по ночам спокойно. Или врет про мантикор! — Или врешь про этих чудищ? — спросила прямо, решив, что миндальничать не буду.

— Неа. Когда поведу тебя обратно в корпус, можем посмотреть на них поближе. На мантикор.

— Тогда почему директриса и Элоди Марник ходят и не боятся твоих мифических страшилищ? — Я все еще надеялась, что Нарр меня разводит.

— У Трюфлешнабель есть специальный артефакт, отпугивающий мантикор. Племяннице она тоже дала, я думаю.Тш-ш, давай еще послушаем? — предложил Нарр, и мы замолчали, вслушиваясь в продолжение разговора в кабинете Шнобель.

При этом Нарр почему-то оказался совсем близко ко мне. Буквально прижался к моему боку. Я попыталась отодвинуться: не надо ко мне прижиматься, гражданин шпион. У меня до сих пор губы продолжают гореть от нашего случайного столкновения. Еще мурашечки по плечам побежали. Наверняка от страха, а не от близости вашего здоровенного тела!

Да, я попыталась отодвинуться. Но горячая большая ладонь обхватила мою талию, не давая шевельнуться. Уха коснулся шепот:

— Прекрати ерзать, выдашь нас с головой своей возней и болтовней.

Пока я решала, обижаться или нет на несправедливые претензии, разговор в комнате перешел на другую тему.

— Тетя, а король ведь уже прибыл в пансион, ты говорила. Кто из господ драконов – король? — спросила Элоди.

— Не знаю, — с досадой выдохнула тетка. — Эта дрянь Лукрелия молчит, не говорит, кто из них… Я же Нарравара никогда не видела, не знаю, как он выглядит. Знаю только, что блондин и высокий.

— Блондинов на обеде было трое, и все высокие, — задумалась Элоди.

— Трое. В том числе тот мужчина, который смотрел на тебя с большим интересом, моя девочка, — довольно мурлыкнула Шнобель. — Завтра я устрою тебе с ним встречу наедине. Чтобы была во всей красоте, поняла меня?! Не знаю, король он или нет, но постарайся его очаровать, пригодится в любом случае.

— Бедный Карим, — еле слышно пробормотал Нарр. — Надо предупредить его…

— Только попробуй! — зашипела я, услышав его слова, и даже кулаком потрясла перед его носом. — Пусть он завтра же скомпрометирует Марник и заберет в жены!

«Тогда у меня будет шанс дожить до конца смотрин», — добавила мысленно.

В кабинете Шнобель еще некоторое время продолжалось обсуждение, как разузнать, кто из прибывших драконов – король. Но это было не интересно, и я почти не слушала.

Нарр тоже сидел тихий и задумчивый, только все теснее прижимался к моему боку, словно мерз и хотел погреться. Хотя от его тела шарашило таким жаром, что мне, наоборот, впору льдом обложиться было. И руку с моей талии, между прочим, так и не убрал, а я забыла ее столкнуть.

Наконец тетка и племянница обсудили все свои дела, погасили свет, и кабинет опустел. Мы с Нарром еще некоторое время сидели, слушая звук удаляющихся шагов. Потом блондин повернулся ко мне и спросил:

— Ну что, пошли?

54

54

— Куда? — не поняла я.

— В кабинет директрисы. Ты же в него забраться хотела? Давай, я тебе помогу, — предложил Нарр и протянул руку.

— Ну помоги. — Я вложила пальцы в его горячую ладонь и встала на ноги. Правда, помогая мне подняться, Нарр как-то слишком сильно потянул, и я, потеряв равновесие, впечаталась в его грудь. Пока пыталась встать ровно, мужские ладони очутились на моей спине, причем одна на лопатках, а вторая…

— Лапу с моей попы убрал! — потребовала я грозным шепотом.

Рука помедлила, но все-таки сползла с моей задницы под длинный досадливый вздох ее владельца. Не задницы владелец, а руки, конечно. Я не поняла, меня пытаются соблазнить?! Это новый метод работы с подозреваемыми? Насупившись, предложила:

— Давай дело делать, а не руки распускать! Я, между прочим, почти невеста принца Саргана!

— Ну-ну, невестушка ты наша, — скорчив недовольную физиономию, Нарр все-таки распахнул высокое окно, так любезно открытое директрисой. Повернулся ко мне:

— Давай подсажу?

Обнял за талию и приподнял меня над землей. Я думала, посадит на подоконник, но Нарр, продолжая держать мою тушку на весу, вдруг поинтересовался:

— А что тебе надо в кабинете мэтры?

Нашел время спрашивать!

— Хочу посмотреть свое личное дело! — выпалила я, раздраженно болтая ногами в воздухе. Неудобно так висеть, между прочим!

— Зачем? — картинно удивился Нарр. — Ты не знаешь свою биографию?

— Откуда?! Я же все забыла! — напомнила, продолжая трепыхаться в его руках. Нарр по-прежнему держал меня, только теперь прижал к себе и, кажется, выпускать не собирался. Зарылся носом мне в волосы, еще и по шее сбоку прошелся, как будто принюхиваясь. Извращенец, что ли?

— Да-да. Ты же головой ударилась и память потеряла, Апо-о-оллинария, — подтвердил иронично. — Тогда не по адресу направляешься, твое личное дело у меня в комнате.

— Да?! — удивилась я, забыв, что нахожусь в странном положении между небом и землей и что похожий на извращенца блондин меня нюхает. — Зачем оно тебе?

— Подозрительная ты личность, Аполлинария Милославич, — доверительно произнес он мне на ухо. — Я твою биографию перед сном перечитываю.

— Реально?

— Реально. И чем дальше, тем больше к тебе вопросов, дорогуша. Я уже подумываю, а не отдать ли тебя Стауру для… Приватной беседы, а? Пусть допросит как следует...

Поставил меня на ноги и жизнерадостно заржал, сволочь такая. А у меня, между прочим, уже поджилки от страха затряслись, и в животе холодок неприятный появился. Этот Стаур у меня никакой симпатии не вызывал, одни опасения. Вот Женезин смело с ним разговаривает, а у меня от его взглядов паника и озноб по коже.

— Дурак! Пугаешь меня! — выдохнула с облегчением, а Нарр наклонился еще ниже и еще более многообещающе зашептал: — Я не буду отдавать тебя Стауру. Сам допрошу, Аполлина-ария.

— С пристрастием? — икнула я.

— С очень большим пристрастием, — подтвердил он. Выпрямился и деловым тоном предложил: — Ну что, пойдешь ко мне читать свое личное дело?

— Пойду! — буркнула сердито. И попросила: — И мантикору покажи, ты обещал.

Ой, лучше бы не просила! Едва я озвучила свое желание, Нарр свистнул. Раздался топот, и через несколько секунд к нам, сверкая горящими злобой глазами, подбежало…

— А-а-а! Чудовище! — заорала я, разбудив своим воплем, наверное, половину пансиона. В следующее