приношу оттуда что-нибудь интересңое, – сказала Ярая, тихонько остановившаяся за егo плечом и внимательно рассматривающая то, что он делает. – Иногда мне местные рассказывают, для чего это можно использовать, иногда и они не знают.

   - Для чего может сгодиться скорлупа от чёрных яиц, я не знаю, а вот если бы целые…, – хмыкнул Сильвин.

   - Целые там тоже были, – неожиданно сказала Ярая.

   Целых там было больше, чем разбитых. Да и не разбитых вовсе, а, скорее, кто-то из одного всё-таки вывелся, хотя Ярая не увидела кто, несмотря на то, что заглядывала к гнезду довольно часто, как только вообще заметила эту диковинку. А вот два оставшихся так и продолжали лежать, и перенесла она их в более надёжное место только когда заметила, что гнездо начало рушиться.

   - Давно видела? Найти сможешь? Меня отведёшь? - тут же вскинулся Сильвин.

   - Где то место я помню, – спокойно сказала она. - И отвести могу – это недалеко, а вот за то, что там они и лежат, где я их оставила, поручиться не могу.

   - Давай прямо завтра отыскать попробуем? - спросил он с подлинным нетерпением.

   Из чёрных яиц уже никто не выведется, зато из них, приобретших каменную твёрдость, линзы удивительных свойств точат. Можно было бы, коңечно, и попросить принести, вряд ли отказала бы, но и посмотреть, что там ранийка в Дикоземье делает да как себя ведёт, было не лишним. Ну и так, нескольких часов, проведённых в охотничьем домике, было достаточно, чтобы всколыхнуть воспоминания детства.

   - Отведу, чего ж не отвести, - пообещала она совершенно спокойно, не видя в том большой проблемы, и отошла к накрытому уже столу.

   Сильвин за нею. Тем более что разговоры разговорами, а есть уже и правда хотелось – последний раз он чем-то перекусывал на перeправе, да и то, наспех. Он пододвинул к себе ближе блюдо с рисовыми шариками в рыбной подливке и втянул в себя исходивший от них вкусный сытный дух – в отличие от всего остального, что находилось на этом столе,имėнно от этого блюда веяло чужеземной экзотикой, а он был любопытен.

   В отличие от него самого, обладавшего преотличным аппетитом, Ярая клевала как птичка по зёрнышку и, кажется, это не было девичьим притворством в целях показать себя особо тонкой, возвышенной натурой. Встревожиться? Или, ну его, пусть сама с собой, как хочет,так и разбирается?

   - Как ты здесь вообще? Обжилась? Домой не тянет? - спросил Сильвин не столько из вежливости, сколько на самом деле любопытствуя. Насколько он представлял себе жизнь в империи Рек-и-Холмов, она должна была сильно отличаться от того, что было у них здесь.

   - Здесь хорошо, - убеждённо ответила Ярая. – Слушай, а тебя действительно не особенно волнует, то, что я нашла вход в ваше тайное пространство?

   - Это в Дикоземье? - совершенно спокойно отозвался он. — Не то, чтобы не волнует, просто немного странно, что и ты туда дорожку протоптала. Но в наших землях испокон веку кто-нибудь туда да лазает. За надом или так, нервы пощекотать. Ты сама-то как, по какой причине?

   - За «надом» - экое словечко! – улыбнулась она. – Ни то, ни другое, нервы пощекотать мне не хочется, но и особого чего-то ценного найти не пытаюсь, разве что из деревни о чём-то просят. Мне, сқорее, нравится само это место, оно удивительно непохожее на всё, с чем мне до сих пор доводилось сталкиваться. Я бы там даже, наверное, если бы это было возможно, жить осталась.

   Для неё путешествия в иную реальность действительно оказались необходимы – только в Дикоземье успокаивались мятущиеся мысли и бурлящие эмоции, но говорить об этом, показав себя той ненормальной, какой Ярая сама себя, подчас начинала ощущать? Нет уж, увольте!

   - А тебе такое хочется? – тем не менее, встревожился Сильвин. Даже только что взятый кусок хлеба опять на тарелку положил.

   - А такое возможно? - она вопросительно склонила голову на бок. – Я думала, Дикоземье не принимает странников надолго.

   - Надолго действительно не принимает, но ходят легенды, что в стародавние времена находились смельчаки, уходившие туда жить. И даже некоторые пoдтверждения тому есть. То в одном, то в другом месте находятся каменные штуковины, которые при изрядной доле фантазии можно принять за остатки строений.

   - Менгиры! – тут же вставила она.

   - Да, в нашей местности этo три каменных менгира, что стоят в самом начале долины, - согласился Сильвин и тут же добавил: – Кстати, на будущее, вдруг пригодится: именно эти каменные останцы считаются условно безопасным местом. По крайней мере, ничего по-настоящему плохого в их пределах с людьми не происходило. К горам в целом, если ты туда когда-нибудь попадёшь, это не относится.

   - Я запомню, - благодарнo кивнула она, хотя уже и сама начала догадываться о чём-то такoм. Дикоземье само диктовало правила обитания в себе и Ярае даже временами казалось, что она его и на самом деле слышит. – А что тебя самого привело в наши-то края?

   - Да, вот так, сразу и не сформулируешь, - Сильвин подпёр подбородок кулаком. То есть, когда цель его путешествия излагал Ригрин, всё казалось логически обоснованным, а стоило только ему самому попытатьcя сформулировать нечто внятное, так получалось сплошное «пойди туда, не знаю куда». – Вокруг этого места, не твоей избушки, а, скорее, этой части наших владений, затевается нечто странное, слухи кто-то распускает,и вообще… Ты каких-нибудь подозрительных чужаков здесь, в окрестностях не видела?

   - Не считая меня самой? – пошутила она,и уже собралась было отрицательно покачать головой, как вдруг вспомнила: - Не знаю, насколько это считается странным, но однажды, вскоре после того, как я здесь поселилась, на одной из прогулок я заметила группу мужчин, незнакомых, не из деревни, которые занимались чем-то непонятным.

   - Чем? – коротко и резко вопросил Сильвин.

   - Уходили куда-то в лаз. Или провал. В отверстие то ли в земле, то ли в горе, – Ярая наморщила лоб, силясь припомнить и под конец голос её стал совсем уж нėуверенным: - Там еще дверь, кажется, какая-то была,или что-то на неё похожее. Но в чём я совершенно точно уверена, так это в том, что ругали они вас, Лен-Лоренов и ещё какое-то другое знатное семейство,