class="p1">Взгляд зеленых глаз, брошенный на Дария, был определенно издевательским. Но взгляды недоказуемы. И неуловимы.

– Печальному поводу? Госпожа, прошу вас присесть, я сейчас прикажу подать вина, и мы обсудим, что произошло…

Барон слегка взволновался.

С одной стороны – графиня. Женщина.

С другой стороны, графа Иртона он знал. Джес Иртон был далеко не последним человеком при дворе. И то, что там не видели его жену, еще ничего не значило. Может быть, она домоседка?

В любом случае, неприятностей Джес Иртон мог ему устроить столько, что и на телеге не увезешь. король его любит, ценит, прислушивается…

Лучше уж не конфликтовать с его супругой.

Туша, насколько могла изящно, опустилась в кресло, придвинутое вирманином. Попутно Лейф слегка задел креслом Дария. Несильно, но парня аж скрючило – попал в нужную точку.

Лилиан холодно улыбнулась.

– Достопочтенный Торий, скажите, пожалуйста, по какому обвинению вчера задержали моих людей?

– Ваших людей, графиня?!

Торий даже хлопнул глазами.

В подвале сидели только вирмане. Но ведь…

Графиня улыбнулась еще холоднее.

– Людей из моей вирманской дружины. У вас сейчас находятся пятеро моих вирман. И я хотела бы знать, в чем их обвиняют.

Трехэтажный каменный домик, на входе два стражника, и вроде даже загажено чуть поменьше. Выглядит очень солидно. Черепичная крыша (явно дорого! Она пока еще нигде черепицу толком не видела, кстати, взять на заметку…) увенчана флюгером. И флагами. Подробнее не разглядеть. Что-то синее, золотое, алое…

Флаг Ативерны?

Или цвета местного барона?

Разберемся…

Внутри домик тоже производил впечатление. Вестибюль оказался довольно просторным. И первыми в глаза бросались две лестницы. В подвал и на второй этаж. Каменные, красивые… В вестибюле стояли скамейки, сидели и прохаживались какие-то люди, сбоку была видна приоткрытая дверь – за ней явно находились несколько стражников. Караулка? Стояло несколько прилавков, и на них были разложены товары. Какая-то цветная ткань, кажется, еще вино – потом надо бы приглядеться и прицениться.

Люди так и делали.

Лестницу в подвал тоже охраняли.

Лиля огляделась. Посмотрела на Лейфа:

– Графиня Иртон что – должна ждать в прихожей?! Как какая-то просительница?!

– Ни в коем разе, госпожа. Разрешите вас сопроводить?

Лилиан холодно кивнула.

– Будьте любезны.

Лейф ухмыльнулся. А потом со всей дури грохнул древком топора об пол и рявкнул так, что стены дрогнули.

– Расступись!!! Графиня Лилиан Иртон к мэру города!!!

Эх, хорошие легкие у парня!

– Лилиан Элизабетта Мариэла Иртон, – шепнула Лиля.

Да-да, именно так! Чай графиня, а не хвост кошачий! Сама удивилась, когда узнала от верной Марты. Хотя женщина себя воспринимала именно как Лилю. Как-то оно было созвучнее с прошлым именем…

Люди послушно расступались, открывая проход к лестнице на второй этаж. Лиля чертыхнулась и направилась к ней.

Зар-раза!!! Грязи – по колено!

У себя дома она все это оттерла. А здесь перила – как в подъезде без домофона, ступеньки старые, слегка скошенные. На каблуках она бы точно отсюда навернулась. Да так, что костей не соберут.

Средневековые тапочки держали.

Да и Лейф сзади подстраховывал.

Лиля мужественно преодолела лестницу и огляделась. Опять зал. Вообще ощущение, что этаж просто поделен надвое. Висит какой-то герб, здесь же флаги, камин, громадные окна – застекленные!

