class="p1">У нее, должно быть, включен виброзвонок, потому что я не слышу уведомления, но она достает телефон из сумки на скамейке и отправляет ответ.

Добыча: Зеленый, полагаю. Ты один?

Я: Ты мне доверяешь?

Она колеблется, а затем отвечает.

Добыча: Думаю, да.

Я: Тогда будь хорошей девочкой и делай, как я говорю.

Она кладет телефон рядом с коробкой на скамейку, еще раз осматривается, а затем цепляется пальцами за подол своей толстовки и стягивает ее через голову. Под ней лишь футболка. С небольшим колебанием, она стягивает и ее, оставаясь в лифчике, который, скорее всего, черный. Трудно сказать, не будучи ближе. Ее кожа — бледный всплеск в темноте. Она тянется назад, чтобы расстегнуть лифчик, и я отправляю еще одно сообщение.

Я: Подожди. Обернись сначала. Позволь лифчику упасть с твоих рук на землю. НЕ прикрывайся. Стой так тридцать секунд. Считай вслух. Красный или зеленый?

Она смотрит на сообщение, и мне интересно, оно ли это. Я слишком далеко зашел? Игра уже закончилась? Но затем приходит ее ответ.

Добыча: Зеленый.

Она отпускает лифчик, кладет телефон и медленно отворачивается от скамейки. Я прямо перед ней, хотя она меня не видит. От беспокойства она теребит нижнюю губу, но тянется назад и расстегивает лифчик, а затем опускает руки по бокам. Бюстгальтер соскальзывает с ее плеч, вниз по рукам, слезает с ее груди и продолжает падать с ее запястий, ее рук, а затем освобождается, приземляясь на землю перед ней.

Моя очередь облизывать губы, пока она медленно начинает считать. Голос у нее низкий, чуть громче шепота, а пальцы вжаты в ладони, в маленькие кулачки. С каждой цифрой ее грудь поднимается, когда она вдыхает и выдыхает. Хотел бы я быть ближе. Я ее вижу, но недостаточно. Я хочу узнать, какого цвета ее соски. Они темно-розовые? Светло-розовые? Маленькие или большие? Мягкие или жесткие?

К тому времени, когда она достигает двадцати, цифры вылетают из ее рта все быстрее и быстрее в ее спешке, чтобы добраться до тридцати. Как только Арабелла доходит до тридцати, она натягивает новый лифчик и застегивает его.

Я: Хорошая девочка. Теперь штаны. О том, что тридцати секунд не прошло, мы поговорим в другой раз.

Она хватает телефон, читает сообщение и печатает ответ.

Добыча: Могу ли я повернуться лицом к скамейке?

Я: Нет.

Добыча: Но на мне нет трусиков.

Я: Хорошо. Привыкай к этому. Ты проведешь так много времени. Если не выберешь красный.

Добыча: Что, если я это сделаю?

Ей лучше, бл*ть, не делать это. Я тычу пальцем в буквы на своем телефоне.

Я: Тогда игра будет окончена, и ты больше обо мне не услышишь. Сними свои штаны. Покажи мне, с чем ты играла прошлой ночью, и надень трусики. Или выбери красный, оденься, оставь телефон на скамейке и уходи.

Я иду на риск, подстрекая ее, но думаю, что уже достаточно хорошо знаю, как работает ее разум, чтобы быть уверенным в выборе, который она собирается сделать.

Она не двигается, не отвечает.

Я: Зеленый или красный, котенок. Выбери прямо сейчас.

Глава 23

Арабелла

Неизвестный номер: Зеленый или красный, котенок. Выбери прямо сейчас.

Мой мозг застыл, и я не могу думать ни о чем из-за сильно колотящегося сердца.

Как далеко он? Он не может быть так близко. Как много меня он может видеть?

От последней мысли мои штаны промокли до нитки, а желудок нервно стягивает в узел.

Он наблюдал за мной. Это кто-то из моего класса? Другой ученик или, может быть, учитель? Может, это охранник?

Мое внимание возвращается к сообщению на экране. Он хочет получить ответ сейчас. Продолжать играть или остановиться? Если я этого не сделаю, он уйдет и никаких вызовов больше не будет.

Мои руки становятся влажными.

Я не могла перестать думать о нем с тех пор, как услышала его голос. Почему бы не сделать это один раз? Накормить это маленькое головокружительное волнение, от которого я дрожу. Могу сделать это быстро. Он не ставил сроков.

Облизывая губы, я печатаю свой ответ.

Я: Зеленый.

Неизвестный номер: Хорошая девочка.

Все мое тело вспыхивает от похвалы, и я чуть не роняю телефон, когда кладу его обратно на скамейку. Закусив губу так сильно, что это причиняет боль, я стаскиваю кроссовки и осматриваюсь. Ничего не шевелится.

Я могу сделать это. Я могу сделать это. Боже, это так неловко. Я просто должна быть быстрой.

Тихо считаю до десяти, прежде чем сбросить штаны. Прохладный воздух пробегает по моей коже, вызывая мурашки. Нет никакого изящества, когда я раздеваюсь и стаскиваю их с ног. Мои щеки горят от смущения, когда ветерок щекочет чувствительную плоть между ног.

Я стою лицом в указанном им направлении целых сорок секунд, незащищенная и уязвимая, прежде чем отвернуться.

Шарю в коробке, сжимаю в кулаке кусок материала и поднимаю его. Резкими движениями сгибаюсь, влезая в трусики. Они приятны на ощупь, ткань ласкает мою кожу, в отличие от дешевых пар хлопка, которые я обычно покупаю.

Мой телефон вибрирует на скамейке, и я читаю сообщение.

Неизвестный номер: Это не было большим шоу, котенок. Ты меня разочаровываешь.

Я: Прости. Я нервничаю.

Комок подступает к горлу от его неодобрения. Я не хочу, чтобы он злился на меня. Я сделала то, что он просил. Никогда раньше не была голой ни перед кем. Мне хочется напечатать эту правду, чтобы он знал, но я не могу. Мы с Майлзом — фальшивая пара. Выдать эту тайну было бы неправильно. Я дала обещание, и мне нужно сдержать его перед моим другом.

Неизвестный номер: В следующий раз у тебя получится лучше. Сядь и надень повязку на глаза.

Я снова сажусь, кладу телефон рядом с собой. Деревянная скамья ощущается холодной, когда упирается в заднюю часть моих бедер. Я ерзаю от дискомфорта и сдергиваю повязку с того места, где ее оставила. Я снова просматриваю темноту вокруг себя, прежде чем надеть ткань на глаза. Мои другие чувства берут верх. Трусики, которые я надела, уже мокрые от моего возбуждения. Я чувствую, как твердеют мои соски в обтягивающем кружеве лифчика. Спина прямая, я остаюсь неподвижной, прислушиваясь к окружающим меня звукам.

Слева от меня доносится шорох. Двигая головой в том же направлении, я напрягаю слух, чтобы не услышать