что мы не сбежали? Что тогда ты пропал, и я не смог тебя спасти? Ведь я своих друзей не бросаю — это правило жизни, а за тебя тогда ответить не смог. Я ведь думал, что ты погиб и костей не собрать, Лео!

Глава 12

Был ли какой-то смысл отпираться от слов, которые прозвучали в этом кабинете? Я не видел смысла. Зеркало намерений по-прежнему держало Тинга как раскрытую книгу, и за его словами не пряталось никакого расчёта, только ожидание моего ответа. Он не собирался мне угрожать, а просто искренне радовался тому, что, кажется, нашёл меня, и очень хотел, чтобы я тоже перестал притворяться.

И всё-таки взвесить, чем я рискую, стоило. Несмотря на то, что я достаточно открытый человек, я понимаю, что это неправильно. И одно из самых важных правил, которых стоит придерживаться по жизни, — это не рассказывать о себе много и тем более лишнего, потому что рано или поздно за всё это придётся платить. Ладно, если деньгами, а ведь ещё и кровью. Но здесь и сейчас враньё моё выходило глупее правды. Да, до конца всю правду я рассказать не могу, я даже не понимаю, как он меня узнал, но частично и полуправдой я могу открыться и, скорее всего, ничего от этого не потеряю. И хотя в своё время я послал его к чёрту, не желая никогда видеть, сейчас я был рад видеть старого товарища, хоть и сильно изменившегося и даже, кажется, немного поглупевшего от собственной власти и величия.

— Ладно, — сказал я, ставя кубок на столик. — Это действительно я, Лео Фарелл, только теперь я известен под другим именем…

Договорить не успел, Тинг вскочил, откинув кресло в сторону, шагнул ко мне и сгрёб меня в объятия прежде, чем я даже успел подняться. Хватка у него оказалась соответствующей закалке органов. Я похлопал его по спине, и он отстранился, держа меня за плечи на вытянутых руках и разглядывая с жадностью человека, нашедшего старое потерянное сокровище.

— Я ведь знал, я знал! — он встряхнул меня и громко рассмеялся. — Я знал, что это ты. Я сразу понял, что это ты, живой. Ты понимаешь, я тебя тогда похоронил, когда началась вся эта буря и бойня на Арене. Честно ведь!

Вспоминать те события, когда нас вывели на Арену и что из этого должно было произойти, мне совершенно не хотелось. Да и они уже практически стёрлись из моей памяти, оставив только общее впечатление. Гораздо больше мне запомнился тогда страшный Звёздный Дождь, чем некоторые события до этого момента. А сейчас напоминание Тинга о том времени, когда я сбежал из катакомб, навалилось вдвойне, как воспоминание о человеке, которого я тогда убил.

— Как ты меня вообще узнал? — спросил я, выбираясь из его объятий и показывая, что я как практик гораздо сильнее.

— О, друг, это было просто… Когда мне сказали, что к нам пришли сильные практики, уже тогда я почувствовал, что это что-то странное. К нам такие гости теперь редко заходят, и я решил очень внимательно изучить каждого из вас. И знаешь, ты ведь на самом деле внешне не сильно изменился. Постройнел, стал выглядеть настоящим воином, волосы цвет сменили, да глаза разноцветные стали, но при этом что-то в тебе осталось то детское, что мне понравилось, когда я вытаскивал тебя на крышу, и ты отдал мне за это проволоку. Помнишь? Помнишь, как мы познакомились?

— Очень даже помню. Особенно когда ты стражника обозвал и обвинил в этом меня.

— Глупая история получилась, но весёлая же в конце. Жаль только парней: и Оску, и Краба, что погибли тогда, — вздохнул Тинг, отрываясь наконец от меня и отходя на пару шагов. — Я тебя искал потом, после той ночи, когда всё там горело. Я даже в твой квартал пришёл, у дядьки дома твоего стоял, хотя дом-то целый остался, представляешь? Да искать было нечего. Мне потом сказали, что видели мальчишку, вроде тебя, его накрыло где-то возле складов, а там тогда всё раскурочило этими звёздными каплями. Я сначала думал, что ты погиб, а потом у меня появилась надежда, что ты жив. Не знаю почему, даже не спрашивай. Я почему-то был уверен, что ты жив и справился. И вижу тебя перед собой сейчас и понимаю, что да, действительно, вот он ты, Лео Фаррелл!

— Я в ту ночь выбрался из катакомб и ушёл из города, — сказал я, старательно отмеряя правду, которую можно было бы рассказать. — Тогда всё и началось. Дяди не было дома, я собрал, что было, и пошёл за город, надеясь успеть до начала Звёздного Дождя. Пережил его кое-как, а затем дорога вынесла меня из лесных земель в огромный город под названием Степной Цветок. Может быть, слышал про такой?

— Слышал ли я? — Тинг хлопнул себя по коленям и снова расхохотался. — Погоди, погоди, давай об этом чуть позже, но у меня с этим городом тоже есть своя история. Давай дальше, садись, рассказывай, что произошло с тобой дальше. Я очень хочу знать.

— Ну, а дальше всё просто. Пожал плечами. В Степном Цветке чужаков без денег ждут либо ополчение, либо смерть. Так что я выбрал копьё и оказался в армии. Я уже стал практиком и прошёл первые закалки.

— Так ты умудрился с демонами повоевать, да? О, много тогда людей из армии в степи свалило в разные стороны, разбежались как тараканы. Да, было дело.

Это меня на самом деле удивило. То, что Тингу известно о событиях, которые происходили несколько лет назад на землях, которые находились очень далеко от его родного места. Тем более что он, как сам признавался, никогда там не бывал. А Степной Цветок находился в полутора месяцах пути пешком от Северного порта. Может быть, чуть больше. Тут я не совсем правильно расцениваю расстояние, слишком мало информации, а Раджеб мне карты по эту сторону моря не предоставил.

— Да, умудрился.

— Ну знаешь ли, Лео, — протянул Тинг задумчиво. — Ты же племянник рунного мастера и машешь копьём в чужом отряде. А руны? Насколько я помню, дядька же тебя учил писать руны. Неужели не пригодилось?

Тут я откровенно уже врал, не стесняясь.

— То, что я знаю десяток рун, которым меня Валериус научил, это ничего. Руны кормят там, где есть