— Не сработает!

Студент изумленно уставился на Ская.

— Почему?! Все же сошлось!

— Спорим, там ошибка? — усмехнулся волшебник.

Студент тоже оказался азартным.

— Спорим! А на что?

— На конфетку, — подмигнул Скай, жестом контрабандиста вытянув из кармана краешек маленькой жестянки с леденцами.

Еда в библиотеке была запрещена. Любая, несмотря на то что леденцы никак не могли повредить драгоценным фолиантам. И, конечно же, вечно голодные студенты-волшебники тайком протаскивали сюда не только безобидные конфетки и сушеные яблоки, но и липкую пастилу, крошащееся печенье и даже жирные бутерброды. За последние, правда, можно было на долгие месяцы лишиться права посещать библиотеку, что порождало множество серьезных проблем, но трусы ведь великими волшебниками не становятся.

— Согласен! — кивнул студент. — Но у меня уже с собой ничего нет. Если найдется ошибка, с меня кувшин взвара в студенческой таверне, идет?

— Идет, — согласился Скай. — Проверь третью силовую линию. Какой там знак?

Студент уставился на сплетенную из тоненьких серебряных проволочек, подкрашенных синим и красным, модель заклятья и задумался. Даже пальцы начал загибать, подсчитывая коэффициенты силы.

Скаю хотелось уже ткнуть его носом в тот узелок, где притаилась ошибка, но он терпел. Пусть мучается. Если сейчас парню подсказать, то он только то и запомнит, что бывают незнакомые добрые волшебники повнимательнее, чем он сам. А вот если найдет и исправит — есть шанс, что в следующий раз будет перепроверять тщательнее. Лучше, конечно, было бы вообще не вмешиваться. Для практического обучения профессора редко выбирают заклятья, способные в случае ошибки причинить серьезный вред, так что это сторожевое заклятье не убьет незадачливого взломщика Грозовым ударом и даже не спустит тетиву самострела. Скорее уж обольет ледяной водой или, что куда унизительнее, фиолетовой, плохо смываемой краской.

Кстати, неужели кто-то еще, кроме дядюшки Арли, использует для обучения Сторожевые заклятья? В стандартную программу они не входят. Или здесь, в ларежской Школе Волшебства, другие программы обучения?

— Вот леший! — выругался студент, наткнувшись наконец на узел, где синий отрицательный коэффициент никак не мог смениться на красный положительный.

Скай улыбнулся. Расставаться с «контрабандными» леденцами он и не планировал.

— Теперь отсюда все пересчитывать, — посетовал студент. — Давай через пару свечек на обед пойдем? Тогда и отдам твой честный выигрыш! Я, кстати, Линт.

— Скай.

— Ты, наверное, выпускник? Так ловко ошибку засек!

— Нет, я уже давно отмучился, — признался Скай.

Линт посмотрел на него с подозрением и, кажется, не поверил. На свои двадцать пять Скай не выглядел, бороды — непременного атрибута солидного мага — не имел, да и разве будет взрослый серьезный волшебник нарушать правила и протаскивать тайком конфеты в обитель знаний, занудства и бумаг? Да, студенческого шейного платка на нем не было, ну так его и потерять недолго. Или попросту дома оставить. Это младшекурсники ужасно гордятся знаками причастности к волшебному братству, а к выпуску у половины студентов шейный платок уже мало отличим от носового.

— Если отмучился, то что здесь делаешь? — Линт окинул взглядом стол перед Скаем, заваленный томами и свитками.

— Ну ладно, не совсем отмучился, — признал тот. — Кто ж знал, что без цитат и списка использованных источников героями не становятся!

— А ты хочешь быть героем? — рассмеялся Линт.

— Уже не хочу, — сознался Скай. — Но если сейчас брошу, дядюшка меня не поймет.

— А-а-а, ну у меня тоже все семейство ждет моего гильдейского знака больше, чем я сам, — понимающе кивнул Линт. — Надеюсь, хоть после выпуска пилить перестанут.

— И долго тебе еще?

— Восемь лет отмучился, еще два осталось, — вздохнул студент и обреченно повернулся к проволочной модели.

Две свечки до обеда Скай честно конспектировал соображения Горта Несокрушимого о родственной природе Дыхания Стража, Моряниц и Пляшущей Смерти. Теория была совершенно точно ложной, но совсем не упомянуть ее было никак нельзя. Как и десяток других, порой совершенно неправдоподобных гипотез. Скай морщился, страдал, но писал. В конце концов, если бы к ученым мужам на конференцию завалился лично Подземный Страж и заявил, что хочет прочитать почтенной публике доклад о своих особенностях и образе жизни, даже от него наверняка потребовали бы предоставить список литературы не менее чем в полсотни наименований. Иначе осмеяли бы за несерьезность и не допустили до трибуны. Может, поэтому он и перестал являться к людям на самом деле?

Скай уже тоже готов был удалиться в какую-нибудь пещеру и закрыться там, но обещания он привык держать. Как его угораздило пообещать дяде Арли подготовить доклад на весеннюю конференцию, он и сам не понял: видимо, возвращение к цивилизации после темных пещер и холодных скользких горных склонов помутило его рассудок. А уж о том, что вот это сидение в библиотеке еще и издевательски называется отпуском, лучше было вообще не думать, не то захочется податься в злодеи уже не по секретному заданию Тайной Службы, а искренне и добровольно. Очень уж это утомительно — быть добропорядочным волшебником.

Взгляд Ская помимо его воли снова ускользнул от пыльных страниц к разноцветному переплетению проволоки на соседнем столе. Моделировать потоки силы в сложных заклятьях с помощью проволочек гораздо интереснее и нагляднее, чем пытаться вычертить их на плоскости. К тому же, по серебру можно пропустить немного силы, чтобы пронаблюдать весь процесс почти по-настоящему.

Линт как раз закончил расчеты и сосредоточился на модели. Запитал контур так, что проволочки заметно засветились, потом потянулся к нити, отпирающей замок… С трех концов, которые в реальном заклятье вели бы к пусковым механизмам ловушек, сорвались искры. Студент выругался, отдернул руку и задел еще пару проволочек. Еще пять искр.

— Отличное заклятье, — одобрил Скай.

— Замечательное, — согласился Линт тоном, в котором явственно прочитывалось «леший его раздери!». — Ладно, может, после обеда башка будет лучше варить. Пойдем.

Он решительно поднялся из-за стола, потянулся и задел рукавом проволоку, вызвав еще одну серию недовольных искорок.

— Вот же зараза!

— Ну так ведь и должно быть, — успокоил его Скай. — Эти части обычно скрыты внутри, чтобы замок попросту не выпилили с куском двери. Все прекрасно работает.

— Работает-то оно лучше не придумаешь, — согласился студент, ероша и без того растрепанную прическу. — А открываться не хочет!

— А какой ключ ты к нему сделал? — поинтересовался Скай.

В защитных и запирающих заклятьях он разбирался получше иного взломщика, благо замки, на которых когда-то тренировался юный волшебник, за ошибки наказывали не смертельно, а всего лишь оскорбительно. Чувство юмора у дядюшки Арли было не то чтобы злое, но очень обидное. Зато теперь Скай мог бы отпереть модель на столе даже с закрытыми глазами. И без всякого