Ещё чего придумаешь, кислота тебя раствори! Я грозно зарычал, обнажив острые клыки.

Ваня замер, испуганно глядя на меня. Но тут до него, кажется, дошло, что не следует звонить по такому деликатному делу лекарям, поэтому он убрал телефон в карман и осторожно опустился на матрас.

— Прости меня, друг. Я думал, это волос Эдика, — он с сочувствием посмотрел на меня и протянул руку, чтобы погладить, но я грозно зарычал, отчего он тут же отдёрнул её.

Вскоре я почувствовал покалывание во всём теле. Ага! Слава богам, я возвращаюсь!

Ваня вытаращился на меня, когда через пару мгновений я встал в полный рост и с облегчением выдохнул.

— Ну что, вредитель, решил посмеяться надо мной? — я сделал грозное лицо.

— П-прости, я не хотел, — еле слышно проговорил он и вытер испарину со лба. — Как хорошо, что ты вернулся!

— Это хорошо, что я всего каплю слизнул. Если бы всё выпил, то целый день бы псом ходил и блох собирал.

Я подошёл к столу, взял зелье и вылил в раковину. Столько труда, и всё напрасно!

— Мне снова нужен волос, но на этот раз охотника, — сказал я и сурово сдвинул брови. — А если снова ошибёшься, заставлю тебя выпить всю колбу.

Я злился и на Ваню, и на себя. Больше на себя. Нельзя быть таким беспечным!

— Хорошо. Я вечером снова схожу к нему. Придумаю какой-нибудь повод, — кивнул Ваня. — А, может, прямо попросить?

— И как ты это объяснишь? — хмыкнул я и изобразил возможную ситуацию. — «Дай мне свой волос. Мой друг хочет стать тобой и нарушить закон».

— Ну да, нормального объяснения не придумать, — согласно кивнул Ваня.

Мы вместе вышли из лаборатории и расстались. Ваня пообещал на этот раз принести то, что нужно, и уехал, а я отправился в лес напитаться маной, после чего вернулся в лавку и сразу пошёл ставить чайник. Вымотал я себя, постоянно наполняя и опустошая источник. Нужно подкрепиться. Лида как раз на обед нам положила отварную куриную грудку с макаронами и овощной салат.

— Слушай, дед, а сколько всего аптекарских родов в империи? — спросил я с набитым ртом.

— Много. А что? — он залил кипятком чай каркаде. Вода в кружках тут же окрасилась в ярко-красный цвет.

— Неужели никто из них не постарался занять наше место?

— Хороших аптекарей хватает. Но это хороших! А твой отец обладал уникальным аптекарским даром, в отличие от остальных, — старик многозначительно посмотрел на меня. — Аптек в империи предостаточно, как и аптекарских родов, но только ни один из них не может сравниться с тем, что изготовляли мы. Да и качество, насколько я знаю, в последнее время не слишком высокое. К тому же после исчезновения твоего отца, Распутины с Мичуринами и прочими постарались очернить наше ремесло. Многие поверили.

Дед уже хотел закрыть дверь и повесить вывеску, что у нас обед, но в лавку зашли женщина с девушкой лет пятнадцати. На улице была тридцатиградусная жара, но на голове девушки был плотный цветастый платок.

— Здравствуйте, господин аптекарь, — поздоровалась женщина. Она выглядела встревоженной и то и дело бросала на дочь обеспокоенный взгляд.

— Здравствуйте, но я уже не аптекарь, а обычный лавочник, — улыбнулся дед и предложил. — Не хотите ли варенье из жимолости? Последние две баночки остались.

— Нет-нет, мы не за вареньем…

— Тогда чай, — продолжал дед, не замечая её состояния. Я же сразу понял, что они пришли не за покупками, а за помощью. — Есть отличные чаи с апельсиновой коркой и гвоздикой, а также…

— Дед! — прервал я его. — Налей гостям чаю, а я пока запру дверь.

Женщина слегка улыбнулась и с благодарностью посмотрела на меня. Я запер дверь, повесил вывеску и вернулся к прилавку, где дед уже разливал травяной чай с сушеной малиной.

— Слушаю вас, — кивнул я.

— Оленька, покажи, — женщина повернулась к дочери.

Та смущенно опустила глаза, раскраснелась, но сняла платок, оголив идеально гладкий череп.

— У моей доченьки сегодня с утра все волосы выпали, — всхлипнула женщина.

— Сразу все? — удивился я.

Облысение — проблема нередкая, но, чтобы лишиться сразу всех волос — это возможно только при отравлении. Другого объяснения у меня нет. Или я слишком мнительный?

— Да, Оленька проснулась утром, а волосы остались на подушке, — женщина взяла дочь за руку.

— Оля, что произошло до того, как ты легла спать? — спросил я.

— Я купила бальзам для роста волос, — тоненьким голоском проговорила смущенная девушка. — Та женщина-знахарка сказала, что надо втереть бальзам в кожу головы перед сном. Я так и сделала, а утром… Ну вы сами видите.

— Ты, случайно, не в женской гимназии учишься? — уточнил я.

— Да, там. Откуда вы знаете?

— Просто догадался.

Сначала дочка Авраама Давидовича, теперь эта Оленька. Уже две пострадавшие. А, может, их гораздо больше, просто они обратились в лечебницу, а не пришли сюда. М-да уж, с такими побочками много своих снадобий эта знахарка не продаст. А вот проблем себе точно заработает. Еще и «благодарные» родители накажут. В маленьком городе вести быстро разносятся.

Хм, а что, если предложить этой женщине взаимовыгодное сотрудничество? Судя по всему, она использует манаросы, но неправильно. Ей нужно подсказать, как правильно смешивать эфиры. За определённый процент, конечно же.

— Ты знаешь, где её можно найти?

— Да, — кивнула Оля. — Точного адреса я не знаю. Она живет на Огородной улице. Двухэтажный синий дом. Сразу за ним пожарная часть. У неё небольшая квартира на втором этаже. Дверь справа, — пояснила девушка.

— Ясно. Мне нужно поговорить с ней, — я решительно двинулся к двери.

— Шурик, я с тобой! — подал голос дед.

— Погодите-ка, господа аптекари, а как же моя дочь? Вы сможете ей помочь? — встревожилась женщина.

— Конечно, — кивнул я и открыл дверь. — Приходите вечером перед закрытием. Средство будет готово.

— О, спасибо огромное! Я знала, что вы не откажете в помощи. Мой покойный муж всегда говорил, что Филатовы не только лучшие аптекари, но и очень хорошие люди. Кстати, сколько будет стоить то средство?

— Столько, сколько сможете заплатить, — ответил я.