— Только если ради мести ты готова пожертвовать всем, в том числе будущим всех асверов. Слишком много людей верят в Зиралла. Рано или поздно, он вернётся. А война за веру — самая жестокая и кровопролитная. Пойдём, мне надо принять сложное решение, — я взял её под руку и повёл в сторону временного лагеря легиона.

В сторону шатра командования спешила группа разведчиков с докладом. Сейчас они сообщат, что армия иноземцев на подходе, и сражение случится уже завтра. Уга чувствовала приближение стаи огненных псов. Они были пока далеко, но двигались на нас как лесной пожар — медленно и неотвратимо. И пока не началось сражение, мне надо было подумать о том, какую же я всё-таки роль в нём сыграю.

Я не считаю себя гением или великим магом. Приёмный сын Матео Жак Герман, Ромарио Лехаль, Августо Бессо — создатель малого справочника целителя — вот кто были гениями. А что я? Недоучившийся студент, который придумал заклинание, способное стереть с лица земли армию иноземцев. Это было как озарение, простая догадка, звучащая как: «А что если?..» Сначала она вызвала восторг, а теперь мне было страшно. Очень страшно, что могу сотворить нечто подобное. Я всего лишь перечитывал работы Лехаля, пытаясь вникнуть в суть тех вещей, которые он изучал и разбирал. До вчерашнего дня это была лишь теория, но Он сказал, что всё верно, и это сработает так, как задумано. Хорошо, что я его отдал. Слава Великой матери, что она моя покровительница, а не Он. Это не просто соблазн, это высшая степень искушения.

Погружённый в тяжёлые мысли, не заметил, как мы дошли до палатки. Когда я вынырнул из тёмной пучины раздумий, увидел отряд Бальсы, собравшийся вокруг. Повернулся, посмотрел на Диану и Илину, задумчивую Вьеру и неестественно улыбающуюся Ивейн.

«Да, я помню, что ты обещала улыбаться, — подумал и сам не смог сдержать улыбку. — Спасибо тебе».

— Мне надо немного побыть одному, — сказал я, сжав руку Илины, затем отпустил её. — Я не прошу вас простить Зиралла, знаю, что это невозможно. Прошу лишь держаться от него подальше. Это страшный бог, несправедливо зовущийся светлым. Великий мастер любой профессии… — я с силой сжал зубы. Выдохнув, я повернулся и полез в низкую палатку.

Глава 13

Проснулся я от того, что палатку заполнил горьковатый запах трав. Несмотря на тяжёлые думы, я неплохо выспался. А главное, смог принять важное решение. Нет, если говорить правду, мне опять помогли, сделав этот выбор за меня. И от этого словно гора с плеч упала, хотя, где-то глубоко внутри, я корил себя за это.

— Илина, — я сел и принялся растирать лицо ладонями, — тебе не кажется, что дыма слишком много? Люди вокруг могут подумать, что мы горим. И зачем ты пытаешься прокоптить мой доспех?

— Ритуал, — многозначительно пояснила она, продемонстрировав каменную чашку, в которой тлело что-то высушенное и сморщенное.

Судя по шуму вокруг, лагерь давно проснулся. Интересно, почему это не разбудило меня раньше?

— Великая мать защитит тебя, — сказала Илина, добавив что-то к тлеющим травам, и дым стал ещё более горьким. Уга при этих словах одобрительно закивала.

— В таком случае, спасибо, — я решил не спорить. Пусть колдует, если ей от этого будет спокойней. — Завтрак?

— Кушать перед сражением нельзя, — наставительно сказала она, протянув мне флягу. — Пей, это утолит голод.

Я правильно догадался о содержимом, сделав большой глоток. Терпкий отвар с едва уловимым кисловатым привкусом. Даже не глядя мог сказать, что он имеет болотно-зелёный цвет. Его пили для того, чтобы при ранении в живот снизить риск заражения, особенно когда приходилось голодать. Убрав флягу, я притянул к себе Илину, обнял её. Она строго посмотрела на меня, но отстраняться не стала, пытаясь удобнее устроиться на моих коленях. Это не так удобно, как кажется со стороны, особенно в тесной палатке, но очень приятно. Я ткнулся носом в её щёку.

— У тебя цвет глаз немного изменился, — сказала она, наклоняя голову, чтобы мне было удобнее целовать её в шею.

— Сильно? — спросил я так, словно она сказала, что мне стоит побриться. От Илины соблазнительно пахло чем-то пряным.

— Стали светлее. И ночью едва заметно светятся.

— А клыки не растут? — я уже развязывал шнуровку её куртки, ослабив ворот, чтобы добраться до ключиц.

— Пока не растут. Когда у детей долго не растут клыки, мы даём им больше земляных орехов и семян кема.

— Я заметил, что мясо, которое ты готовишь, стало более сладким, — упомянутые семена имели приятный сладковатый вкус. Асверы любили добавлять его в мясо, но из-за редкости оных готовили такие блюда только по большим праздникам.

Она всё же остановила мою руку, ищущую брешь в её одежде и пытающуюся добраться до упругой груди.

— После сражения сделаешь всё, что задумал, — мягко сказала она. — Я даже не буду сопротивляться.

— А у тебя получится? — улыбнулся я. Она посмотрела на меня так, словно я напрасно в ней сомневаюсь. Хотя, признаюсь, голову у неё срывает не каждый раз.

Когда мы вышли из палатки, солнце показалось над горизонтом. Разведка легиона уже знала о приближении противника, и войска спешили занять позиции у подножья холма. Очень шумное и необычное зрелище. В лагере оставался лишь резерв, и то исключительно потому, что рядом с холмом для него не хватило места. Когда мы добрались до шатра командования, на холм обрушились первые порывы горячего ветра. Сразу вспомнилась песчаная буря, заставшая нас на границе с южными землями.

— Они и такое умеют? — я удивлённо посмотрел на юг.

— Берси, — к нам подошла Ивейн. — Тебе письмо. Кто-то его подкинул целителям.

На письме стояла знакомая печать: два треугольника и три звезды. Сломав её, я прочитал одну единственную строчку.

«Магистр Горак Йозеф знает о том, кто устроил пожар в Вашем квартале».

Подпись внизу, как и в прошлый раз, была в виде буквы «А» и добавившейся к ней буквы «К».

— На инициалы похоже, — сказал я, быстро порвав его на несколько частей и вручив обрывки Илине. — Нет уж, второй раз меня на подобное не купить. Сделаем вид, что я его не видел. Ивейн, если целители будут спрашивать, то письмо ты порвала и мне его не передавала.

— Хорошо, — она понимающе кивнула.

Я ещё раз бросил взгляд на юг и направился к шатру. Герцог и пара легатов как раз рассматривали карту провинции, что-то обсуждая о реке и переправе на другой берег. Даниель заметил меня первым. Точнее, почувствовал, так как горьким дымом от меня разило за