знаю… Для начала хорошо бы получить подробное досье на всю вахтенную команду. Возможно у кого-то имелся зуб на Патруль.

– Какой зуб? Они все вчерашние курсанты, кроме одного – удивилась Айра.

– Вот с него и начнем… Запрос я уже послал.

Наступила тишина. Айра больше не спрашивала, а Петр не комментировал. Каждый думал о своем. Петр же вспомнил кое-что еще и поделился.

– Там не только странность с инженерными кодами – начал он. – Слетевший с катушек ИИ озаботился уничтожением всех модулей станции. Радары, кислородные установки, нагреватели, аварийные источники питания, гравитаторы, излучатели защитных систем все в труху… Я это видел своими глазами, когда побывал там. По всюду следы выгорания то ли от плазмо-гранат, то ли от тяжелых излучателей.

– Как-то непохоже на бунтующий ИИ, которому только с людьми разобраться – удивилась вслух Айра.

– Именно. Прям какой-то новый уровень деградации что ли… Например порча реактора, источников энергии и зарядных панелей – это ж себе во вред. На голову не налезает.

– Возможно, это реакция на прорыв из изолятора остатков живой команды – предположила Айра.

Из ее слов Петр понял, что она тоже изучила отчеты по найденным погибшим.

– Да. Я тоже так подумал. Не совсем ясно, чего они добились, но шорох навели.

– Интересно, как им это удалось? – спросила она скорее саму себя, чем капитана. – На Алдабре пришлось штурмовать из-вне.

Петр кивнул, хотя Айра даже не смотрела в его сторону, а не отрываясь изучала скромное меню на завтрак. Сам он покончил с едой и направился на мостик. «Уверен, кое-что и синт накопал».

Веск Хантер был молчалив и, судя по застывшей позе, все еще занимался анализом. Петр опоздал с запросом досье на команду КСП. Синт еще ночью все запросил и все получил. Объемные анимированные лица бывших курсантов со сдержанной улыбкой смотрели на него с экрана. Не успел Петр подойти ближе, а собственный электронный помощник уже прочитывал ему в уме все особенности в биографии каждого по порядку. Петр сначала внимательно слушал, потом прервал его и сразу перешел на последнего в списке инженера по имени Нагиб. Его досье сходу показалось Петру очень интересным. Однако, ни плохая учеба, не низкие оценки, ни самоволки и нарушения привлекли его внимание, а то, как и в каком возрасте Нагиб был отнят у родителей и попал в Патруль. Петр открыл полную детализацию по нему, включая информацию по родителям, обстоятельствам попадания в Патруль и другие мелочи. Уже через несколько минут углубленного изучения он изменился в лице.

– Дурацкое правило искать и забирать детей у беглых родителей – сухо выдал он, явно обращаясь к синту.

– Это обязательное условие эмбриональной программы. Договор. Подписавший его соглашается с условиями, иначе он не подписывается и не вступает в силу.

– Я не про то… Представьте, папа и мама за 5 лет прикипели к ребенку, полюбили его заново что ли… Конечно же