я задать еще один вопрос, как Арден заставил меня пораженно замолчать.

– Достаточно странно, что твой дед завещал степные земли на западе тебе, а не Аише. Ты знала, что когда-то на них располагалось Королевство метаморфов? Это их родина.

Глава 22

Мое наследство – это родина метаморфов.

Заявление Ардена заставило меня серьезно задуматься о прошлом и своей семье. Мог ли мой дед знать, кто я? Чем больше я анализировала, тем сильнее понимала, что мой отец не мог скрыть от своего отца и главы рода информацию о моем происхождении. Было ли это совпадение, что дед завещал мне эти земли?

Несмотря на мои опасения, Арден вскоре отвернулся, а я легла на кровать и положила ребенка рядом с собой.

– Может, ты положишь ребенка между нами? С краю опасно, – вдруг раздался голос Ардена.

– Я думала, ты спишь. Он не упадет, – произнесла я, не оборачиваясь к нему, хотя услышала скрип кровати, когда он приподнялся.

– Ты в этом уверена? – его голос звучал иронично.

– Если я его положу между нами, ты можешь его ночью раздавить, или он может задохнуться, если ты положишь на его лицо руку. А у меня чуткий сон, так что я смогу его удержать, если он вдруг окажется на самом краю.

– Уж ты-то должна помнить, что я не ворочаюсь во сне. Так что ничего ребенку не будет. Не рискуй. Здесь негде найти лекаря, а скоро мы и вовсе окажемся в глуши.

– Мне откуда знать, как ты спишь, Арден? По пальцам одной руки можно пересчитать разы, когда мы ночевали в одной постели, – не удержалась я и съязвила ему в ответ.

– В таком случае мне придется напомнить тебе, как это – спать со мной в одной кровати.

Его голос стал хриплым и низким, что мне не понравилось.

Я напряглась, а затем ощутила его ладонь на своем бедре. Не удержалась и сразу же шлепнула по ней, чувствуя, что в последнее время обретаю всё больше уверенности в себе. Больше не боюсь идти наперекор Ардену.

– Держи себя в руках, не смей распускать руки!

Я покосилась на ребенка, но он спал.

В этот момент рука Ардена поднялась выше и коснулась моей шеи, и я сразу же поняла этот намек. Ошейник ламии делал меня его рабыней, и если он захочет, то…

– Когда ты проведешь ритуал? У нас был уговор, а ты свои обязательства не выполняешь.

– У нашего уговора не было срока, поэтому твое возмущение пока не обосновано.

– Может, у уговора и не было срока, но ты сам знаешь, что это не может продолжаться вечно. Ты так и не привел лекаря Рюффета, чтобы он обозначил границы времени, когда может быть уже поздно. Ты не представляешь, какого зверя во мне ты разбудишь, если по твоей вине мой сын умрет.

– Наш сын, Дарина.

– Судя по тому, что ты не спешишь, это только мой сын.

– Как только мы прибудем в поместье, я отправлю весточку одному знакомому. Он ученик Рюффета.

– Хорошо.

– Ты же помнишь, что после ритуала Мир снова станет моим ребенком? А это значит, что по закону империи он будет жить со мной.

– Да уж, а я поверила, что тобой может двигать благородство. Мое упущение.

Я усмехнулась и подтянула ребенка ближе к себе. Внутри меня разливалась горечь. Но никакого разочарования не было, поскольку я не возлагала на Ардена больше никаких надежд.

С каждым днем мое беспокойство нарастало, так как у ребенка часто поднималась температура. К счастью, лекарства, выданные лекарем, действовали, позволяя сбить ее.

Арден промолчал и ничего мне не ответил. Я буквально ощутила, как он напрягся, но вскоре отодвинулся, позволяя мне свободно вздохнуть.

Я и сама не заметила, как довольно быстро уснула. Сказались усталость и тяжелая дорога, осложненная страхом погони.

За ночь я ни разу не просыпалась, настолько сильно была измождена. А утром впервые за долгое время я встала отдохнувшей и выспавшейся.

В номере было светло, и через приоткрытое окно дул приятный прохладный ветерок. Я улыбнулась и потянулась в постели, не сразу осознав, что рядом нет моего сына.

Первым делом я вскочила и посмотрела вниз, опасаясь, что Арден был прав и мой сын упал, а я этого даже не услышала и не заметила.

Мое сердце колотилось от тревоги, но сына я не увидела. Затем я обернулась и поняла, что в номере я одна. Ни Ардена, ни Мира не было рядом.

Я сразу же бросилась к окну в поисках кареты, на которой мы приехали, и немного успокоилась, увидев ее на территории постоялого двора.

Интуиция подсказывала, что всё хорошо, и Арден не выкрал сына и не сбежал вместе с ним, оставив меня в неизвестном месте без средств к существованию.

Несмотря на это, я довольно быстро умылась из умывальника, в котором уже была теплая вода, которую наверняка распорядился доставить Арден, оделась, привела себя в порядок и спустилась, ориентируясь по голосам.

Когда я оказалась на первом этаже, увидела сидящего за столом у окна Ардена, возле которого стояла коляска, в которой лежал Мир. Удивительно, что он не плакал, а спокойно лежал, словно его не волновало мое отсутствие.

– Почему ты не предупредил меня и не разбудил? – спросила я, сразу же проверила сына и успокоилась, увидев, что он всего лишь спит и даже не плачет.

– Тебе нужно было отдохнуть, я не видел смысла просто так тебя будить. Да и какой толк от этого? Мы выдвинемся в путь только через час, поэтому садись, покушай. Я сделаю заказ, – невозмутимо ответил Арден, встал и пошел к стойке хозяина таверны и что-то ему сказал.

Вскоре к нам вышел официант, неся на подносе чайник горячего чая. От него исходил ароматный густой пар, вызывая у меня жадное слюноотделение.

Как только он ушел, и мы с Арденом остались наедине, я снова накинулась на него с обвинениями.

– Ты хоть представляешь, как я испугалась, не увидев своего сына с утра рядом? Да и ты никогда не управлялся с младенцами, зачем так рисковать?

– Кто тебе сказал, что у меня нет опыта с детьми?

Арден насмешливо поднял бровь, а я опешила и больше вопросов задавать не стала, хотя они так и роились в моей голове. Вот только воображение делало всё за