Мои пальцы крепче стискивают ножку бокала. Все взгляды устремлены на меня, в зале повисло острое напряжение.

Я придвигаюсь ближе к графине. Ния Мелисенда стремится угодить другим, но Ния Вайланкурт в определенных обстоятельствах – настоящая стерва. И сейчас я точно не могу поменять их местами.

– Это я тупая и ничего из себя не представляю, да? – Я говорю громко, чтобы все услышали. – И всё же вы устраиваете здесь публичную истерику, чтобы привлечь мое внимание, требуете, чтобы я на вас посмотрела, из кожи вон лезете… Ведь это же очень болезненно – сидеть так далеко от принца? Не заслужить его клятв в верности?

Ее лицо бледнеет, шея покрывается красными пятнами.

– Когда я стану королевой, ты пожалеешь о своих словах. Те, кто переходит мне дорогу, всегда об этом жалеют.

– Как страшно… Но непохоже, что вы станете королевой. По крайней мере, в ближайшее время.

– Я помню одну его девушку. Он встречался с ней полгода назад. Познакомился, когда ездил отдыхать. На несколько недель она стала его любимой игрушкой. Потом ее труп выловили из ближнего пруда с лилиями. Вот что случается, когда принцу надоедают игрушки. Ты наслаждаешься прекрасным мгновением, согретая горячим и ослепительным солнцем его внимания. Получаешь маленькие безделушки вроде ожерелья, которое на тебе, и думаешь, что он тебя любит. А потом он отшвыривает тебя в тень. Скоро они выкопают еще один раздутый труп блудницы. Или найдут тебя затоптанной лошадью. Мир не станет оплакивать утрату очередной отчаявшейся шлюхи. А я все равно останусь рядом с принцем.

– Все эти трупы, о которых вы говорили… Вы что – обвиняете Его Высочество в убийстве?

Улыбка графини гаснет, в глазах мелькает паника.

– Разумеется, нет. Думаю, они покончили с собой, когда поняли, что он больше не желает их видеть. Принц соблазняет ничтожеств вроде тебя, которые появляются из ниоткуда и недолго наслаждаются богатством и властью. Ты распробуешь вкус опьяняющего нектара – тех благ, которые принадлежат таким, как я. Станешь зависимой от престижа и денег. И когда тебя отправят назад во мрак забвения, на грязную свиноферму, которая тебя породила, ты тоже захочешь умереть. Тогда он вернется ко мне. На твоем месте, Ния, я бы исчезла прямо сейчас, пока ты не узнала, каково это – упасть с вершин Периллоса обратно в убогую грязь Лаурона. Не забывай, мы с Таланом знаем друг друга много лет. Гораздо дольше, чем ваша двухдневная возня.

Эта отвратительная ведьма и Талан, похоже, идеальная парочка. Но перед такой, как Арвенна, отступать нельзя. Страх питает ее силу.

Я громко вздыхаю:

– Да, в том-то все и дело. Нам всем надоедают скучные старые вещи, с которыми мы росли. Они удобные, но изношенные и больше не привлекают, как пара старых тапочек. У него было столько времени, чтобы жениться на вас… Честно говоря, непохоже, что он этого хочет. Все это немного грустно.

Я резко отворачиваюсь от графини и вижу, что Талан, откинувшись на спинку кресла, удивленно наблюдает за нами. Кажется, ему нравится, когда женщины сражаются за него.

Подхожу к вазам с фруктами, расставленным на столах, и отправляю в рот ягодку малины. Гости снова начинают перешептываться, явно обсуждая устроенную нами сцену. Беру бокал с медовухой, делаю глоток и незаметно наблюдаю за Арвенной. Я запоминаю каждого, с кем она разговаривает, их внешность. Потом передам информацию Найвен – посмотрим, что она скажет.

Наконец я замечаю ярко-белые волосы герцога Кер-Иса и поворачиваюсь к нему. Он наблюдает за мной, прислонившись к колонне. Я принимаю растерянный вид – напоминание о той девушке, которой я была до Башни Авалона. Уставившись в бокал, притворяюсь, что не знаю, чем себя занять. Это действует как заклинание. Герцог тут же направляется ко мне, останавливается в нескольких футах и низко кланяется:

– Могу я пригласить вас на следующий танец, мисс?

– Почту за честь, милорд, – смущенно отвечаю я, ставлю бокал на стол и готовлюсь к дезориентирующему приливу сил, которые управляют разумом, и головной боли, раскалывающей череп. Не хочется повторять этот опыт, но задание есть задание.

Герцог ведет меня на танцпол, крепко держа за руку. Кер-Ис не такой хороший танцор, как Талан. В первую же минуту ему удается дважды оттоптать мне ноги.

– Получается немного неуклюже, правда, дорогая? – хихикает он. – Не переживайте. Проведете с нами при дворе побольше времени и научитесь.

Я настолько отчаялась дождаться завершения танца, что начинаю вызывать телепатию – нити алой магии, которые разворачиваются, как красные ленты. Собираю свои силы, боль пронзает череп, я почти задыхаюсь, стискиваю пальцы. И приказываю ленте красной силы проникнуть в разум Кер-Иса.

Из-за постоянной боли трудно сосредоточиться на мыслях герцога, но у меня почти получилось. Кер-Ис стар, его разум – византийский лабиринт желаний и фантазий. Прежде всего он воображает себя доминантом, танцуя с любовницей самого принца. Все кругом видят, что он не боится принца, что он – настоящий мужчина, способный вести за собой.

Но, погружаясь глубже в его мысли, я обнаруживаю первоисточник – постоянный гложущий страх перед наследным принцем и его отцом. Что будет, если он утратит их расположение? Не закончится ли все тем, что из-за диких причуд сумасшедшего принца слуги поволокут по полу окровавленное тело прочь из банкетного зала?

Что делать, если этот извращенец-принц вдруг возжелает заполучить его земли? Или – о ужас! – если они узнают, что он задумал? Разумеется, это государственная измена, тут не поспоришь. А от способов, которыми убивают изменников в Броселианде, у любого кровь стынет в жилах. Лорду Аэлу еще повезло: ему была дарована милосердная смерть, а могли медленно и мучительно выпотрошить… А что бы они сделали с Кер-Исом? Что-нибудь гораздо хуже. Он это знает. И знает, что не проявил бы храбрость, а визжал бы как девчонка, пока его рвали на части лошадьми или заживо сдирали кожу.

Я могу обратить его страх против него. Сделать это прямо сейчас и прекратить мучения. В голове пульсирует боль, мозг словно пронзают тупым мечом. Но я заставляю себя и дальше копаться в мыслях герцога. Нужно убедиться, что он будет держать язык за зубами насчет Гулвена.

Продолжаю углубляться в лабиринт его мыслей, пытаясь найти план ликвидации Оберона. Я уже мельком увидела встречи с несколькими мелкими дворянами и с некоей темной личностью по имени Гулвен. Это простолюдин, который может взять на себя самую неприятную и кровопролитную часть плана.

Я стискиваю зубы и направляю все силы на это воспоминание, разрушая его. И стираю имя Гулвена из сознания Кер-Иса.