чай попить спешат, а с самыми что ни на есть не позитивными намерениями намыливаются. Вот и нечего их жалеть.

— Говорят силы обороны системы. Требуем допуска к досмотру…

— Не понял, да? — снизошел я до повторения. — Уйди с пути, иначе спалю. Всё, конец связи.

И уже Анне:

— Если клоуны не отвалят…

— Отвалили, босс, — как-то с сожалением сообщил Серега. Я вот еще не заметил, а он уже анализ успел провести, вот что значит не отвлекаться. — Я к другому. Мы в этом секторе новички, всякое может быть.

— Тоже верно, — согласился я. — Так, если на что-то интересное наткнетесь, по возможности сразу не стреляйте, вдруг что-то ценное, а мы его возьми и спали, не разобравшись.

Этой фразой я подписал себе на дергания вне зависимости от дежурства, но дергают-то всё равно, так хоть, может, не спалят лишний раз чего, а то привыкли, понимаешь, начинать переговоры с главного калибра, а нам тут еще жить, между прочим!

Следующий инцедент подобного плана произошел через две системы и проходил в форме вполне конкретного наезда. После выхода из гиперпространства к нам на параллельный курс пристроился вполне современный крейсер орфейского производства и совершенно официально заявил:

— Транспорт «Матадор», приготовится к досмотру груза и оплате транзитной пошлины за пролет системы Ти.

От такой наглости Серега даже опешил… Ну да, Серега в России бизнесом не занимался, не вырастил себе в мозгу отростки, реагирующие на прогрессирующую наглость, взрощенную на незнании законов и конской самоуверенности. А я с таким сталкивался не раз, и в нашем фронтире тоже — люди везде одинаковые. Вот только тогда я возил хабху… Зачем я ее вообще вспомнил, в ноздри прямо фантомная вонь ударила! Блин… Короче, возить хабху на старичке «Макаве» — это совсем не то же самое, что перть сквозь пространство на вооруженном до зубов «Матадоре». Тут тонко чувствовать разницу надо…

— Черную дыру себе в задницу засунь, а не досмотр. Конвенция Содружества по перевозкам прямо запрещает досмотр транзитных грузов в не военное время. Понятно? А теперь отвалите.

Некоторое время на той стороне молчали, видимо, совещались, а потом ответили:

— Система Ти не входит в Звездное содружество…

Но я их грубо прервал, даже не собираясь выслушивать эту чушь. Нам ведь здесь жить, а соответственно, свои права надо отстаивать сразу.

— Матадор — судно, зарегистрированное в Империи Аратан, соответственно, на его борт распространяются законы Содружества и никакие другие. Дальнейшие посягательства буду рассматривать как попытку пиратства. Конец связи.

Интересно, что они теперь предпримут? Нам лететь до следующей точки перехода еще пять часов, потом сам переход, безжизненная система и уже запланированный слепой прыжок в смежную область. Там будет уже туманность, и скорость перемещения, как в гиперпространстве или варпе, как многие его называют, будет сильно меньше. Собственно, почему у нас маршрут такой длинный и получается — в обход идем, язык туманности огибая.

К крейсеру тем временем присоединилось еще два. Потом, оседлав столб плазмы форсажа, подтянулся видавший виды десантный транспорт и пристроился за ними. Видать, действительно у них тут какая-то организация есть, потому как серия крейсеров была единая, да и маркировка стандартизирована.

— Транспорт «Матадор», приготовится к досмотру, — пришло сообщение, и крейсера, сформировав атакующий ордер, пошли на сближение.

Я кивнул, и Анна выдала предупредительные выстрелы по курсу из малых орудий. Конечно же, предпочтительнее было выдать предупредительный выстрел главным калибром по корпусу, и, будь дело там у нас, мы бы именно так и поступили. Но… Будем играть в хороших парней до конца и дадим этим неразумным шанс…

Щит просел на три процента от их слитного залпа, видать, их энергетические орудия, а ракет как-то не видно совсем, либо сильно изношены, либо в принципе мощностью не отличаются. Дать им еще шанс, вдруг по телеметрии поймут, что мы не их поля ягода. В это время уже у нас прямо по курсу объявилась крупная сигнатура. Судя по тому, что до этого внимания на нее никто не обращал, корабль был в режиме энергосбережения и полного радиомолчания. И вот сейчас он выворачивал к нам на противокурс, видимо, собираясь добавить аргументов преследуюшим еще и своими орудиями.

Прямое попадание, перед взглядом запестрили строчки с процентами просадки щита. Они были не такие большие, но уже неприятные.

— Они рельсу используют⁉ — удивилась Анна. — Они же только для лобовой атаки эффективны…

— А они типа не по курсу нам стоят? — съехидничал Серега, начиная выполнять маневр обхода. Нам как бы еще пилить и пилить, и скорость сбрасывать не хотелось бы, она нам для перехода еще понадобится, да и топлива жалко. Такую махину пока разгонишь, столько спалишь, что будь мой хомяк размером как был на Макаве, уже давно сам себя задушил бы от жадности. Благо с тех пор много воды утекло, и внутренний грызун сумел изрядно подрасти, успешно конкурируя с живущей там же параллельно земноводной.

— Всё, Ань, вали их броненосец, надоели, — три башни главного калибра вспыхнули одновременно, и обстрел прекратился. Броненосец не броненосец, а что-то между тяжело бронированным крейсером и линкором-недоростком, резко отвалило в сторону, засевая космос облачками утекшей в пробоины атмосферы. Щит сорвало от прямого попадания, курсовые орудия, точнее заглушку к ним, ему раскурочила вторая башня, третья вспорола броню правой части носовой проекции, не пробила, но покорежила внушительно. — Пожалела… Ну, может и не зря.

Надо отдать должное этим ребятам, намек они поняли сразу, как в зубы получили.

— Решили вторую щеку не подставлять! — рассмеялся Серега, а вслед за ним прыснула и Анна. Тогот если и слышал, то не понял, а Иве было плевать, она на такие мелочи в посленее время внимания не особо обращала. Она как-то после стюарта снова погрузилась полностью в планирования экономики нашего форпоста, что по мне, повторюсь, весьма сомнительно, не обладая даже толикой конкретных данных. Хотя что я понимаю, у нас базы по управлению у нее стоят, целый администратор аж шестого уровня, даже выше, чем у меня техник. А финансист у нее пятого… То есть понятно, кто у нас в семье бюджетом занимается. Но вот все эти замашки на теорию без конкретики мне кажутся совершенно бесперспективными. Ну нравится — пускай мается.

А я вот подумал, что этот сектор мне даже начинает нравится. Мы прошли уже больше чем две трети пути, а нас атаковали только два раза. Два раза