Покинув Убежище, я выскочил на улицы Афин и мысленно обратился сразу ко всем своим товарищам, полубогам команды. Посыл был простой. Набрать столько вина и пива, чтобы запасов нам хватило на всю ночь. Не только полубогам, но и обычным бойцам нашего отряда. К слову, те бонусы полезны в первую очередь для них. Если у нас от некоторых проклятий «природная» защита, то вот они все равно подвержены. Да и отравить всегда легко могут. Так что… надо.

— Сколько-сколько⁈ — удивился Алкид. — Да я никогда столько пива в жизни не видел!

— Вина, значит, видел? — язвительно подметила Артамена.

— Э-э-э, проехали, — тут же замялся сын Ареса. — Но черт… где мы это возьмем в этом городе⁈

— А зачем только в этом городе? — уточнила уже Ника. — У нас есть доступ к крупнейшим городам Спарты, частично Аттики. Что мешает прогуляться по ним и там поскрести в местных лавках? Думаю, что у нас запас денег бесконечный. Так?

— Грубо говоря, — ответил уже я. — В общем… задачу получили, прошу исполнять.

Сам же я вернулся в Афины, чтобы проконтролировать некоторые процессы, которые были запущены Советом сегодня. Приготовления к празднеству в честь победы и объединения уже начались, где-то ставились столы, где-то резался скот. Но везде нужно было ходить и смотреть. Во-первых, так будешь лучше понимать, что вообще происходит вокруг. Во-вторых, народ будет точно относиться к тебе лучше. Ну и в-третьих… у меня была одна своя цель.

Запад города. По уже знакомым маршрутам я добрался довольно быстро до интересующего меня дома. Точнее до того, что от него осталось. Настроение… пропало. Случайность, действительно, чертова случайность, возможно, предначертанная судьбой. Но все равно я чувствовал в этом долю своей вины.

Уточнил у пары зевак, которые тут постоянно крутились, Каспия действительно погибла. Многие ее просто не узнали, из-за чего не помогли сначала. А потом определили ее тело по паре отличительных черт. Просто в ее дом ворвались, что удивительно, афинские воины, попытались там скрыться, чтобы потом нанести удар в спину нашим бойцам. Вот только наши не стали терпеть такой наглости и ворвались следом. И в промежутке между появлением афинский воинов и наших кто-то в доме визжал. Видимо, тогда и ранили ее смертельно.

— Вы ее знали? — подошел маленький мальчик, бродяга, который лишился семьи еще до того, как я попал в город.

— Она меня приютила, когда мне это потребовалось, — кивнул я.

— И мне предлагала пожить у нее… а я застеснялся… но все равно ей помогал. Хорошая была. Добрая. Жалко ее…

— Она в лучшем мире, поверь, — потрепал я за волосы его, а после направился обратно в центр города.

На самом деле… хотел бы я с ней встретиться, хотел бы поговорить. Возможно, вот что-то мне искренне подсказывает, что она могла бы стать полубогом Гестии, хранительницей домашнего очага. Могла бы, да уже не станет. Наверное… или же?

Я развернулся, успев пройти несколько десятков шагов. Ее тело так и не удосужились убрать. Голову, конечно, разбили, чтобы не поднялась в виде монстра, но и убирать тело не стали. Не успевали просто везде прибраться, а этот квартал по понятным причинам, оставили на потом.

От тела уже… пахло. Понятно чем. Сколько оно пролежало под открытым небом? Хотя бы закутали тряпьём, уже хорошо. Я де обмотал тело как мумию различными тряпками и понес в сторону храма Афины, тот был поближе. На меня смотрели… да как могут смотреть на полубога обычные смертные? С трепетом и сочувствием. Постоянно ловил их взгляды.

В храме сначала запротестовали, но потом все же пустили. Да, не место мертвецу в храме Мудрости, но что поделать, если того требует старший полубог? Им пришлось меня пропустить. А там я уже просто спокойно побрел по тоннелю к Убежищу.

Гера сразу поняла, что и зачем. Молча принесла артефакт, хотя я и не просил ее, даже не говорил, какой именно нужен. Она просто… чувствовала? Возможно так и есть. Но Факел оказался в моих руках буквально спустя минуту, как я оказался внутри Убежища, а тело женщины я положил после этого на нужную койку в Палатах Покоя.

— У вас работало это уже с теми, кто погиб? — уточнил я на всякий случай у Геры, которая стояла рядом.

— Ну-у-у… сын Аида у нас из оживленных, — кивнула девушка. — До сих пор живет, хоть и на живого трупа похож. Но мы тогда подумали, что это дело в том, что он именно сын Аида… но когда ты принес ее… я сразу почувствовала в ней частичку силы Геры. Тлеющие угли, которые никак не хотят погаснуть. Странно, что они остались в мертвом теле без души.

— Значит и дух не обрел покоя и где-то бродит, — с уверенностью сказал я. — А значит… духу что-то еще надо в этом мире. А что именно… пускай он выясняет в своем живом теле.

— Жутко звучит… — нахмурилась Гера. — Но чего только в нашем магическом мире не бывает, не так ли?

Я просто пожал плечами. Что нужно было делать, я знал. Да, трупу ничего не будет, ничего не почувствует, но все равно было как-то не по себе. Ведь в трупе не было духа. Или же был? Возможно, есть какая-то связующая нить? Ведь за что-то любой дух должен зацепляться, ведь как-то любой дух должен иметь «плоть». Возможно это как-то… и есть связующее звено, та нить.

— О боги Олимпа, — поднял я голову ввысь. — Услышьте мои молитвы! О боги подземного мира, — склонил я голову вниз. — Будь милосердны к моей просьбе! Та, кто требуется этому миру, умерла, но не обрела покой! Та, кто встанет с нами в один ряд, плечом к плечу, требует что-то, но не может вернуться в свое тело! Прошу вас, помогите мне совершить преображение! Найдите душу по той нити, которая еще связывает ее с собственным тело! И заберите ее! Заберите и измените! О великая Гестия, хранительница очага! Обращаюсь в первую очередь к тебе! В ней тлеют твои угли. В ней та забота, которая присуща всем хранительницам очага. Она проявляла доброту, не взирая на все! Она была добра ко мне! О могучая Афродита, не гневайся на нее! Ведь что может быть лучше для той,