недавно он отказался от автограф-сессии в «Уотерстоуне» в Эксетере – потому что «устал», и если он выкинет такой номер еще раз, меня убьют. Он уже намекал, что не хочет после обеда идти в магазин через дорогу.

Джулс на секунду обрадовалась приятной перспективе, что Раймонд может отказаться от визита к Роману, и, лишь увидев отчаянье ассистентки, поспешила успокоить бедняжку.

– Не переживай, – сказала она. – Мы хорошенько его накормим и будем следить за временем. После ресторана отличное настроение гарантировано. Будет как шелковый.

«Только бы не продал у Романа больше, чем у нас», – подумала она про себя.

К ее удивлению, Раймонд оказался просто душкой, он вел себя безупречно – пока не иссякал поток восхищенных читателей. В паузах он принимался подписывать все попавшиеся под руку экземпляры, и это выводило Джулс из себя: книги с автографами издателю не вернешь. Разумеется, он делал это без злого умысла…

Сессия прошла гладко, и Джулс повела Раймонда с Мирандой и Фло на дружеский, как она надеялась, обед к Фрейе. На закуску подали местного краба, на горячее – бараньи отбивные с молодым зеленым горошком, а на десерт – трехслойный шоколадный мусс от Фрейи. Настроение знаменитого писателя улучшалось на глазах. Он запил деликатесы почти целой бутылкой местного игристого вина, после чего уговорил два бокала портвейна с щедрой порцией нежного овечьего сыра с голубой плесенью. Женщины с восхищением наблюдали за удивительным гастрономическим сеансом, и Джулс невольно провела параллель с главным героем книг Раймонда – мощным едоком и любителем выпить.

После обеда она лично сопроводила гостя в «Книги Портнита». Роман увел ее в комнату для сотрудников, поцеловал и спросил, как все прошло.

– Деспотичный ребенок, как большинство «гениев», – поделилась впечатлениями Джулс. – Удачи.

– Продажи? – настороженно спросил Роман.

– Шестьдесят восемь экземпляров, – самодовольно ответила Джулс. – И прилично старого.

– Десять фунтов, что я тебя переплюну, – хохотнул он. – Когда заеду за тобой в семь, сравним результаты. Планы на вечер не изменились?

У нее упало сердце. Они ехали на ужин к друзьям в Мидлмасс. У Джулс не хватило духу отказаться, хотя она, до сих пор вспоминая свой подростковый страх перед крутой тусовкой, в которую так естественно вписывался Роман, предпочла бы побыть наедине.

– Нет, – сказала она. – Что принести?

– Ничего не надо. Просто будь готова.

Роман чмокнул ее в лоб и мягко подтолкнул к выходу. Калли уже очаровывала Раймонда, звонко смеясь над его историями о собственной гениальности.

Когда Джулс пыталась выяснить дресс-код на ужин, Роман не смог сказать ничего вразумительного.

– Не знаю, просто надень что-нибудь, – неопределенно ответил он. – Ты в чем угодно прекрасно выглядишь.

«Лучше бы не спрашивала!» – разозлилась на себя Джулс. Если честно, то и выбирать было не из чего. Она разложила на кровати две блузки, обе подходили к старым джинсам, от которых уже тошнило. С новой зарплаты от тети Фло она позволила себе симпатичную зеленую блузу из магазина женской одежды по соседству. Открытые плечи, сборки, зрительно подчеркивающие небольшую грудь, а зеленый всегда шел к ее рыжим волосам и изумрудным глазам.

После душа она надела блузку, джинсы и белые кроссовки, уже порядком поношенные, но недавно постиранные, и, глянув в пыльное зеркало, решила, что выглядит пристойно, хотя наверняка не так блестяще, как другие женщины, которые будут на ужине.

Подкрасив ресницы и чуть тронув помадой губы, Джулс отказалась от румян. В последнее время они с Романом много гуляли, и лицо посвежело. Правда, появились и ненавистные веснушки, которые Роман называл совершенно очаровательными.

Хотя он сказал ничего не приносить, Джулс все-таки заглянула к флористу и купила пышный букет едва распустившихся пионов. Правда, она опасалась, что ее старания пропадут зря: ужинали они в доме Имоджен и Габриэля, известном своим потрясающим садом, увековеченным в иллюстрациях художницы.

Джулс с трудом сдерживала волнение. «Коттедж сказок», спрятанный за высоким забором Мидлмасс-холла, представлял собой восхитительный двухэтажный особнячок с симметричным фасадом и двустворчатой дверью, выкрашенной в нежно-голубой цвет. Крыльцо утопало в цветущих розах и жимолости. Вездесущий плющ обвивал огромные изогнутые ветви глицинии, развесившей увядающие бледно-лиловые кисти вдоль фасада. Для скромного звания коттеджа дом позаимствовал у главного особняка слишком много элементов стиля Палладио.

Дверь открыла Имоджен с дочкой на руках. Малышка была в очаровательной розовой пижамке в горошек. Расцеловав Джулс и Романа в щеки и восхищенно похвалив цветы, Имоджен повела их в просторную кухню в глубине дома. Вымощенный каменными плитами пол устилали потертые персидские ковры; вокруг массивного соснового стола, служившего рабочим, письменным и обеденным одновременно, стояли разнокалиберные стулья.

– Мы почти не пользуемся парадной столовой, – призналась Имоджен, осторожно разжимая кулачок Рут, чтобы та не тянула ее за кудрявый локон.

Джулс с облегчением увидела, что хозяйка дома одета в обычные джинсы и вышитый бирюзовый кардиган. Босая, с аккуратным педикюром, почти без косметики, она, как всегда, выглядела потрясающе, не прилагая к этому никаких видимых усилий.

В комнате кипела жизнь, и Роман стал знакомить Джулс со всеми, чтобы та скорее освоилась.

– Саймон и Дженни, – сказал он, указывая на пару, стоявшую у французских дверей в сад.

Джулс знала от мамы, что Саймон, красивый высокий блондин с аристократическими чертами лица, – врач, а Дженни преподает в деревенской начальной школе, куда ходила в детстве сама Джулс. Промелькнула мысль, что у такой пары будут потрясающе красивые дети. Заметив новое лицо, они поспешили к Джулс.

– Я тебя помню! – с обезоруживающим дружелюбием воскликнула Дженни. – Портнитская школа! Кажется, ты училась на класс младше?

– Рад видеть тебя снова, – сказал Эйден, который вышел из кладовой с бутылкой вина.

– И я, – отозвалась Джулс. – Э-э… А где Джесс?

– Машину паркует.

Как раз в этот момент вошла Джесс. Увидев ее, девушка просияла. Джулс пробормотала что-то и подняла руку в формальном приветствии, однако Джесс этим не удовлетворилась: подошла и крепко ее обняла.

Через пару минут вновь пришлось признать, что ей легко и приятно в этой компании – теперь, когда она с Романом.

– Держи. – Джесс протянула ей стакан со льдом, ярко-красной жидкостью и ломтиком апельсина. – Габриэль делает умопомрачительные «Негрони». Опасная штука, но одна порция мгновенно приведет тебя в праздничное настроение.

Джулс не была уверена, что хочет прийти в «праздничное настроение». Пробегая со стаканами мимо Имоджен с дочкой на руках, Габриэль чмокнул обеих в макушку. Как трогательно, подумала Джулс.

– Ну вот, все в сборе, – заметила Имоджен, укачивая хнычущую Рут. – Фрейя не смогла взять выходной, а Финн немного простыл и решил не разносить микробы. Но мне кажется, что скорее вы можете заразиться от Рут.