осталось очень много ран и синяков, и видя, что одетая поверх футболки и застегнутая на одну пуговицу рубашка с закатанными руками немного порвана. — Какой кошмар… У меня нет слов…

— Пожалуйста, любимая, не надо так переживать.

— У меня нет слов… — Наталия с ужасом в глазах берет руку Эдварда, рассматривает ее и прикрывает рот свободной рукой. — Столько ран и синяков…

— Это всего лишь синяки и раны, — с легкой улыбкой отмахивается Эдвард, нежно гладит Наталию по щеке и обеими руками берет ту ее руку, которой она держит его. — Скоро я буду как новенький.

— С тобой и правда все хорошо?

— Правда. Раны не глубокие, а серьезных повреждений нет. — Эдвард по-доброму усмехается. — Ты же знаешь, что на мне все быстро заживает.

— Да, я знаю… — скромно улыбается Наталия и тихо шмыгает носом. — Ты, слава богу, живой и здоровый.

Эдвард со скромной улыбкой заключает Наталию в нежные объятия, пока та кладет руки ему на спину и начинает скромно водить по ней, как бы пытаясь себя успокоить. А немного погодя она одаривает мужчину робким поцелуем в щеку и обнимает его крепче прежнего. Это заставляет его скромно улыбнуться, мягко погладить ее по голове и мило поцеловать свою невесту в макушку. А проведя еще несколько секунд в объятиях друг друга, Наталия и Эдвард отстраняются друг от друга и обмениваются полным нежности взглядом и легкой улыбкой, при виде друг друга сразу позабыв обо всем плохом.

— Ладно, ты пока проходи пока в гостиную или в мою комнату, а я быстро закрою дверь, — скромно предлагает Наталия.

— Э-э-э, сначала я лучше помою руки, — задумчиво говорит Эдвард. — Все-таки в автобусе ехал…

— Хорошо.

Пока Эдвард направляется в ванную комнату, чтобы помыть руки и убедиться в том, что он хорошо выглядит, Наталия закрывает дверь и направляется в гостиную, где она ждет своего возлюбленного, который вскоре присоединяется к ней.

— Эй, а где твоя семья? — слегка хмурится Эдвард, осматриваясь вокруг. — Ты разве одна?

— Да, родителей сейчас нет, — пожимает плечами Наталия. — Мама недавно прислала мне сообщение и сказала, что они с папой останется ночевать у бабушки.

— Что ж… Ясно…

— Хочешь чего-нибудь выпить? Воды или кофе?

— Э-э, нет-нет, спасибо, — вежливо отказывается Эдвард. — Мы с парнями немного подчистили холодильник Перкинса после того, как все закончилось.

— Ладно… — усмехается Наталия. — Тогда расскажи мне, как все закончилось.

— Все хорошо, Наталия, — с легкой улыбкой объявляет Эдвард. — Теперь никто никому уже не угрожает.

— Неужели? — Наталия с широкой улыбкой прикрывает рот обеими руками. — Ты серьезно?

— Абсолютно.

— Так… — Наталия быстро подходит к Эдварду, берет его за руки и подводит к дивану. — Ну-ка давай присядем.

Эдвард присаживается на диван рядом с Наталией.

— Все кончено , любимая. — Эдвард берет Наталию за руки и крепко, но мягко сжимает их. — Анна и ее родители могут делать все, что захотят. Полиция арестовала обоих Поттеров.

— Слава богу! — с облегчением выдыхает Наталия.

— Борьба была непростой , и они долго не хотели сдаваться, но все равно эти гады проиграли.

— А с Анной все хорошо? — обеспокоено спрашивает Наталия. — Они ничего с ней не сделали? А парни в порядке?

— В порядке, любовь моя. И парни, и твоя подружка. Скажу больше: Анна вела себя очень достойно и оказалась намного смелее, чем мы думали. Хотя и Даниэль держался очень уверенно и неплохо справлялся с обязанностью командира.

— Ему, наверное, было очень тяжело…

— Не то слово! В конце вся эта борьба так извела его, что он ходил полуживой. А синяков и ранений у него намного больше, чем у меня, Терренса или Питера. А все потому, что он взял на себя слишком большую ответственность.

— Неужели Даниэлю было нелегко бороться с Поттерами даже с помощью четверых людей и собаки?

— Поначалу все было более-менее под контролем. А потом Даниэль испугался, когда Поттеры начали угрожать мне и парням оружием. Он попросил всех выйти на улицу и оставить его с этими мерзавцами.

— Что? — широко распахивает глаза Наталия. — Одного? С этими подонками? Перкинс что, с ума сошел?

— Мы настояли на помощи, ибо понимали, что ему не справиться одному. Хотя Перкинс несколько раза просил нас отказаться. А когда мы все ушли, Даниэль едва не погиб от ножевого ранения. Обидчик Анны был решительно настроен покончить с ним.

— Но почему вы бросили его? Без вас Даниэль бы погиб еще в день избиения Анны! О чем вы только думали?

— Да, я знаю, — склоняет голову Эдвард. — Нам правда очень жаль, что мы послушали его. Надо было заставить Анну и ее родителей оставаться на улице, а самим разобраться с этими мерзавцами.

— Но как же Даниэль выбрался из этой ситуации?

— Мы с парнями хотели вернуться в дом после того, как услышали выстрел и крики Даниэля. Но… — Эдвард бросает короткий взгляд в сторону и резко выдыхает. — Вместо нас в дом убежали Анна с Райаном.

— Анна? — резко бледнеет Наталия.

— Твоя подруга убежала туда первой. А Райан решил помочь ей и попросил нас остаться с Сеймурами. Сэмми тоже увязался за ними. Все пытались удержать Сеймур, но она никого не послушала и убежала быстрее урагана.

— Подожди, Эдвард, подожди… — слегка хмурится Наталия. — А Райан-то там откуда взялся? Разве он тоже был с вами? Вы ведь не говорили, что предупреждали его!

— Нет, Наталия, клянусь, мы не говорили ему о предстоящей встрече. Райан сам о ней узнал, когда нашел бумажку с адресом дома Даниэля, и приехал туда, чтобы разоблачить отца и брата.

— И неужели он смог остановить этих людей? Этот парень же такой маленький, худой и слабый! Совсем безобидный!

— Ага, слабый! — по-доброму усмехается Эдвард. — Он задал своему папаше такую жару, что Норман хотел бежать со всех ног! Правда