Хотя и не большим стеклом. Маленькие стеклышки сложены в тяжелые рамы. Но для местных, видимо, и это – подвиг. Лиля ностальгически вспомнила свой змеевик.

Ничего. Был бы песок да оборудование…

Стены выкрашены в красный цвет. Интересно, зачем? И уже по красному цвету расписаны орнаментами. Красиво, но непривычно.

– Госпожа? – прогудел над ухом голос вирманина.

Лиля решительно пересекла зал. Дверь даже на вид выглядела тяжелой. Сама она ее в лучшем случае робко приоткроет. А здесь так нельзя. Первое впечатление – это все.

И вообще! Она – графиня! И ей многое позволено.

– Лейф?

Вирманин кивнул – и так пнул дверь, что женщина едва не зажмурилась. Грохот пошел, как от слона в посудной лавке.

Но не зажмурилась. Наоборот – вгляделась в открывшуюся картину.

Вот как сегодня выглядят кабинеты чиновников.

Несколько столов, заваленных бумагами. На одном из столов то ли добыча, то ли процент – какие-то тряпки, тарелки, подсвечники… черт их всех разберет!

За столом сидит мужчина. Перед столом стоит вчерашний сопляк. Ах, вот где ты прорезался, гад?! Ну, если вирмане твоих рук дело – берегись. Я добрая, но наехать придется. Точно.

Или сначала попробовать вежливо?

Наверное, второе. Тем более все затихли и смотрят на нее. Лиля бы представилась сама, но Лейф времени не терял:

– Графиня Лилиан Элизабетта Мариэла Иртон.

Прозвучало это еще душевнее, чем внизу. Лиля заплыла в кабинет и улыбнулась.

– Добрый день. Я вижу перед собой мэра города Альтвер?

Очнулись. Встали, разулыбались, как родной, представились, мужчина выполз из-за стола и принялся кланяться. Попутно оценив и одежду, и тяжелый браслет, и кольцо, и серьги…

Лиля тоже оценила. Мужик лет пятидесяти – то есть реально ему 35–40, а в таких условиях стареют раньше. Не слишком высок, ей примерно до уха, лысоват, чуть полноват – типичный чиновник. Но глаза цепкие и умные. А костюмчик – это она уже поняла – сшит из шелка темных тонов. И стоит тоже достаточно дорого. На пальце перстень с баронской короной. Но не изумруд, конечно. Синее – сапфир? Должен быть сапфир [11].

Нет, это определенно не гусь. Это птица поумнее. Даже странно, что в таком захолустье. Или просто подальше от начальства?

Несколько минут было потрачено на расшаркивания и изложение проблемы, и Лиля мысленно потерла руки.

Враг будет разбит, победа будет за нами. Тип явно растерян. Вот чего-то краснеет, бледнеет…

Ан нет. Недооценила…

– Дарий, распорядись насчет вина и сладостей для дам.

Лиля благосклонно кивнула. Не говорить же про диету? Не поймут…

Сопляк вымелся из кабинета, а барон уставился на Лилю умными внимательными глазами.

– Ваше сиятельство, вы утверждаете, что это ваши люди?

– Это и есть мои люди, достопочтенный Торий. – Лиля смотрела холодно и жестко. – И то, что они вирмане, ничего не меняет. Я умею ценить преданность.

– Я и не сомневался в преданности ваших людей, госпожа…

– Так в чем их обвиняют?

Барон улыбнулся:

– Это была простая ошибка…

Скрипнула дверь. Служанка внесла поднос, на котором стояли: серебряный кувшин, такие же серебряные чарочки, а на большом блюде горой громоздились засахаренные фрукты.

Все это было с поклоном сгружено на стол. И барон лично принялся ухаживать за гостьей. Налил вина. Предложил засахаренную сливу…

Лиля сделала вид, что пьет, сливу взяла, чтобы было, что вертеть в пальцах… еще есть это не хватало. Худеть надо! Пальцы тут же сделались липкими, и это придало здоровой злости.

– Неужели? И чья вина